Беби - бум для босса (СИ) - Максимовская Инга

- Не нужно,- выплевываю я. – Сам разберусь.

Сука, я проспал. Вырубился, мудила, и проспал все на свете иначе ни за что бы не отпустил рыжуху. Где ее теперь искать? И мужик этот со своей полицией еще. Ни один сыщик не сможет мне вернуть то, что у меня украла эта гребаная «Мери Поппинс», которая улетела с попутным ветром, пока я трахал ее в своих снах.

Поганое полотенце тут же натягивается, когда я вспоминаю, что творил вчера с этой простушкой. Дядька испуганно смотрит, как я боком двигаюсь в направлении лифта. Да, блядь, меня разорвет сейчас от возбуждения.

Прижимаюсь лбом к прохладной стенке лифта, пытаясь унять дрожь.

Помогает плохо. Я буквально вываливаюсь из подъемника, и тут же вздрагиваю от резкого телефонного звонка. Гребаный мобильник, куда я его бросил вчера? Мне сейчас нужны не разговоры. Нужно спустить пар. на чертов белый ковер, где вчера трепетала от моих прикосновений рыжая.

Трель телефона не стихает. Я мечусь по комнате, пытаясь на слух найти адский аппарат. Нахожу под гребаной кривоногой кушеткой.

- Ты где? – несется мне в ухо капризный голосок Ольги.- Сам затеялся с ЭКО, а теперь щляешься хрен знает где всю ночь. Мы опоздаем.

- Оль, возьми такси. Я приеду сразу в клинику. Извини, у меня была важная встреча, - выдыхаю устало. Она права, нужно приходить в себя. На черта мне сдалась эта ведьма с зелеными глазами?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Хорошо, - ровно отвечает моя невеста. Без эмоций, без интереса. Ей похрену, что я не ночевал дома. Идеальная жена, для такого как я. – И не опаздывай. Сегодня у нас знакомство с суррогатной матерью. Не смей вонять перегаром. Ты же хочешь этого ребенка, так что будь лапушкой, Глеб.

Я к ней привык. Правда, вот вроде уже не могу возвращаться домой, когда там нет Ольги. Невеста? Моя будущая жена. Отец привел девчонку в наш дом, после смерти ее отца. Я не знаю. что связывало наших родителей, не знаю, какие скелеты в шкафу были у моего папаши. Он никогда не отличался особой чистоплотностью в делах, в женщинах, жизни. Я полная его копия. Нам было по двадцать лет. Мне чуть больше. Оля на полгода младше меня. Она была улыбчивой простушкой. И страшно меня раздражала.

- Ты женишься на Ольге,- спустя год после ее появления в моей жизни выдал папуля. – Это не обсуждается.

- И почему, интересно?  - нагло поинтересовался я, пытаясь уловить шутку в голосе родителя.

- Потому что я так сказал.

- А если нет?

- Тогда вылетишь пулей из моего дома, моего завещания и моей жизни,- погано улыбнулся папуля, и я понял – он не шутит.

- Хорошо,-так же  погано улыбнулся я.- Женюсь. Это все?

- Поклянись,- хмыкнул отец, видя, что я вру.

- Может еще контракт кровью подписать?

- Этого не нужно. Ты же не станешь врать умирающему отцу. 

Завещание я прочел спустя два года, которые провел очень продуктивно и зажигательно. Пустился во все тяжкие, так сказать. Известие о смерти отца застало меня в объятиях нескольких шлюх. Я даже не сразу понял, что стал обладателем огромного состояния. Которое, кстати, преумножилось с тех пор в разы, благодаря моим праведным трудам. Вот только условия получения полного пакета акций моей компании, оказались, мягко – говоря, странными. Я до сих пор не полный владелец фирмы, не могу получить доступ ко всем активам, потому что мой полоумный отец добавил в завещание один пункт, который мог прийти в голову только абсолютному безумцу. Но доказать неадекватность отца на момент подписания завещания я не смог. Старый пройдоха полностью обезопасился. Даже врач присутствовал при подписании цидульки. И все мои поползновения пошли прахом. Я должен стать отцом, любым возможным способом. А помня о клятве, данной папуле, я нашел замечательный выход из положения. По завещанию, вторая часть состояния отходит матери еще не рожденного младенца. Ольга об этом не знает. Биологически – матерью будет она, а не выносившая ребенка баба. А состояние семьи – общее состояние. Вроде все складывается. Вот только эта рыжая ведьма чуть не спутала мне все планы. Пора возвращаться в привычную мне жизнь, и не думать о зеленющийх глазах, и сливовой попе. У меня есть невеста, похожая на породистую кобылу, концерн, который я поднял на ноги из руин, оставленных моим отцом, и скоро будет сын.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот только почему – то мысли снова и снова возвращаются к рыжей бестии, даже имени которой я не знаю.

Глава 6

Настя

- Ты работать шпионом что – ли устроилась?

Катюша улыбается, я знаю. Слышу по голосу. Сегодня Сонечке чуть лучше. Все готово к операции, и это вселяет надежду. И мне на душе становится спокойнее.

- Нет, просто телефон мне предоставляет фирма, с которой я заключила контракт,- вру я, отчаянно краснея, хорошо, что Катюша меня не видит, иначе сразу бы раскусила. – Поэтому номер пришлось сменить. Ты на этот звони.

- Хорошо. Насть, ты береги себя,- тихо говорит сестра, а у меня в душе пляшут мазурку черти. Что меня ждет? Кто тот таинственный заказчик, которому я рожу малыша? Чужого малыша, который будет расти в моей утробе, развиваться. И смогу ли я его не любить? Получится ли относиться к нему, как к чужому? Эти вопросы пугают меня даже больше самой процедуры.

Симкарту я выкинула еще вчера. Когда вернулась домой. Надо же было быть такой дурой, и позвонить незнакомому мужику с требованием «искр» со своего собственного номера.Точнее не выкинула, утопила в ванной полной пены, чтобы уж наверняка.Пришлось с утра плестись за новой, ведь без связи я не смогу узнавать, что происходит с моими девочками. Почему плестись? Потому что ноги, после экзерсисов моего «искрометного» любовничка ходить отказываются. Спала я плохо. Мне снилисьсовсем не целомудренные сны и россыпи вонючей, скользкой рыбы, рассыпанной по кровати, на которой мы с Золотовым вновь и вновь сливались в страстном соитии. Фу. Только вот проснулась я от разрывающего тело возбуждения, что никак не добавило мне бодрости.

Пора. Напяливаю на себя приготовленное трикотажное платье, изумрудного цвета, которое, по словам Кати, идет мне невероятно. Волосы забираю в высокий хвост, становясь похожей на маленькую испуганную девочку. Такую прическу любила делать мне мама, называла ее "лошадь какает" и звонко при этом смеялась, пока не... На глаза наворачиваются слезы. Эх, мама, будь вы с папой живы, все было бы иначе.

От уличного холода не спасает даже легкое пальто. Интересно, почему я решила, что буду в нем выглядеть более официально? Ага, с красным носом, и дрожащая, как той терьер при виде мухи. Сражу на повал заказчика соплей замерзшей под носом. Графиня блин. Сумка, полная моих вещей, оттягивает плечо. По контракту, я не смогу жить в нашей с Катей квартире. На все время беременности мне предоставят жилье. Очень надеюсь, что не в семье клиента клиники. Жить в чужих людях я не приучена.

Возле клиники я останавливаюсь, пытаясь побороть горькую, нервную тошноту. Выдыхаю резко и делаю шаг на белоснежные ступени. Тело отдается истомой, и между ног становится дискомфортно. Черт, да почему я все время вспоминаю знакомство с этим мерзавцем, который воспользовался мной, как вещью. Хотя, ну да, я ж сама предложила. Только дурак откажется от того, что само плывет на твой ... Тьфу ты черт. В твои объятия.

- Осторожно. Девушка, вы совсем не смотрите куда идете? – слышу капризный голосок. На меня смотрит королева красоты. Высокая шатенка, в пальто цвета фуксии, которую я случайно задела своей холопской торбой. Да она наверное с небес спустилась, а тут я со своим свиным рылом в калашный ряд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Простите, - шепчу я, стараясь не рассматривать красавицу, как тигрицу в зоопарке. Есть в ней, кстати, что – то хищное. Крылья  тонкого носа раздуваются от ярости. Эта чертова лестница меня точно погубит. Как пить дать.- Я просто торопилась.Я ненарочно,- мямлю, как дурочка, себя за это ненавидя. Но давать отпор хамке у меня просто сейчас нет сил. Всю трясет от нервного возбуждения, страха и еще, как ни странно, воспоминаний оо вчерашнем вечере. Ну не идет у меня из головы Глеб Золотов, хоть ты тресни.