Приманка для Коршунова - Екатерина Котлярова

подчеркивает ширину плеч и сильные руки. Я взглядом цепляюсь за яркое пятно на его шее. За засос. Теперь сердце проваливается в желудок, где в него впиваются острые иглы ревности. И я не выдерживаю. Отвожу взгляд. Только бы не видеть того, что совсем недавно его целовала другая. Та, что имеет на это полное право. Только от этого не становится легче. Ни капли.

Отворачиваюсь. Поворачиваюсь к нему спиной. Зажмуриваюсь. Сжимаю кулаки и дышу глубоко. Успокаиваю сердце. Выравниваю дыхание. И всеми силами запираю все чувства на замок.

— Даш, — по попе прилетает шлепок, который заставляет меня подскочить и обернуться, в ярости уставившись на того, кто это сделал. Якушев. Закатила глаза и скрестила руки на груди.

— Чего тебе нужно? — выплюнула презрительно.

— Пойдём в кино. У меня билеты есть. А после ко мне, — поиграл бровями.

— Отвянь от меня, — покачала головой и сделала шаг вправо, чтобы уйти и избавиться от общества неприятного парня.

— Харе ломаться, Даш. Я за тобой уже второй год бегаю, а ты из себя королеву строишь. Харе выёживаться. Хватит строить из себя недотрогу. Или нравится, как Лев **ёт?

Я вспыхнула от негодования и отвесила парню пощёчину. Рука онемела от силы удара, но кипящая внутри ярость требовала выхода. А вкупе с обжигающей ревностью получился взрывоопасный коктейль.

— Как же ты задолбал меня, придурок! Мы с ним просто друзья, — я шипела не хуже ядовитой змеи.

— Друзья не спят в одной постели, — заржал этот урод. Видела по его лицу, что он испытал унижение. Видела, как к лицу прилила кровь.

— С кем и где я сплю тебя волновать не должно, — выплюнула, тряся ноющей рукой.

— Рано или поздно я тебя т**ну, — я не ожидала того, что Якушев больно сожмёт мои волосы на затылке.

— Руки убрал, — ледяной голос, от которого даже я вздрогнула.

Глава 5

Даша

— О, твой друг, — делает ударение, — пожаловал. Ты хоть бы не жадничал, Лёва. С друзьями делиться надо.

Я ничего не успеваю осознать. Просто в следующий миг точным ударом Лёва отправляет Якушева на землю. Тот падает на асфальт, нелепо раскинув руки в стороны. Из его носа тут же хлынула кровь. Девчонки вскрикнули, а мальчики бросились оттаскивать разъярённого Льва от Ильи. По лицу друга видела, что он в ярости. Он настолько зол, что может и до полусмерти сейчас избить Якушева. Десять лет занятия боксом хорошо поставили ему удар. Бросаюсь к другу, прекрасно зная, что вреда он мне не причинит. Висну на его руке, но Лёва дёргает с силой рукой. тогда я забегаю спереди, преграждая ему путь. Пытаясь поймать взгляд. Но парень только за плечо мне смотрит.

— Лёвочка, — лепечу быстро, вставая на носочки и обеими руками обхватывая лицо своего защитника. — Лёвочка, — повторяю более требовательно, когда друг никак не реагирует. — Он того не стоит, слышишь? Забей на него! Ты же знаешь его. Знаешь, какой он мерзкий. Не трогай г*вно, оно вонять не будет. Лёва, — голос звучит твёрже, когда Лев продолжает вырываться, — успокойся немедленно.

Парень перестаёт рваться вперёд. Переводит на меня пылающий ненавистью взгляд. Дышит тяжело, со свистом выпуская воздух.

— Пусти, Даш! Давно уже пора ему рожу начистить! — рычит Лев.

— Нет. Лёва, черт возьми, услышь ты меня! — кричу, потеряв терпение. Руки уже болят от того, с какой силой я давлю на плечи друга. — Оставь!

Друг хмурится. Плечи под моими ладонями расслабляются. Руку поднимает и хвост мой на затылке поправляет. Взгляд становится виноватым.

— Дашка, он тебя лапал. Ты хочешь, чтобы я в стороне стоял и смотрел молча? — вскидывает брови. В голосе до сих пор слышу отголоски ярости. — Он уже давно напрашивается.

— Лёв, — складываю руки на груди, — я бы сама справилась.

Друг смотрит на меня исподлобья. Разворачивается и уходит. Направляется к воротам школы.

— Одинцов, ты куда? — кричит Татьяна Павловна ему вслед. — Немедленно вернись! К директору!

Но друг будто не слышит. Я закатываю глаза и раздражённо цокаю. Ну что за человек, а? срываюсь с места и бегом за Лёвой. Догоняю его с трудом, учитывая ширину его шага.

— Лёва, ну куда ты сорвался? Чего ты психуешь? — пристраиваясь рядом, спрашиваю я.

— Чего я психую? — Лёва резко останавливается и разворачивается, а я по инерции делаю ещё пару шагов. — Да потому что я бы давно ему морду набил, если бы ты меня не останавливала. Или тебе нравятся его похабные шуточки? И то, что он тебя лапает? Нравится? — рявкает.

— Конечно, бл*** нравится, — взрываюсь я. — Очень нравится! По мне незаметно? Каждому встречному отдаться готова!

— Чёрт, Даша, не надо всё переворачивать! Я вспылил, да, но я не могу смотреть, как мою лучшую подругу за волосы таскают, — уже мягче говорит Лёва.

— Ты прав, — опускаю глаза. — Просто я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня. Якушев урод, это всем известно. Он же потом всё вывернет так, будто он стоял, никого не трогал, а ты на него наехал, — качаю головой.

— Да мне по барабану, Даш, — Лёва подходит ко мне и заключает в объятия. — Я хоть душу немного отвёл. Видела, как он еб… кхм… шлёпнулся?

— Видела, — хихикаю нервно я. Всего за двадцать минут меня вывернуло пару раз наизнанку от переизбытка чувств. И сейчас я чувствую себя опустошённой. Единственное, чего мне хочется — оказаться дома и выплакаться. Хотя вчера казалось, что все слёзы закончились. — Спасибо, Лёва, что заступился, — бубню, лбом прижимаясь к вздымающейся груди друга. Знакомый запах бьёт в ноздри. Мой Лёвушка. Самый родной и любимый человек после бабули. Даже Дёму я так сильно не люблю, потому что брат давно уже не