Лот (СИ) - Добровольская Галина

Даже пытался увлечься кем-то другим. И этих других за прошедшие два месяца было достаточно, вот только кроме чистой физиологии они ничего мне не могли предложить. Хотя скорее я сам не хотел этого от них брать. Просто секс дарующий разрядку для снятия напряжения. И ничего более. Единственное кого хотелось видеть рядом с собой — Виталина. Да, и чего врать, хотелось, чтобы именно она была на месте очередной, готовой раздвинуть передо мной свои ноги. Я медленно сходил с ума.

По словам матери: я плохо ем, плохо сплю, и почти всё время на работе. Но мне так проще. Проще не думать полностью переключив себя на работу. За то отец мной очень доволен, не ожидал от меня подобного рвения и интереса к семейной фирме.

Артём тоже возникает, что совсем про него забыл, хотя у того тоже в личном плане так же весело как у меня. Вот только он с маниакальной настойчивостью уверяет себя, что ему просто нужно вычеркнуть из своей жизни, и жизни своей семьи, одну маленькую рыжую бестию.

Но больше меня интересовал Максимов. О нём давно ничего не было слышно. Даже Даша сказала, что последний раз видела его на суде. Какое-то время, даже мои люди следили за домом Виталины, чтобы оградить её от настойчивого внимание Макса. Но это было лишним. Максимов больше не только не выказывал интереса в сторону Никишиной, но и вообще, как в воду канул. Да и Таня лишь пожимала плечами, давая понять, что понятия не имеет куда подевался её бедовый братец.

Притормозив около многоэтажки где был размещён офис нашей фирмы, я запарковал машину и отправился туда, где можно было избежать своих мыслей. Последнее время самым трудным для меня был путь на работу и с работы домой. Дома же я находил способ заглушить мысли и чувство вины, брезгливости к самому себе, и обреченности. Я знал, что рано или поздно всё пройдёт, но этого момента ещё нужно было дождаться.

Открыв дверь своего кабинета, и войдя в него, я досадливо застонал.

— И тебе добрый день, — усмехнулся Тёма, который вальяжно восседал в одном из кожаных кресел, и смотрелся немного дисгармонично в деловом убранстве моего кабинета, облачённый в джинсы и футболку.

— Чем обязан такой чести? Разве ты не должен быть заграницей, там в Бостоне, Нью-Йорке, где-то там ещё за пределами России? — Не стал я стоять в дверях, вошел в кабинет, и сел за свой стол, хотя очень захотелось закрыть дверь, с другой стороны.

— Я пока решил задержаться в России. Учится можно и дистанционно, главное сдать экзамены про прослушанному курсу. А мне и в России пока хорошо, главное, чтобы отцу сюда вдруг на долгий срок не потребовалось приехать, — усмехнулся друг.

— Держишь свою женушку подальше от её жениха, — хмыкнул я, удобнее устраиваясь в офисном кресле.

— Отец в своё время назначил её моей личной помощницей, сам дал мне это козырь, грех не воспользоваться. А как мне работать без личного помощника?! — развёл руками друг.

— И ты решил навестить меня… — я много значительно замолчал давая возможность другу продолжить моё предложение.

— Мне позвонила твоя мать. Она очень переживает за тебя. Ты так кардинально поменял жизнь стиль жизни, что она переживает ка бы ты не сгорел на работе.

Я положил локти на стол и потёр лицо ладонями. Этого мне сейчас не хватало.

— Значит тебя попросили быть нянькой? — зловеще усмехнулся я.

— Бля, Матвей, ты себя в зеркале видел? ТЫ похож на приведение, а синяки под глазами как у не трупа не первой свежести…

— Ты много трупов поведал? — перебил я друга совершенно не желая обсуждать мою персону, и моё состояние.

— Нет, Матвей, трупов я не видел, но понимаю, что спишь ты мало. Твоя мать говорит, что если бы не следила лично за твоим питанием, то и костюмы бы ушивать пришлось, — Артём поднялся и прошел к стенному бару, чтобы налить себе выпить.

Да, мамочка появлялась здесь на обед и на ужин, и сидела смотря на меня до тех пор, пока я не опустошал всю принесённую ей посуду.

— Почему бы тебе не встретиться в Виталиной и не поговорить с ней? — лёгким обыденным тоном, будто о покупке бейсболки проговорил Тёма.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А почему бы тебе не поговорить с Оксаной? — в тон ответил я другу.

— Мы разговаривает, — с видимым спокойствием ответил Артём, но пролил немного виски, который в этот самый момент наливал себе в стакан.

— Так и мы с Витой разговариваем, — с точно таким же безразличием пожал я печами. — Вот как раз забрал её с универа и отвёз домой, — я взял в руки первую попавшуюся папку и сделал вид что занялся делами, под гнетущую тишину.

— Вы померились? — Тёма даже не пытался скрыть своё любопытства.

— Частично, — читая раз в десятый одну и ту же строчку, и не понимая о чём там написано, ответил я.

— ну раз вы на пути к примирению, то это нужно отметить. Я обещал твоей маме вытащить тебя отсюда, и помочь расслабиться, — залпом влив в себя виски, направился ко мне друг.

— Ты конечно ничего, но расслабляться я предпочитаю с женщинами, а твои предложения меня немного пугают, — хмыкнул я.

— ты разбиваешь мне сердце, — наигранно плаксиво проговорил друг. — Но так и быть я уступлю тебя женщинам. Я как раз знаю несколько которые с радостью, заменят нам с тобой друг друга.

— Страшная фраза, — усмехнулся я. Но на удивление настроение улучшилось, и действительно захотелось развеется. — Ладно погнали, глянем на твоих заменителей, — поднялся я из-за стола и направился к двери.

Мы уже спустились на лифте на первый этаж, когда нам повстречался Тима.

— Тимофей, меня сегодня уже не будет, встреч нет, все документы ко мне на почту в электроне, и секретарю на подпись, если очень срочное что-то то к отцу, — парень кивнул, а мы направились на выход.

— Матвей Игоревич, что там по поводу места для Виталины? — окликнул мене Тимофей.

— Просто Матвей, — поморщился я от официального обращения, — всё же ты старше меня. С Виталиной я говорил, решение за ней.

— Спасибо, — вновь кивнул парень.

Мы наконец-то покинули здание офиса, и направились к моей машине. Артём молчаливо шел следом за мной с задумчивым выражением лица.

— И что ты там себе надумал интересно мне знать? — садясь на водительское место и наблюдая как друз занимает пассажирское, осведомился я.

— Скажи мне, это тот самый Тимофей, который проиграл тогда…

— Да, — не стал ничего прояснять я другу.

— А Виталина тут тогда каким местом?

— Виталина — его сестра, та самая которую Макс хотел в качестве возврата долга, — заводя мотор и выжимая сцепление, переключил скорость, направил машину на выезд с парковки.

— Да ну нах, — подофигел Артём. — Я знал что мир тесен, но чтоб на столько.

— Не говори сам в ахуе, — усмехнулся я. — Хотя что удивляться, если ты сам женат на невесте своего отца.

— Ты знаешь, что я по этой причине на ней и женился. Рассчитывал, что отец пошлёт эту шлюху куда подальше. Но речь сейчас не обо мне. Выходит, что витали пошла к Генри чтобы…

— Да. Она пошла туда так как Тимофей не собрал нужную сумму, а Макс со своими прихвостнями сломали парню пару рёбер чтобы напомнить, что долг платежом красен. До сих пор не могу найти нашего херувима. Не знаешь куда подевался Максимов? — решил сменить я тему.

— Понятия не имею, не видел его с самого аукциона. Но ты с темы не соскакивай. Если ты знаешь всю эту хуйню, и тем более знаешь кто её виновник, почему не простишь девочку? — вновь начал портить мне настроение друг.

— С чего ты взял что я её не простил? Я тебе больше скажу, — прощать её не за что, — горько усмехнулся я, впервые мысли что преследовали меня все эти два месяца преобразовались в слова.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— так от чего ты сейчас здесь со мной, отчего изводишь себя работой? Ты же хочешь быть с ней!

Я свернул на обочину, понимая, что в таком состоянии вести машину дальше опасно. Нет, я друга я не злился, он только озвучил те вопросы, которые я сотни и тысячи раз задавал себе, но вот ответ на них не менялся.

— Ты думаешь я не пытался? Знаешь сколько раз я подъезжал к её дому и сидел смотря на темный провал подъезда, надеясь, что она выйдет и увидев меня, потому что я трус, и мне не хватает смелости пойти к ней и умолять меня простить, за то что испортил её жизнь. Нет, Тём, то что сделал я — не прощают. И сегодня я в этом убедился поговорив с ней. — Я какое-то время смотрел в лобовое стекло совершенно не видя окружающий меня мир. Виталина была для меня потеряна, и сегодня я осознал это окончательно, так что пора выкинуть глупые мечты и фантазии, что она сама придёт ко мне… — извини, но что-то настроение не для баб, может просто напьёмся?