Дженнифер Аподака - Восхищенный взгляд

– Ты лицемер и ханжа.

Айзек скрестил руки на груди.

– А ты испуганная маленькая девочка. Я теряю терпение. Мне начинает казаться, что тебя пора хорошенько отшлепать.

Люк потер лоб.

– Прекратите. – Он не хотел думать о том, как Айзек будет шлепать мать Айви. И хотя ощущать под ладонью попку Айви было приятно, и еще как, он не стал бы ее шлепать, даже если бы то была просто маленькая сексуальная игра… Черт! Надо уметь правильно расставлять приоритеты. Концентрируйся на работе. На деле, а не на Айви. Господи! Секс с ней спровоцировал у него размягчение мозгов.

– Айви! – возмущенно вскричала Мэллори. – Ты слышала, что он сказал? И ты после этого продолжаешь думать, что я должна с ним встречаться?

Люк повернулся к Айви. Интересно, что она ответит?

– Айзек тебя любит, – назидательно сказала Айви, глядя на мать. – Он не твой отец. Он никогда не поднимет на тебя руку. – Айви повернулась к Айзеку и, грозно посмотрев на него, добавила: – Потому что, если он тебя обидит, я его убью. А теперь вы оба заткнитесь, пожалуйста. От вас у меня голова разболелась.

Люку захотелось стащить ее со стула и усадить к себе на колени. Айви очень любила свою мать, но она не обманывалась на ее счет.

И все-таки каково это, когда тебя любят, невзирая ни на что? Любят вопреки всему? Даже если ты недостоин этой любви? Черт, он опять сползает куда-то не туда. Люк повернул голову к Регине.

Но Регина пристально смотрела на Мэллори. – Вы явно находитесь под влиянием статуэток, но боретесь с этим влиянием. Господи, это просто невероятно. Вы все трое попали под их заклятие. Айзек – нет. Его страсть уже давно лежит на поверхности. Но вы трое, – Регина обвела взглядом Мэллори, Айви и Люка, – вы все просто вибрируете от страсти. И это несмотря на то, что вы находились в поле статуэток совсем недолго. Превосходно!

Люк назвал бы это явление похотью, а не заклятием. Однако он предпочел промолчать. Регина жила ради этих статуэток, поэтому ее стремление обнаружить как можно большее количество людей, испытавших на себе влияние этих нефритовых богинь, было вполне объяснимым.

– Вернемся к Джордану. Он достаточно умен и проницателен, чтобы суметь дергать за нужные нити. Он вполне может быть в этом деле кукловодом. Его нельзя сбрасывать со счетов.

Айви нахмурилась и, оторвав взгляд от экрана, спросила:

– Если Пирс уговорил Марлу нанять Трипа, чтобы тот украл статуэтки, зачем ему было убивать Трипа? Можно было просто расплатиться с ним. Каждый остался бы при своем, и никаких жертв.

– Все так, если только Марла не шантажировала Пирса в надежде женить его на себе. И тогда он взял дело в свои руки. Убил Трипа и завладел статуэтками.

– Но тогда где Марла? – спросила Айви. Поскольку вопрос ее остался риторическим, она, болезненно поморщившись, озвучила то, о чем подумал каждый из присутствующих: – Вы считаете, что он и ее убил? Не могу в это поверить.

– Могу предложить иной сценарий, – сказал Айзек. – Возможно, Марла наняла Трипа, но тот ее обманул, и тогда она обратилась к Пирсу за помощью. Разве Пирс не является наиболее вероятным лицом, с которым вступил бы в контакт вор, укравший статуэтки? Как я понимаю, Пирс не делал тайны из того, что готов их купить. Но насколько сильно он хотел их заполучить?

– Очень сильно, – хором сказали Люк и Регина.

Айви устало вздохнула.

– Все так запутано.

Люку тоже все происходящее совсем не нравилось. И больше всего ему не нравилось то, как вся эта ситуация действует на Айви, заставляя ее переживать и бояться за мать.

– Запутано, потому что у нас на руках нет всех кусочков мозаики. Мы должны продолжать искать их, пока не будут собраны все.

Айви кивнула и вернулась к работе на компьютере.

Люк посмотрел на Мэллори.

– Когда Марла и мой двоюродный брат были у вас дома, чем они занимались?

– Они помогли мне убраться. Перемыли столовые приборы, разбросанные по полу, разложили по местам диванные подушки, расставили книги в шкафах, протерли все, пропылесосили.

Люк все не унимался:

– Они все время были у вас на виду или сами по себе бродили по дому?

– Каждый был занят своей работой. Они просто помогали мне! Марла всегда держалась со мной дружелюбно, и Арнольд мне помогал, и все это бесплатно.

Айзек презрительно хмыкнул.

– Люк, – вдруг вмешалась Айви. – Почему ты спрашиваешь про Арнольда? Ты ведь не думаешь, что он причастен к этой истории? Или все же думаешь? В его офисе мы не нашли никакого компромата.

Люк пожал плечами.

– Я думаю, что он всего лишь пытается найти статуэтки раньше меня, и все же я бы и его не стал исключать из числа подозреваемых. Скорее всего он просто отрабатывал свою версию, согласно которой вы с Мэллори имели какое-то отношение к краже статуэток. И тут ему подвернулся весьма удачный предлог, чтобы пошарить в доме, вот он и предложил свою помощь. И Марла скорее всего исходила из тех же соображений.

– Но он обещал помочь мне. И еще он сказал, что вы опасный человек и мы должны защитить Айви от вас, – возразила Мэллори.

Люк предпочел оставить эту реплику без внимания.

Айзек встал на его защиту:

– Никто никогда не защитил бы Айви лучше, чем Люк. И где сейчас твой Арнольд, этот рыцарь в сияющих доспехах? Исчез, испарился, как и все твои красавцы мальчишки.

Мэллори вскочила из-за стола.

– Ненавижу тебя. Ненавижу эту твою манеру всезнайки. Ты так уверен, что я пропащая? Что ни один мужчина не может мною заинтересоваться? – Слезы выступили у нее на глазах. – По крайней мере эти мальчишки не пытаются учить меня жизни и командовать мной. И не говорят мне, что я неудачница.

У Люка от всего этого уже голова раскалывалась.

Айзек встал из-за стола.

– Я никогда не называл тебя неудачницей.

В комнате повисла гнетущая тишина.

Мэллори шмыгнула носом, вздернула голову и распрямила плечи.

– Говоришь, еще как говоришь. Айви ошибается. Ты такой же, как мой отец. Ты бы тоже попытался отнять у меня Айви. – Мэллори демонстративно вышла из комнаты, едва не задев бедром Айзека.

Айви отставила ноутбук, отодвинула стул и поднялась из-за стола, но Люк схватил ее за руку.

Айзек побледнел как полотно. Он повернулся к Айви:

– О чем она говорит?

– Отец отхлестал ее по щекам и выгнал из дома, узнав, что она беременна. Несколькими годами позже он подал на нее в суд, пытаясь добиться опекунства надо мной. Моя мама боролась с ним и победила.

– Господи, он пытался отнять тебя у нее? Почему? Зачем он это делал?

Люк крепко держал Айви за руку, чувствуя, как она дрожит.

– Потому что он не считал ее способной быть мне хорошей матерью. Сказал, что она слишком легкомысленная. Если точнее, он назвал ее шлюхой.