Русская рулетка. Ты только моя - Зоя Анишкина

одно мгновенье. Схватилась за ручку, в страхе обернувшись. Мужчина стоял, спокойно рассматривая меня черными глазами. Из приоткрытой двери доносились неприличные звуки: шлепки, стоны и даже странное хлюпанье…

Застыла в дверях, не в силах сделать шаг. Его взгляд прожигал, но уже иначе. В нем помимо похоти загорелся интерес. Сглотнула, ведь, несмотря на иррациональное желание, такой поворот событий меня пугал. Я действительно отказываю не тому человеку.

– Ответите? Что за роль хотели бы для себя?

Алена вжалась в кресло. По поведению девушки стало понятно, что она не ожидала столь внезапного появления начальника. Казалось, секретарь хотела слиться со стеной, исчезнуть или притвориться бумагами на столе.

– Официантка. Просто официантка.

На лице мужчины появилось задумчивое выражение, вскоре сменившееся лукавой усмешкой. Почему-то от нее пробрало почище, чем от стонов и криков удовольствия за его спиной.

– Ну что ж, недаром ведь слыву чрезмерно правильным. Хорошо. Официантка так официантка, но с одним условием.

Его взгляд загорелся предвкушением.

– Когда я буду на месте, Елизавета, вы будете моей официанткой. Личной. Только моей.

Алена от такого заявления только что в обморок не упала, а я поняла: очередная игра в моей жизни началась.

Глава 7. Лиза

– Лизка, я так рада, что в нашем серпентарии наконец появился кто-то нормальный! Говорят, тебя лично инспектировал Марк Алексеевич. У нас через него многие проходят. Словно помешался! И спит со всеми всего по разу.

Машка говорила тихо, а последние слова вообще произнесла едва слышно. Кроме того, девушка явно казалась раздосадованной этим обстоятельством.

Я же аккуратно расставляла дорогие бокалы, боясь даже дышать на них. Тонкое стекло идеально отполировано и отражало сверкающие в клубе огни. Заведение, где теперь работала, делилось на несколько зон.

В первой и самой большой располагался огромный танцпол. Здесь находилась масса столиков, уютных диванчиков и рубка диджея. В рабочие часы вокруг царил хаос из нескольких сотен людей, двигающихся на специальной сцене танцовщиц и снующих внутри этой каши официанток.

Меня поставили работать здесь. Сначала не верилось, что Марк может так быстро отпустить, что спустит с рук наглость и неповиновение, но так оно и было. Вышла на работу на вторые сутки, без всяких обследований и договоров, кроме трудового. Обычного, классического трудового договора без всяких дополнительных услуг.

Горгулья лишь презрительно осмотрела меня и предупредила, что главное в «Искушении» – работа руками и по основным обязанностям, а остальное – в свободное время или через нее. Да и в главном зале, как правило, девочек никуда не утягивали.

Во второй зоне клуба располагался уютный чил-аут. Туда не пускали основную массу, и доступ имели лишь члены особого клуба. Как правило, там отдыхали политики, звезды шоу-бизнеса и спортсмены. Они лениво потягивали дорогое спиртное и любовались девочками, крутящимися на шестах.

Была несказанно рада, что меня туда не отправили, так как форма у официанток там более чем откровенная: обтягивающее боди пурпурного цвета с глубоким вырезом и полностью оголенной задницей. С пояса лишь спускается бахрома. Впрочем, она не прикрывает ничего от слова «совсем».

Дел там немного, но и от любой девочки априори ожидают работу на два фронта. В третьем зале и вовсе каждая официантка уникальна. Туда имеют доступ единицы, и для них подготовлено все самое лучшее и изысканное.

Самые красивые девочки, привлекательные не только внешне, но и обученные всякого рода премудростям, от музыки до танцев. А еще каждая из них имеет навыки работы в казино. Говорят, даже мэр города там бывает. В третьем зале отдельный вход и куча охраны. Лично я ни разу не заходила в запретную зону, правда, в отличие от многих, и не стремилась к этому…

– Лизка, ну что ты молчишь? Снова ушла в себя? Прекращай. Ты столько работаешь, что даже мне тошно становится.

Отвернувшись от девушки, усмехнулась. Практически каждая здесь мечтала о переходе в следующие залы. Там дополнительный заработок и возможность накопить на свои желания. Кто-то мечтал об образовании, кто-то – о жилье, а кто-то просто наслаждался временной жизнью в роскоши.

Говорят, бывали случаи, что девочек забирали оттуда в содержанки: не редкость в нашем городе. На самом деле проституция процветала везде. Потому что мужчин мало, а женщин слишком много. «Искушение» еще один из самых лучших вариантов. Потому как иногда девочек отлавливали для незаконных притонов и держали против их воли…

– Пойдем, Маш, смена скоро начнется. Если будем много болтать, то Горгулья нас оштрафует.

Девушка боязливо оглянулась. Ей чаще других прилетало от строгого главбуха. И когда та все успевала… Кажется, портить кровь работницам основного зала – ее особое хобби, от которого она получала истинное наслаждение.

– Пошли. Говорят, что сегодня Дьявол на месте и у него там что-то типа мальчишника. Опять собрался с друзьями своими, такое редко бывает в последнее время. Вон даже наши все принарядились.

Девушка злобно осмотрела предполагаемых конкуренток на вечер, а я встрепенулась. В голове до сих звучали его слова: «Елизавета, вы будете моей официанткой. Личной. Только моей».

Прошла неделя с нашего разговора, и я уже подумала, что спасена от внимания хозяина клуба, что он забыл про желание сделать меня своей игрушкой. Если сегодня пронесет, то можно вздохнуть свободно.

Относительно свободно. Главное – не попадаться ему на глаза. Сомневаюсь, что мужчина жалуется на память. Возможно все… Как по мне, так лучше тяжелая работа и шастать среди золотой молодежи, чем продвижение по местной карьерной лестнице.

– А что, они иногда берут девочек отсюда?

Маша фыркнула и уставилась на меня, словно я сморозила невероятную глупость.

– Лизка, ты словно с другой планеты. Берут! Да тут каждая из трусов выпрыгнет и двойное сальто с членом во рту сделает, лишь бы ее заметили и поставили раком.

Снова отвернулась, залившись краской. Еще неделю назад думала, что смогу отделаться от глупого девичьего наваждения. Сны с самим Дьяволом прекратятся. Он перестанет терзать меня по ночам, обещая то, чему никогда не бывать, но нет… Стало еще хуже.

К романтическим бредням примешались другие. Эротического характера, да такие натуралистичные, что теперь просыпалась вся