Моя чужая жизнь - Кира Фарди

задержала дыхание, чтобы он не догадался, как она потрясена его словами. „Только бы не разреветься, как дуре! Только бы не разреветься!“» – твердила она, собираясь с мыслями.

– Просто все сразу навалилось, – ответила Лика, надеясь, что Кирилл не заметил ее замешательство и глупую улыбку, легкомысленной бабочкой порхавшую по лицу. – Сначала дети из магазина убежали, потом эта дама появилась, а теперь и Настин животик. Как она?

– Кто? Соколова или Настя?

– Конечно, малышка, – смешалась Лика и отстранилась. Признаться честно, судьба Соколовой ее тоже интересовала, но ребёнок был важнее.

– Настя лежит в своей кроватке и ждет няню, а Наталья уехала. Но обещала вернуться. От таких, как она непросто избавиться.

– А что ей у вас нужно? – Лика села на кровать и похлопала ладонью по покрывалу, потом вскочила, испугавшись, что ее приглашение сесть рядом выглядит двусмысленно.

Они так и стояли в полумраке комнаты. Еще не родные, но уже и не чужие люди, прошедшие жизненные испытания и трагедии и нашедшие друг друга. Свет включать не хотелось. В темноте было легче приспособиться к новым отношениям и чувствам. Днём Лика и в глаза бы Кириллу не смогла посмотреть, а в вечернем полумраке ничего, даже разговаривает.

– Она и раньше была не против со мной пофлиртовать, даже на глазах у больной подруги. Веронике это не нравилось, поэтому она стала редко приглашать в гости Наташу. А теперь она, видимо, решила, что место жены вакантно и надо поторопиться, пока его не заняли, – Кирилл усмехнулся. – Вообще не понимаю, откуда она взяла, что может мне понравиться. Я никогда и намёка не давал.

– Знаете, Кирилл Андреевич…

– Можно просто, Кирилл.

– Я пока не могу вас так назвать.

– Разница в возрасте мешает?

– Нет. Служебное положение.

– Хочешь его изменить?

– Нет, что вы? – испуганно пискнула Лика и бросила на него мгновенный взгляд: вдруг он подумает, что перед ним такая же щучка, как Соколова.

– Я говорил о работе, – хитро прищурился Кирилл и, наклонившись, посмотрел Лике в лицо. – А вы, мадам, о чем подумали?

– Я… Я… – Лика почувствовала жар на щеках и прижала к ним руки. Она очень смутилась и занервничала, потом смело подняла глаза и выпалила. – Я тоже говорю о работе.

– А-а-а-а, – протянул Кирилл и подмигнул ей, – прости, место домработницы предложить не могу. Мария Владимировна отлично справляется со своими обязанностями.

– А я его и не прошу, – заторопилась девушка, чувствуя, что скоро запутается в словах и мыслях. – Просто надо привыкнуть к новому обращению. И в доме не поймут, если я вдруг ни с того ни с сего вас по имени звать буду.

– Хорошо. Не волнуйся, я пошутил, – дружески похлопал ее по плечу Кирилл. – Что ты хотела сказать?

Он наклонился, чтобы еще раз ее обнять, но сейчас Лика угадала его намерения и увернулась: она не желала форсировать события. Надо было все обдумать в тишине своей комнаты, вычислить «за и против» намечавшихся отношений. Лика пока была не готова бросаться в любовь с головой. В памяти все еще звучали резкие слова Марии Владимировны. Конечно, Лика уже достаточно хорошо знала Кирилла, но все же… Вдруг ему захотелось только поиграть с молоденькой и хорошенькой няней!

– Кирилл Андреевич, вы очень галантно обращаетесь с женщинами, вот они могут вас неправильно понять.

– Значит, мне надо на них рычать? – хозяин пошел на Лику, выставив скрюченные пальцы и сделав лицо убийцы.

– Я не это хотела сказать, – смутилась девушка и сделала два шага назад. – Все, вы меня совсем запутали! Я пошла к Насте.

Она обогнула Кирилла и бросилась к выходу из комнаты.

– Ты куда? Мы не договорили.

– Потом, вечером, – крикнула Лика уже у выхода, намекая на продолжение разговора. Она только хотела ему сказать, что не против пообщаться, когда все домашние лягут спать, и очень надеялась, что Кирилл поймет ее слова правильно. В дверях она не удержалась и оглянулась.

Кирилл стоял посередине комнаты и улыбался. Но поразило Лику не это. Ей почудилось, что от мужчины исходит сияние, какая-то белесая дымка, которая будто слегка колышется на ветру. В полумраке комнаты этот мерцающий свет казался нереальным, фантастическим и в то же время естественным. Лика не сомневалась: именно так и должен сиять ее любимый.

Она покачала головой, пробежала по коридору и буквально на крыльях от счастья влетела к детям. Настя лежала уже в кроватке, а Егор сидел рядом и показывал сестре, как хорошо он собирает машинку из деталей. Няня Юля убирала игрушки.

– Юля, как здорово, что ты пришла! – воскликнула Лика, сжала девушку в объятьях и закружилась с ней по комнате.

– Я тоже хочу! – вскочила Настя. – У меня животик уже не болит!

– И я! Я тоже! – Егор бросил машинку и вцепился в джинсы Лики.

– А спать никто не собирается ложиться?

– Ну, Лика! Пожалуйста! – хором заканючили дети. – На улице ещё не очень темно.

Лика бросила взгляд во двор, потом на часы: и вправду, что-то она сегодня торопится. Она разрешила Насте встать с постели, и остаток вечера няни весело играли с детьми. Услышав шум, в комнату заглянул Кирилл.

«Пойдём, поговорим!» – глазами и бровями, которые вдруг стали жить отдельно от тела, позвал он.

«Не могу!» – отрицательно покачала головой Лика и скосила глаза в сторону, показывая на Юлю. – «Вечером», – одними губами беззвучно сказала она и закрыла дверь у него перед носом.

Лика уложила детей и теперь сидела в своей комнате на кровати, ожидая часа «Х». Во сколько он настанет она не знала: они с Кириллом не договорились о времени встречи. Звук пришедшей смс заставил девушку вздрогнуть. Она удивленно смотрела на телефон, потом открыла ленту сообщений. «Выходи в сад через французские двери в гостиной», – гласила, нет, кричала, надпись, и Лика почувствовала, что сейчас захлебнется от счастья.

Она бросилась к зеркалу и схватила косметичку, потом положила ее на место: с макияжем будет выглядеть совершенно глупо. Схватила сумочку, повертела ее в руках и тоже бросила на кровать. «Совсем спятила, идиотка! Зачем тебе сумка в саду?» Душа рвалась наружу, но разум еще пять