Джули Гаррат - Согласие на брак

– Кимоно? – переспросил он, стараясь обуздать свою плоть.

– По-моему, это звучит более сексуально, чем просто "халат", не находишь? – Она положила руки ему на плечи. – Эй, я пытаюсь соблазнить тебя, но с тобой это не так-то просто.

– Ничего не выйдет. – Усилием воли Ричард заставил себя отстраниться от нее. – Черт побери, Эми… мы здесь не для этого, – дрожащим от желания голосом и вместе с тем твердо произнес он. – Я не злоупотребляю твоей минутной слабостью. – Заглянув в ее глаза, он увидел в них откровенную насмешку.

– Ты хочешь меня, – сказала она.

– Да. Я хочу тебя, но я также хочу, чтобы ты стала моей женой.

– Так примерь, прежде чем покупать, – усмехнулась она.

– Эми, мы же не на рынке.

Она встала на цыпочки, и ее губы оказались на одном уровне с его губами.

– И все же ты еще не доказал, что действительно хочешь меня.

Ричард, чувствуя, что самообладание вот-вот изменит ему, резко отпрянул.

– Там, внизу, ты сказала, что любишь меня, – пробормотал он. – Но это не любовь. Ты просто потешаешься над моими чувствами.

Глаза Эми лукаво блеснули.

– А что ты ко мне чувствуешь?

– Я люблю и уважаю тебя. Неужели этого недостаточно?

Эми неторопливым движением запахнула халат, завязала тонкий поясок на талии и медленно подошла к окну.

Ричард уже пожалел, что отказался от того, что она ему предлагала. И еще об одном он пожалел – что был так откровенен с ней. Он пересек комнату, остановившись у нее за спиной. Он стоял так близко, что чувствовал исходивший от ее волос запах моря и тонкий, неуловимый, как несбыточная надежда, аромат ее духов. В тот момент в его глазах она представала такой же извечной, как сама природа, как воды океана, и такой же юной, как весеннее утро. Она была его днем и ночью, солнцем и луной; ее заразительный смех, как и ее практический ум, находили живой отклик в его душе.

Он положил руки ей на плечи и почувствовал, как она вдруг обмякла. Она откинула голову чуть назад. Ее волосы упали ему на ладони, и тогда он осмелился плотнее прижаться к ней. Эми взяла в руку его ладонь и, раздвинув отвороты халата, положила ее себе на грудь. Ее кожа на ощупь показалась ему более шелковой, чем ткань, облегавшая ее. Он почувствовал, как у него под рукой напружинилась ее плоть, почувствовал, что бутон соска готов вот-вот раскрыться навстречу желанию.

Нащупав губами сокровенное местечко у нее за ухом, он впитывал, точно нектар, тепло ее тела. Затем медленно повернул ее к себе и нашел ее губы, обещавшие блаженство.

Они долго стояли, слившись в поцелуе, погруженные в тягучую, томительную и сладостную тишину, окутавшую все вокруг, – тишину, которую, он знал это, необходимо было нарушить.

– Мы должны остановиться, милая Эми, – шепнул он ей на ухо. – По крайней мере, на сегодня это все.

– Нет, – простонала она. – Ричард, это только начало. Уже поздно отступать.

Он нашел в себе силы отнять ладонь от ее груди и, сделав это, почувствовал, как Эми затрепетала всем телом, словно внезапно объятая холодом. Она обратила к нему обрамленное золотым ореолом волос лицо и впилась в него изголодавшимся взглядом, похожим на взгляд тигрицы, преследующей добычу.

– Но почему? – взмолилась она. – Почему ты не хочешь меня?

Ричард взял ее лицо в свои ладони и тихо произнес:

– Неужели ты не понимаешь? Это было бы слишком рискованно. В тебе может зародиться новая жизнь, любовь моя.

– Ребенок? – Глаза ее увлажнились. Ричард кивнул.

– Эми, я не хочу так рисковать. Не могу…

– Ты отправился со мной и даже не догадался захватить с собой?.. – Она осеклась, в уголках ее губ заиграла улыбка.

– Разумеется, нет! У меня и в мыслях не было…

– Знаешь, в Штатах, когда я училась в колледже, нам советовали не полагаться в таких делах на самотек.

Ричард засмеялся.

– Я никогда не учился в колледже.

– Следуя этому правилу, я повсюду таскаю с собой эти… штуки, хотя до сих пор мне как-то не представлялось случая воспользоваться ими.

– Эми… что ты такое говоришь?

– Но я их не выбросила, Ричард. Они у меня в сумке, а сумка возле кровати.

Она лежала свернувшись калачиком, прижавшись к нему спиной. Его ладонь покоилась на ее бедре. Так все и должно быть, думала она в полудреме. Так должно быть, если тебя любят.

А он любил ее.

Теперь, предаваясь блаженной неге, ей все больше и больше хотелось верить в это. Да, он любил ее.

Эми, стараясь не потревожить его, перевернулась на спину. Ей казалось, что он спит; с того самого момента, как улегся шквал страстей, он ни разу не шевельнулся.

Однако она ошиблась, Ричард не спал. Он лежал, повернувшись к ней вполоборота, подперев голову рукой, и задумчиво смотрел на нее.

– Займемся этим еще, – пробормотала она. – Это было нечто необыкновенное, мистер Боден.

– Нет, – улыбнувшись, сказал Ричард. Он наклонился, легко и нежно коснувшись ее губ своими.

– Нет? – удивилась она, не желая прерывать поцелуя. – Тебе не понравилось? – Она лукаво взглянула на него, точно заранее знала, каким будет его ответ.

Он вдруг посерьезнел.

– Эми, чудесная моя девочка, я испытал с тобой райское блаженство, но… почему ты не предупредила меня?..

– Если бы я это сделала, ты бы не прикоснулся ко мне до самой свадьбы, верно? – Она приложила палец к его губам. – Впрочем, какое это теперь имеет значение?

– Девственность для тебя ничего не значит?

– Мои друзья, с которыми я училась в колледже, подняли бы меня на смех, узнай они, что я такая неопытная. Приходилось притворяться, что ты такая же, как все. Именно поэтому я и таскала с собой эти резинки.

– Ты обманула меня.

– Ричард, но тебе ведь понравилось? – Эми многозначительно улыбнулась.

– Да, очень. Можешь мне поверить.

– Так давай займемся этим снова.

– Сперва надо подумать о свадьбе.

– Сколько времени здесь, в Англии, требуется на это?

– Ты имеешь в виду, соблюдая все приличия или как-то иначе?

– Иначе. Я хочу поскорее стать твоей женой. Мне нравится то, что ты со мной делаешь.

Ричард издал тихий стон.

– Эми, пожалуй, лучше не будем усложнять себе жизнь.

– Меня пугало, что ты ни разу не сказал ни слова о любви.

– И поэтому ты так изменилась? Почему мы едва не стали чужими друг другу?

– Это началось в тот момент, когда позвонила Лиззи, – сказала Эми, полная решимости положить конец всяким недомолвкам. – Мы с тобой разговаривали об Уайдейл-холле, и мне показалось, что ты как раз хотел признаться, что между нами все кончено.

– Боже мой! Но что заставило тебя прийти к такому выводу?

– Я спросила, не переменил ли ты своего решения, и ты ответил, что не хочешь… а потом зазвонил телефон, и мы так и не договорили.