Джул Макбрайд - Свадьба ее мечты

— Так, значит, ты слышала о нем. — Сет склонился к Эди, и на секунду ей показалось, что он собирается поцеловать ее. Но он лишь произнес: — Давай поговорим об этом за обедом. Я умираю от голода.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Они пересекли Гудзон-стрит, уселись в китайском ресторанчике и сделали заказ. Сет взял газету и начал изучать снимок.

— А знаешь, — он повернул газету, чтобы Эди могла видеть подпись, — этот снимок сделал какой-то Джек Стивенс.

Эди в удивлении поднесла газету к мерцающему пламени свечи и покачала головой.

— Такие фотографии делал Джимми Делани. — Заметив, как странно Сет смотрит на нее, она добавила: — Он папарацци. А Пит Шрайвер, глава службы безопасности Спарки Дардена, уже добился, что суд запретил Джимми Делани приближаться к Джулии. Не знаю, зачем он преследует ее.

— Она фотогенична, — предположил Сет. — Ее вообще часто снимают. Думаю, Джимми Делани не единственный, кто фотографировал ее.

— Да. Но исключительным правом фотографировать приготовления к свадьбе и саму свадьбу обладает журнал «Свадьбы знаменитостей», а Джимми лезет, куда его не просят.

— Ты говоришь так, будто он твой личный враг.

— Мы боимся, что он испортит свадьбу.

— Испортит свадьбу? Сделав несколько снимков? Не думаю, что он желает вреда молодоженам. К тому же людям нравятся такие фотографии.

Почему Сет спорит? Эди с любопытством посмотрела на него.

— Согласна. Людям, конечно, интересно, как сложится жизнь Джулии, главным образом потому, что она воплощение богатства, красоты и искренности. Но такие фотографии рассчитаны на скандал.

— Заголовок — возможно, но не сама фотография, — снова возразил Сет. — Без текста ты видела бы только мужчину и женщину.

У Эди даже рот приоткрылся.

— Не могу поверить, что ты сказал это, Сет! Ты защищаешь папарацци… — она посмотрела на подпись, — Джека Стивенса. Он точно знал, что будет делать «Пост» с такой фотографией.

— Твои слова ничем не подтверждаются.

— Ты слишком долго общался с твоим лучшим другом-адвокатом, — улыбнулась она.

Да, а про Чеса он рассказывал еще, что у него двое детей… Неужели же Сет, как и Эди, мечтает о семье и детях? Да и вообще он так привлекателен! Ее охватило возбуждение.

— Но согласись, ты не можешь знать, что происходило в уме Джека Стивенса, когда он делал этот снимок.

— И не хочу знать. — Опустив подбородок, Сет внимательно смотрел на нее из-под полуопущенных век. — Неужели ты никогда не бросала взгляд на заголовки бульварных газет? Никогда не останавливалась на улице около газетного киоска, чтобы увидеть фотографии?

— Никогда. Что ты хочешь доказать мне?

— То, что если бы ты не проявляла свой интерес, покупая газеты с такими фотографиями, то папарацци прекратили бы существовать. Вот возьми да и отмени свою подписку на «Пост».

— Слушай, на чьей ты стороне?

— Не знал, что должен выбрать.

— Играешь сразу за обе команды?

— Всегда.

— Но когда ты со мной, то должен выбрать одну.

— Если ты так настаиваешь.

— Ладно. Давай снова. Ты на чьей стороне?

— На той, которая тебе больше нравится.

Эди наслаждалась шутливым разговором. Прошедшие месяцы были беспокойными и напряженными, но теперь, с Сетом ей становилось легко и спокойно.

— Тебе нравится дразнить меня?

Он протянул руку и указательным пальцем поправил локон, упавший ей на лоб.

— Конечно!

— Не возражаешь, если я спрошу, почему?

Его палец на долю секунды задержался на ее виске и затем двинулся вниз по щеке. Потом Сет игриво нажал ей на кончик носа и хрипловато засмеялся.

— Вот почему. Соблазнительный румянец загорается на твоих щеках, — начал он, и его голос стал еще более низким и хриплым, — и я могу видеть, как быстро пульсирует жилка у тебя на шее. Потом я представляю себе, как дико бьется твое сердце, пытаясь выскочить из груди, и замечаю, что твои глаза начинают сверкать…

Она не смогла удержаться и расхохоталась. Такая фотография, как в «Пост», в другое время отравила бы ей целый день. Но сегодня, пока она сидит и флиртует с Сетом, ничто остальное не имеет значения.

— Ты умеешь обращаться со словами. Я, кажется, обнаружила еще один из твоих талантов, Сет.

— А какой еще ты знаешь?

— Умение подбирать цвета и ткани.

Он закатил глаза и прикусил нижнюю губу сверкающими белыми зубами.

— О, Эди, — торжественно начал он, не отводя от нее глаз, — я обладаю множеством талантов.

— Ты умеешь готовить изумительный кофе.

— Я умею еще много чего изумительного…

Она задумалась, что бы могли значить его слова, но ее отвлек подошедший официант. После его ухода Сет развернул палочки, умело расположил их в пальцах, поднял кусочек цыпленка и протянул его к губам Эди.

Так. Значит, он собирается еще и кормить ее? Она почувствовала всплеск волнения. За последние три дня ее жизнь становилась все интереснее.

— Здесь хорошая кухня, — отметил он.

— Поскольку и мои родители, и я живем на этой улице, мы часто заказываем здесь еду. Здесь всегда хорошо готовят. — Она раскрыла рот и почувствовала вкус сочного мяса. — Как я рада, что не стала вегетарианкой, как Марли! — объявила она, проглотив кусочек цыпленка.

Сет начал выбирать следующий кусок и коленом случайно задел ее. Сначала он отодвинулся, но потом нашел ее колено снова, на сей раз прижавшись к ней. У Эди вновь появилось желание сделать ему предложение. Но как? Не говорить же, в самом деле: «Хочешь лечь со мной в кровать?»

— Хотя после развода — а она один раз была замужем, — Марли сорвалась и начала есть в «Макдоналдсе».

— «Сорваться» говорят о тех, кто начал пить, — заметил Сет.

— Ну, Марли и этим немного увлекалась. Ничего опасного, — разъяснила Эди, смеясь. — Вечеринки с вином и девочками.

— И ты была одной из девочек?

Она кивнула:

— Конечно. Надо же было помочь ей прийти в себя после развода. Мы сестры-близняшки. Только я правильная, а Марли необузданная. Она сходила с ума по мальчикам, одевалась черт знает во что, слушала громкую музыку. Но кого мне жалко, так это Бриджит — она моложе нас и всегда чувствовала себя довольно одинокой, потому что Марли и я общались в основном друг с другом. — Эди пожала плечами, безуспешно пытаясь отвлечься от покалывающего ощущения там, где соприкасались их колени. — Я всегда пыталась перевоспитать Марли.

— И ты стала одеваться в наглухо застегнутые костюмы, много читать и слушать классическую музыку вместо рок-н-ролла?

— Что-то вроде этого.

— Но парни пробовали заставить тебя расслабиться?