Роковая одержимость - Дрети Анис

с чипсами Дэймона, и когда пожилой джентльмен за нашим столом прикрыл рот и нос, чтобы чихнуть, Дэймон протянул ему салфетку, позволив его соплям испортить сердечко, нарисованное рядом с номером Роковой Женщины.

Будь это единичный инцидент, все было бы в порядке. Но несколько других официанток также попытали счастья с Дэймоном, заставив мои предательские уши насторожиться в ожидании его ответа. Некоторые из них даже не были работниками отеля. Женщины прямо спрашивали Дэймона, не хочет ли он выпить или присоединиться к ним в баре.

Любопытство, наконец, взяло верх.

— Эти женщины знают, кто ты?

Фотографировать возле столов казино было запрещено, но люди все равно бы умудрились незаметно сделать фото Дэймона, если бы узнали его.

— Нет, — коротко ответил Дэймон.

Я нахмурилась, потому что он говорил правду. Людям в нашем городе было знакомо лицо Дэймона, потому что он был местным. Возможно, многим было знакомо его имя в масштабах страны, но я сомневалась, что они знали его лично. Теоретически, лишь немногие могли бы выделить генерального директора-филантропа из толпы.

— Значит, женщины одержимы тобой, независимо от статуса знаменитости.

Это не должно было стать для меня новостью.

Дэймону, похоже, было неуютно от этого вопроса, поскольку он попытался преуменьшить свое влияние на женщин.

— Они просто выпрашивают чаевые.

— Некоторые из этих женщин даже не официантки, — отметила я, когда другая незаметно сложила салфетку для коктейля и пододвинула ее к Дэймону. Он тут же смахнул ее со стола, как будто та была грязной, и салфетка драматично упала на пол. Хитрая женщина выглядела обиженной.

— Я не имею к этому отношения.

— Кроме того, как ты выглядишь, как одеваешься и какое у тебя тело.

Я рассекла пальцем воздух сверху вниз, указывая на него.

— Именно. Женщины сходят с ума от внешней упаковки из-за того, что, по их мнению, я могу им дать. Эти чувства не настоящие. Они ничего не знают обо мне.

Дэймон исправил меня, желая, чтобы я поняла важное различие.

До меня дошло, почему эта тема заставила его напрячься. Дэймон имел в виду Розу. Он не стал бы говорить о ней плохо в моем присутствии, но он хотел, чтобы я поняла, что ее чувства поверхностны. Я с большим усилием отогнала эту мысль и переключила свое внимание на стол.

Время замедлилось, пока Дэймон играл синхронно со мной. Он зеркально повторял мои решения, и я осознала, что он намеренно проигрывает или выигрывает, чтобы все складывалось в мою пользу. С каждой раздачей безмолвная связь становилась все крепче.

Как раз когда мы были в ударе, Дэймон предложил:

— Пойдем за соседний столик.

Я бросила на него пытливый взгляд.

Он понизил голос и объяснил:

— Мы выиграли слишком много раздач за этим столом.

Хорошая мысль. Если мы хотели остаться незамеченными, важно было соблюдать осторожность. Мы обналичили наши выигрыши, и Дэймон потянул меня в другую комнату. Я оглянулась на нашу пустую бутылку из-под шампанского.

— Это был хороший выбор.

— Тогда попозже вечером закажем то же самое.

— А что будет вечером?

Небесно-голубые глаза наблюдали за мной, изучая меня, препарируя, как всегда.

— Новый год, — наконец произнес он. Что-то в его зловещем тоне подсказывало мне, что за этим ответом скрывается нечто большее, но вместо того, чтобы любопытствовать, я просто наблюдала за ним в ответ.

Глава 23

Поппи

Окрыленные победой, мы посетили множество залов, постоянно меняя столы. Мы выигрывали одну партию за другой, потому что знали, когда нужно бить. Что еще лучше — мы знали, когда остановиться.

— Нам нужно двигаться дальше, — объявил Дэймон. — Казино словит нас, если мы продолжим выигрывать.

Мой желудок заурчал в ответ. Я ничего не ела с момента катастрофического завтрака. Хотя стюардесса подала в самолете полноценный обед, у меня не было аппетита. Дэймон нахмурился, увидев мою недоеденную тарелку, но оставил эту тему из-за моего плохого настроения.

Время любезностей подошло к концу.

— Прежде чем делать что-либо еще, мы накормим тебя, — заявил он.

Мы вышли за пределы отеля в поисках Мигеля. Я не удивилась, когда лимузин высадил нас у ресторана, достаточно паршивого, чтобы соответствовать моему вкусу. Разумеется, Дэймон выбрал заведение, подобранное специально для меня, начиная с потрепанных меню и заканчивая ужасными желтыми обоями. Я уставилась на сухой сэндвич со слегка подгоревшими краями. Он был до ужаса идеальным, но другие не часто разделяли мой вкус.

— Тебе не понравилось? — я осмотрела тарелку Дэймона, которая осталась почти нетронутой.

— Я в порядке.

Дэймон наблюдал за тем, как я запихиваю еду в горло, как будто это была самая милая вещь, которую он видел за последние годы.

— Я думала, ты будешь голоднее.

— О, я определенно голоден.

Его язык высунулся, чтобы облизать нижнюю губу. Мои глаза проследили за этим движением. От двусмысленности у меня возникло ноющее ощущение внизу живота, и сидеть неподвижно стало неожиданно сложно.

Запах дорогого одеколона Дэймона и нотки его пота мучили меня уже нескольких часов, и, наконец, я достигла предела. Его присутствие делало только хуже. Дэймон держался со спокойной уверенностью, из-за чего его магнетизм невозможно было игнорировать. Мужчина был невероятно сложен, с широкими плечами, подтянутыми мышцами и теплой золотистой кожей. Если не его рост завораживал людей, то мужественная аура, пропитанная сексуальностью, делала свое дело.

Дэймон заметил, как я заерзала на стуле. На его лице появилась дерзкая ухмылка, и он откинулся назад, прикрыв рот рукой, скрывая веселье, словно точно знал, что меня так взволновало. Эффект, который он оказывал на меня, был абсурдным.

— Ты хорошо себя чувствуешь, детка? Выглядишь немного покрасневшей.

— Я не краснею.

Его глаза лениво оглядели меня сверху донизу. Он наклонился ближе, и твердые мышцы под его рубашкой напряглись.

— Краснеешь. У тебя все лицо красное.

— Невозможно.

— И ты выглядишь беспокойной. — Его голос звучал низко и мягко, вызывая постыдный отклик у меня между ног. — Если тебе необходимо что-то, что поможет тебе расслабиться, все, что тебе нужно сделать, — это попросить.

— Я в порядке, — выдавила я.

— Конечно, детка, — сказал он со знающей ухмылкой.

Раздражающая улыбка застыла, когда я отодвинула от себя тарелку. Идеальный сэндвич на вкус был как пепел во рту. Мне нужно было избавиться от внезапной нервозности, и я почувствовала облегчение, когда Дэймон предложил прогуляться по Стрипу.

Неожиданный обход знаменитых отелей и достопримечательностей оказался не таким уж плохим, как я ожидала. В кои-то веки меня не беспокоила шумная толпа, оживленные улицы или веселые артисты. В то время как яркие огни Лас-Вегаса должны были заставить мою кровь закипеть, рядом