Извращённые узы - Кора Рейли

следующий вечер, когда я пекла банановый хлеб, в кухню вошёл Нино. Мой желудок взорвался от облегчения, увидев его, а затем мое настроение упало, понимая, что мне придется сказать ему, что это снова не сработало.

Нино подошел прямо ко мне и обнял меня сзади, целуя в щеку, а когда я повернула голову, в губы.

— Все получится. У нас есть время.

— Откуда ты знаешь? — я сомневалась, что Римо побежал, и сказал ему, как только Нино вошел в особняк.

— Твое выражение лица, и я знаю, что это примерно время твоего цикла, и ты обычно делаешь тест.

Я вздохнула.

— От тебя невозможно что-то скрыть.

— В этом нет необходимости.

— Ты злишься?

Нино нахмурился.

— С чего бы мне злиться? Как я уже сказал, у нас есть время. В конце концов у нас будет ребенок. И не похоже, что кто-то из нас виноват. Это не то, на что мы можем повлиять.

Я прижалась лицом к его рубашке, впитывая его успокаивающий аромат.

— Я зла. Так зла.

Нино замер.

— На кого?

— Ни на кого, никогда не на тебя, даже не на себя. Я просто так чертовски зла, и это даже не имеет смысла.

Брови Нино поползли вверх от моей ругани.

— Может, тебе нужно выпустить пар.

— Я выпила полстакана рома «Дон Папа». Но это не помогло.

— Дай угадаю. Римо велел тебе выпить.

Я улыбнулась.

— Нет, вообще-то он велел мне не пить. По крайней мере, не дорогой алкоголь.

Нино со смешком покачал головой, но потом снова стал серьезным и прижал наши лбы друг к другу.

— Может, тебе просто нужно выплеснуть свой гнев. Мы могли бы немного потренироваться. Я всегда чувствую себя лучше после этого.

— Почему бы и нет? Это ведь не причинит боль, правда?

— Это должно быть больно. — сказал Нино.

Я отрицательно покачала головой.

— Верно. — Нино снова поцеловал меня и отстранился.

— Мы можем отправиться сейчас или тебе придется остаться и доделать хлеб?

Я проверила его. Он был готов и нужно было только, чтобы он остыл.

Я быстро вынула сковородку из духовки и последовала за Нино из кухни.

— Банановый хлеб готов. — крикнула я, когда мы проходили мимо игровой комнаты, где Савио работал за ноутбуком. Может, ему понравится перекусить сегодня вечером.

Грета сидела рядом с ним на диване, как великолепная кукла, и с любопытством смотрела на экран, а не на книжку с картинками у себя на коленях.

Снаружи раздался радостный визг Невио, за которым последовал более низкий голос Римо. Казалось, он гонялся за сыном по саду.

— Надеюсь, то, что ты делаешь, предназначено для глаз ребенка. — сказал Нино — Савио.

Савио поднял глаза на Грету.

— Наша статистика ставок. И не похоже, что Грета может что-то прочитать. Верно, кукольное личико?

Грета посмотрела на него с кривой улыбкой и мое сердце просто растаяло.

— Ты действительно вырос на ней. — тихо сказала я.

Савио одарил Грету улыбкой.

— Я умею обращаться с девушками, не так ли?

Она только улыбнулась.

Нино погладил меня по спине, и я наконец оторвала от них взгляд.

Савио убрал ноутбук и спросил Грету.

— Почему бы нам не проверить этот банановый хлеб? Может, я смогу засунуть кусочек тебе в рот, пока твоя мама не разозлилась из-за кусочка сахара.

— Я слышу. — пробормотала Серафина, входя в дом в бикини и глядя на Савио. Он пожал плечами.

— Прости, куколка, я сделал все, что мог.

Помахав рукой, он ушел, а Серафина взяла дочь на руки и поцеловала ее в розовую щеку.

Она ободряюще улыбнулась мне, и я поняла, что Римо уже сказал ей об этом, хотя это и не могло долго оставаться тайной.

— Мы идем в спортзал. — сказал Нино и потянул меня за собой, чему я была рада.

Я не хотела снова говорить об отрицательном тесте.

НИНО

— Ты решил дела в Сакраменто? — спросила Киара, когда я вел Теслу по подъездной дорожке.

— Да, мы нашли людей, которые дали Адамо наркотики. — сказал я.

Киара кивнула, глядя на меня с тихой заботой.

Она часто беспокоилась, как эти акты жестокости влияли на меня, и, возможно, это было хорошо, что она думала, что они могут, как повлиять.

Я провел большим пальцем по костяшкам ее пальцев.

— Он не выходил из комнаты. Римо тоже не разрешал мне навещать его.

— Ты не должна видеть его без одного из нас. На этой стадии очищения он вполне может стать жестоким, чтобы достичь своей цели.

Она покачала головой.

— Адамо не причинит мне вреда.

Я многозначительно посмотрел на ее плечи и исчезающие синяки, и когда Киара проследила за моим взглядом, она вздохнула.

— Он не хотел этого делать.

— И он бы тоже не хотел этого снова. Он будет целеустремленно сосредоточен на том, чтобы получить еще одну дозу. Это опасно. Ты не подойдешь к нему без одного из нас, Киара. Это мое последнее слово по этому вопросу.

Она медленно кивнула.

— Сколько времени ему понадобится, чтобы очиститься?

— Трудно сказать. Зависит от человека, от тяжести зависимости, от его понимания проблемы и решимости бороться с ней. Сила воли — это ключ.

— Адамо справится. Он Фальконе.

Я улыбнулся, но это не было связано с какими-либо возвышающими эмоциями.

— Сила воли не будет проблемой, но я не уверен, что Адамо понимает масштаб своей проблемы, и это приводит к отсутствию решимости бороться с ней.

— Ты ему поможешь.

— Помогу. Мы будем, но это борьба, мы не можем бороться за него. Только он может ее выиграть.

Мы прибыли в спортзал через десять минут и после того, как переоделось в нашу тренировочную одежду, Киара и я вошли на боксерский ринг.

Она набралась сил за время нашего брака, не только умственно, но и физически. Я не был уверен, что она понимает, насколько сильно.

Я помог ей надеть боксерские перчатки. Она с любопытством посмотрела на меня.

— Мы оба наденем их для спарринга. Я думаю, что тебе нужно более активное занятие сегодня.

Я тоже надел перчатки, они еще больше смягчат мои удары.

— Готова? — спросил я.

Она кивнула и глубоко вздохнула.

Это не ослабило напряжение в ее теле. Киара сдерживала свое разочарование из-за невозможности забеременеть и пыталась отвлечься, но в какой-то момент это было уже слишком.

Я поднял руки.

— Левой — правой. Левой — правой. Быстро.

Киара нанесла инструктированные удары по моим ладоням в перчатках, ее брови сошлись вместе.

— Я хочу по-настоящему биться.

— Хорошо, — кивнул я и встал в позицию, подняв кулаки.

Я изобразил атаку, которой Киара избежала,