Он меня достал. Она меня достала (СИ) - Блашкун Елена

«А его, между прочим, никто и не просил со мной нянчится» — ехидненько заметили где-то внутри, и Ника поняла, что у нее таки не все в порядке с головой. В любом случае с ревностью и обидой надо было что-то делать — они были совершенно неуместны. Тем более, что кроме обычного человеческого участия Алекс никак не проявлял к ней интерес. Хотя, стоило ли вообще сейчас думать о чем-то таком? Ей бы с прошлыми отношениями разобраться и отдохнуть немного от всей этой суеты.

Кстати, о суете — на кухне послышался шум, и очень скоро панорамные двери отъехали в сторону и на заднем дворе появилась смуглая подтянутая шатенка. На вид ей было лет 40–45 и было заметно, что женщина не скрывает свой возраст, а скорее гордится им, с достоинством принимая каждый год.

— Ах, вот где ты ее скрывал, — с улыбкой заметила она на английской, глядя на Нику. При этом незнакомку ни капельки не волновало то, что Алекс пытался ее остановить.

— Рейчел, прошу тебя, это переходит все границы! — Громов старался догнать ее, но его эта ситуация скорее удивляла и раздражала, чем злила.

— Такое впечатление, что явись я в другое время или иначе — ты бы не стал от меня ее прятать. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы предугадывать такие фокусы! — она говорила это Алексу, а сама не спускала глаз с девушки перед собой. Майер поежилась — давно ее так не оценивали. И пока было не понятно, нравится ли женщине то, что она видит, и это раздражало. Не хватало еще, чтобы какая-то возрастная любовница Громова считала ее недостаточно привлекательной. Хотя, конечно, помятый за день костюмчик нисколько не способствовал поддержке статуса. Тряхнув головой (что сразу же отдалось болью в висках и затылке), Ника протянула руку и на чистом английском произнесла:

— Рада вас видеть. Я — Вероника Майер, а вы?

Женщина с вызовом посмотрела на Алекса, а затем широко улыбнулась девушке и, пожав ей руку, ответила:

— Рада с вами познакомиться, Вероника. Вы можете называть меня просто Рейчел — я мачеха этого оболтуса, — она не глядя кивнула в сторону Громова и улыбнулась, заметив, как от удивления расширились глаза Майер.

Алекс мог предположить многое, но, что его мачеха заявится едва ли не в полночь к нему в дом, чтобы познакомится с Никой — никогда. Ему казалось, что Рейчел слишком уравновешенная и деликатная для подобных поступков, но, видимо, он плохо знал ее. Мало того, что женщина стала нагло обыскивать дом в поисках Ники, так еще и решила сразу же взять ту в оборот, заявив, что Алекс — «тот еще оболтус»!

— Не стой столбом, Алекс, или ты забыл о гостеприимстве? Водитель приедет за мной только через час, и это время я хотела бы провести не только в приятной компании, но и с бокалом прохладного вина.

— Белого? — тяжело вздохнул мужчина, прекрасно понимая, что от Рейчел ему не отделаться.

— Конечно. Ненавижу холодное красное! — женщину абсолютно не смущало то, что в гости ее никто не приглашал — она вела себя, как хозяйка положения и уверенно командовала и пасынком, и его гостьей. Как только они удобно устроились на кухне, Рейчел произнесла: — Вероника, прошу, присаживайся. Пока Алекс занимается вином, расскажи мне немного о себе — я много слышала о тебе, но всегда считала, что лучше один раз поговорить с человеком лично, чем верить слухам.

Ника бросила на Громова удивленный взгляд — не составляло труда понять, от кого его мачеха могла услышать информацию о ней. Тот не придумал ничего лучше, чем сделать вид, что слишком занят выбором вина и не замечает своих гостей.

Видя смущение девушки, Рейчел спросила:

— Я слышала, что ты была близка с мамой Алекса. Расскажи, как же вы познакомились?

Сначала Нике было сложно говорить об Ане — она не понимала, почему женщина проявляет такой интерес к ней, но спустя некоторое время, слова сами собой полились. Она рассказала и о том, как они встретились в первый раз, умолчав при этом о страшном диагнозе, и об общей работе, и даже о том, как успели подружиться. Рейчел слушала, изредка что-то уточняя, но ее основной задачей было немного расслабить и разговорить девушку, а не выпытать пикантные подробности о своей предшественнице.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Все это время, как только Алекс поставил перед мачехой бокал с вином, он сидел возле Ники, слегка касаясь ее плечом, а иногда, возможно сам того не осознавая, поглаживая ее руку. Девушка заметила это сразу же, но отталкивать его не стала, как и отодвигаться, сделав вид, что ничего странного или необычного не происходит.

— О боже! Я совершенно забыла! — в какой-то момент Рейчел проворно спрыгнула со своего места и умчалась в сторону коридора. Не прошло и пары минут, как она вернулась на кухню с кучей пакетов из магазинов одежды. — Ника, я тут прикупила своей племяннице некоторые вещички, но, думаю, тебе они подойдут куда больше. Я буквально вижу, как они будут на тебе смотреться. Кажется, и размерчик у вас одинаковый!

Майер очень смутилась, но напор Рейчел и ее уверенность в том, что эти вещи непременно надо померять, заставили девушку все же пойти в комнату и посмотреть на нежданный подарок.

— Племянница, говоришь? — удивленно посмотрел на мачеху Алекс, и та невозмутимо ответила:

— А что, по-твоему, я должна была сказать? Что услышала от твоего отца о загадочной гостье и решила купить для нее все необходимое? Уверенна, что ты даже не подумал о сменной одежде для малышки. По глазам вижу, что не вспомнил! Мужчины, что с вас взять?! Ладно, на первое время там для нее все найдется — пару пристойных платьев, домашняя одежда, пижама, нижнее белье и даже кое-что из чисто женских штучек. Дальше, будь добр, подумать обо всем сам. В конце концов, чем не повод проявить заботу? — на последних словах женщина пожала плечами и хитро улыбнулась, чем смутила пасынка.

— Не понимаю, о чем ты, — опустил он взгляд. — Кстати, как ты узнала нужный размер?

— Социальные сети творят чудеса — нашла ее среди твоих друзей, а дальше — дело техники. Всего-то показала фото консультанту и попросила подобрать подходящие по фигуре вещи. Благо, у вас достаточно магазинов, которые работают допоздна. — снова пожала плечами Рейчел и продолжила: — В общем так — отца не слушай, девушка она явно пристойная и на деньги не падкая. Вещи я покупала не копеечные, сам понимаешь, и она это сразу заметила. Но во взгляде ничего кроме обычного женского интереса к шмоткам я не заметила — даже смутилась, принимая их. Ну а то, что Громов каждую юбку воспринимает, как потенциальную охотницу за состоянием, я и на себе прекрасно прочувствовала. Он по жизни у тебя скептик и циник — ничего, свыкнется. На днях вместе наведаемся.

— Рейчел, ты, кажется, не о том думаешь — я ее не в качестве своей девушки привез, — опешил Алекс, но мачеха снова прервала его:

— В качестве кого привез — не важно. Через пару дней с тобой поговорим, когда вы получше разберетесь между собой. Ладно, за мной уже машина приехала. Попрощайся за меня с Никой, и скажи, что она мне очень понравилась, — Рейчел быстро поцеловала Алекса в щеку и выскочила из дома — за воротами ее уже ждал водитель.

Мужчина улыбнулся, еще раз подумав о том, что у него совершенно сумасшедшая мачеха, и направился в спальню Ники. Девушка оставила их больше пятнадцати минут назад, и за это время можно было перемерять все, что прикупила Рейчел, если вещи, конечно, были в пору, так что ее длительное отсутствие было не совсем понятным. Алекс постучал, но ответа не последовало.

— Ника, все в порядке? — через двери спросил он, но девушка снова промолчала. Тогда Алекс осторожно открыл их и увидел, что пакеты лежат нетронутые на полу, а сама Ника сидит рядом, скрестив ноги и привалившись к ножке кровати спиной. Пальцы усиленно массировали виски, а губы девушки были плотно сжаты. — Твою ж…! Ника, что случилось? — Громов осторожно опустился рядом, с беспокойством вглядываясь в лицо девушки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Черт, прости, я так и не успела ничего примерять — голова жутко разболелась! Я сейчас, — Ника быстро заморгала, будто прогоняя наваждение, и постаралась встать, но не успела этого сделать — Алекс, выругавшись, поднял ее на руках и пустил на кровать. — Ты что творишь?! — запротестовала она.