Шерил Андерсон - Роковой коктейль

Трисия, примостившаяся рядом со мной, нервничала не меньше меня.

— Думаешь, они здесь?

— Надеюсь. Иначе я крошки не смогу проглотить, хотя кормят здесь прекрасно. — Но, скорее всего, дело тут не в отсутствии аппетита. Просто нервы разыгрались, подумала я.

— Утром я дала себе слово никогда больше не пить. Но сейчас мне бы не помешал глоток чего-нибудь покрепче, чтобы не так колотилось сердце.

— Bellas[34]? — Метрдотель с легким поклоном пригласил нас следовать за ним.

В главном зале, украшенном огромным портретом сурового итальянского аристократа, было еще темнее, чем в баре, и мои глаза не сразу привыкли к полумраку. Я еще моргала, когда, к великому своему облегчению, услышала возглас Кэссиди:

— А вы как здесь оказались?

Она поднялась из-за стола, сияющая даже в сумрачном зале в своем психоделическом шелковом вечернем платье от Дэвида Мейстера, со свободно заколотыми на макушке волосами. В полной боевой готовности, чтобы соблазнить Джейка, если это поможет выудить у него признание.

Метрдотель учтиво остановился:

— Стоит ли удивляться, что самые красивые женщины в нашем ресторане знают друг друга?

Сплетя пальцы, он ждал, пока мы с Трисией закончим обнимать Кэссиди, якобы приветствуя друг друга.

Только обняв ее, я наконец взглянула на ее кавалера. Его страдальческое лицо помогло мне изобразить удивление.

— Джейк. Привет, — произнесла я уныло. Я предполагала, что он мне не обрадуется, но не ожидала увидеть гримасу отвращения у него на лице. — Извини, — тут же дала я задний ход, будто подумала, что помешала любовному свиданию. — Я не знала…

— Здравствуйте, Джейк, — подчеркнуто вежливо поздоровалась Трисия.

Метрдотель указал на пустые стулья за их столом:

— Какой вы счастливчик, синьор, вы можете ужинать в обществе таких прекрасных леди.

Джейк, нахохлившись, посмотрел на меня:

— Твой бойфренд в курсе, что ты здесь? А то он велел мне держаться от тебя подальше.

— Вчера я уже пыталась тебе объяснить, что я тут ни при чем, Джейк.

Метрдотель прочистил горло:

— Если желаете, займите тот столик, bellas.

Джейк встал, уронил салфетку на стол и произнес чересчур твердо:

— Нет-нет, я настаиваю. Садитесь к нам.

Мы все, включая метрдотеля, настороженно переглянулись, затем мы с Трисией уселись за их столик. «А капелла» из тех ресторанов, где на каждый столик приходится чуть больше одного безупречно вышколенного официанта и всегда из ниоткуда появится добрая душа, чтобы услужить тебе, а затем снова растворится в полумраке. Мы и сесть не успели, как рядом материализовались сразу два официанта, подвинули нам стулья, вручили салфетки и убедились, что мы всем довольны.

— Мы не помешаем? — спросила я, стараясь растопить лед по ту сторону стола, где сидел Джейк.

— Мы с Джейком обсуждали его будущий фильм, который я собираюсь спонсировать, — радостно сообщила Кэссиди.

— Короткометражный или художественный, Джейк? — спросила Трисия.

— Художественный, — ответил он вовсе не так мрачно, как можно было ожидать.

— Самофинансирование? Смело. Мои аплодисменты, — сказала я.

— Я бы предпочел твою чековую книжку, — ответил он, добрея на глазах. Он понял, что попал в засаду, и боялся, что мы сразу на него набросимся. А теперь решил, что ошибся, и расслабился. Дурачок.

— Фильм в жанре твоего безмолвного кино? — спросила я. — Когда мы обсуждали статью, ты об этом не упомянул.

— Вы рассказывали об этом на вечеринке, — добавила Трисия.

— Да. Кстати, примите мои соболезнования, — с нежданной учтивостью сказал Джейк.

— Спасибо. Безумие какое-то. У нее не было врагов, мы просто не понимаем… — Схватив салфетку, Трисия промокнула глаза. Либо она умела вызывать у себя слезы, как Вероника, либо это была искренняя жалость к несостоявшейся невестке, к брату и переживания из-за всего этого кошмара.

Джейк с минуту помолчал, явно борясь с собой. Я постаралась держать рот на замке, чтобы не мешать ему, так что напрасно Кэссиди то и дело тыкала своей шпилькой мне в ногу.

— Не хотелось бы делать грязных намеков, но враги у нее были, — наконец сказал он тихо. — Вам лучше об этом знать, если до сих пор неизвестно, кто это сделал.

Я уставилась на Джейка, вытаращив глаза, — не из-за смысла его слов, а из-за того, как он их произнес. До сих пор я видела в нем лишь хвастуна и пустозвона. Но теперь меня потрясла его нежность. Возможно, он использовал ее, когда хотел быть очаровательным, но, если даже и так, эффект оказался потрясающим.

Он перевел глаза на меня:

— Я говорил тебе о Веронике. Они не ладили.

— И Веронике ее смерть была на руку, верно? — уточнила я, возвращаясь к своей прежней версии.

Он пожал плечами:

— Мало ли какие глупости делают люди.

— Например, трахаются с гостем на приеме по случаю собственной помолвки? — спросила я.

Джейк застонал и повернулся к Трисии, чтобы что-то ей объяснить, но по ее лицу понял, что она уже знает. Когда он снова взглянул на меня, в его взгляде не осталось и намека на нежность.

— Кто тебе рассказал?

— Вероника.

Он в сердцах скомкал салфетку:

— Она просто наговаривает на меня. Кому еще ты рассказала?

— Не важно. Важно, почему этого оказалось недостаточно. Я имею в виду твой ультиматум.

Джейк обиженно взглянул на Кэссиди:

— Ты меня подставила.

— Это еще не значит, что я отказываюсь финансировать твой фильм, — заверила она его. — Если, конечно, ты не сядешь в тюрьму.

— С чего бы мне садиться в тюрьму? — возмутился он довольно громко для здешней интимной атмосферы.

— Почему она должна была уйти, Джейк? — не отставала я.

— О чем ты говоришь?

— Об открытке в цветах. «Уйди и живи».

— Я сам сейчас уйду. — Джейк вскочил и швырнул салфетку на стол.

Два официанта и метрдотель заняли круговую оборону вокруг столика. Метрдотель включил режим чрезвычайного положения:

— Signori[35], может быть, вина? Коктейль из бара? Тони, где их antipasti[36]?

Джейк прорвал окружение и бросился к двери. Я метнулась за ним, оставив своих более дипломатичных подруг договариваться с персоналом ресторана. Джейк выскочил на улицу, расталкивая всех на своем пути. Он ринулся на проезжую часть, чтобы поймать такси, но я схватила его за полу пиджака и втащила обратно на тротуар.

— Джейк, послушай одну минутку.

— Ты что — зачитываешь мне права?

— Просто пытаюсь понять, что происходит. Тебе угрожают, мне тоже. Я хочу выяснить, в чем дело.