Барбара Макмаон - Можно ли купить счастье?

— Хочешь чаю? — запоздало предложила она.

— Если не трудно.

— Нет. — Она обрадовалась передышке, нужно было немного успокоиться. — Сейчас вернусь.

— Прекрасно. — Он сидел на диване, ослабив узел галстука, и смотрел ей вслед, когда она выходила на кухню.

Готовя чай, Линдси сделала несколько глубоких вздохов и постаралась придать лицу выражение спокойного безразличия — того самого, что с блеском удается Люку Винтерсу. Если их браку конец, так тому и быть. Она понимала, что живет в волшебной сказке. Никто не платит женщине только за то, что она называется женой. Она ничего не сделала, только обменялась с ним клятвами перед судьей. Бессмысленными клятвами. Что означали пункты их соглашения? Когда он уехал, она все внимательно перечитала, чтобы разобраться в своем положении.

Ничего, по крайней мере ей удалось кое-что скопить из тех денег, которые он ей давал каждый месяц. Они помогут продержаться, пока она не найдет работу. Эти несколько месяцев она наслаждалась, проводя все время с дочкой и глядя, как она растет. Мысль о том, чтобы отдавать ее на день в другие руки, была ненавистна, но Линдси ухватилась за идею, что найдется такая работа, где можно и на жизнь зарабатывать, и проводить время с Элли.

Она поставила на поднос чайник, чашки с блюдцами и понесла в комнату. Придется взглянуть в лицо своему будущему. Бесполезно прятаться на кухне.

— Давненько я не таскала подносы, — весело сказала она, входя в комнату. Она справится. Может, ее возьмут обратно в кафе. Джек говорил, новая официантка не так проворна, как Линдси.

Люк сидел на диване откинувшись, длинные ноги он вытянул и скрестил, руки засунул в карманы брюк, пиджак был переброшен через ручку дивана, развязанный галстук косо перечеркивал широкую грудь. Люк Винтерс крепко спал.

Линдси вытаращила глаза. Затем осторожно поставила поднос на столик возле дивана.

— Люк? — тихо позвала она.

Ответа не было. Она чуть не прыснула, но вовремя прикусила губу. Надо же! Линдси решила, что он пришел заявить, что желает аннулировать брак [1], объявить ей, что беспечная жизнь подходит к концу. А он искал где поспать.

Тихо сидя в уютном кресле возле дивана, она разглядывала своего мужа. Он казался старше, чем ей помнился. Она не видела его всего лишь четыре месяца, а он явно постарел. Вокруг глаз и возле рта появились новые морщинки. Но темные волосы были такие же густые и блестящие. Он казался осунувшимся и похудевшим.

Она не будет его будить, она подождет. Линдси налила себе чаю и откинулась в кресле. В голове закружились воспоминания о том, как она впервые встретилась с ним на пляже. Каким он казался тогда надменным и властным! Линдси считала его воображалой. Она улыбнулась, вспомнив, как пробила его высокомерие своими насмешками. Он так разозлился, что погнался за ней вдоль кромки воды. Давно это было. А вот недавние события не оставили воспоминаний. Свадьба прошла как в тумане. Его мать и дед не принимали в ней участия, с ее стороны был только Джек.

И все-таки она очень благодарна Люку, что первые месяцы после родов могла оставаться дома с Элли. Ей хотелось что-нибудь сделать для Люка, чтобы его отблагодарить.

Как же это он заснул? Правда, он прилетел из Англии всего несколько часов назад, не спал всю ночь и здесь уже провел совет директоров, срочно созванный с утра пораньше. Ему и прежде приходилось проделывать такое, но не засыпал же он в чужой гостиной!

Глядя на женщину, сидевшую перед ним, он опять удивился: что за чудеса, она совсем не похожа на ту, на которой он второпях женился несколько месяцев назад. Он помнил, что его жена толстая, у нее длинные блеклые волосы. Эта на нее совершенно не похожа! Пышные светлые локоны, казалось, излучали сияние, они были яркие и шелковистые, их хотелось потрогать, убедиться, что и на ощупь они такие же мягкие, как на взгляд.

Какие у нее тонкие черты лица! Высокие скулы и чуть раскосые глаза. Кожа гладкая, как слоновая кость. Ему ясно вспомнилась девчушка, которая гонялась за ним, дразнила его, смеялась весело и непринужденно. Сквозь ресницы он разглядел крепкие груди, тонкую талию, плавный изгиб бедер. Она сидела в кресле поджав ноги.

Скосив глаза, Люк увидел чайник и одну использованную чашку.

— Кажется, я проспал чай, — протянул он.

Она подняла голову, в серых глазах промелькнуло веселое удивление.

— Кажется, да. Устал?

Он потер лицо и сел.

— Чай еще горячий?

— Нет, конечно. Ты проспал полчаса. Если опять не заснешь, я пойду сделаю новый.

— Я с тобой. — Он встал и пошел за ней на кухню. Задержавшись на секунду, осмотрелся. Мебели очень мало. Из украшений — только фотографии девочки да редкие безделушки на столе и на полке. В углу лежала стопка книг, напротив у стены стоял книжный шкаф. Телевизор маленький. Никакой стереосистемы нет и в помине.

Кухня показалась такой же безупречной, что и гостиная. Он подошел к Линдси, и она попятилась. Боится? Он опять нахмурился.

— Тебе с молоком? — спросила Линдси.

— Нет, я люблю черный. Как тебе живется?

— Прекрасно.

— Линдси, я говорю не для того, чтобы поболтать. Я хочу знать, как ты справлялась это время. Я не собирался надолго задерживаться, думал вернуться через две недели. С удивлением узнал, что ты живешь здесь. Я договаривался с матерью, что в мое отсутствие она зайдет к тебе и окажет необходимую помощь.

Она смотрела на него, слегка запрокинув голову, как будто решала какую-то проблему. Он чуть не улыбнулся. Эта женщина, которую он сделал женой и сразу после свадьбы оставил жить одну, вызывала теперь в нем жгучее любопытство.

— Спасибо за все, что ты сделал, Люк. Я и правда признательна тебе. Мы очень хорошо жили на твое щедрое содержание. И мама твоя приходила. Но, как я понимаю, ей было неприятно узнать, что ты женился на мне. Она помнит меня девчонкой, больше похожей на мальчишку. Но мы с тобой договаривались о фиктивном браке, так что я не ждала помощи от твоей семьи. Я же понимаю, их не очень радует твой выбор.

— Тактичность не относится к сильным сторонам моей матушки. Извини, если разговор вышел тяжелый, — пробурчал он. Теперь он даже жалел, что посылал к ней мать. Хотел всех приучить к мысли, что он женат. Но мать была в ярости; следовало догадаться, что она выльет ее на голову Линдси.

Он оглядел скудную меблировку, отметил отсутствие кухонных принадлежностей, один только тостер. Где ряды коробок с продуктами, где кухонные приборы?

— Тебе хватает содержания?

— Вполне.

— У тебя маловато мебели, — осторожно проговорил он.

Она засмеялась и пожала плечами.