Элизабет Лоуэлл - Дождь в пустыне

— Я знаю, ты не веришь мне, — тихо, но в то же время твердо произнесла она. — Ты уверен, что слова ничего не значат.

— Холли… — нетерпеливо начал Линк.

— Нет, — перебила она, — позволь мне любить тебя.

Она внимательно посмотрела на него. Ее глаза расширились от желания донести до его сознания то, о чем она говорила.

— Слушай язык моих рук, моего тела. Позволь мне показать тебе мою любовь. И тогда ты не сможешь не поверить мне. Пожалуйста, Линк. Слушай…

Линк замер, потрясенный ее отчаянными мольбами.

— Слушаю, — тихо произнес он.

— Ложись.

— Это поможет лучше слышать?

— Я надеюсь, — прошептала Холли.

Линк вытянулся на кровати со странной полуулыбкой на устах.

— Так хорошо? — спросил он. Холли кивнула.

— Что теперь?

— Я стану прикасаться к тебе так, как хочу, — произнесла она.

Линк удивленно посмотрел на нее, но прежде чем он успел задать ей вопрос, который она прочитала в его глазах, ее пальцы погрузились в его густые волосы.

— Они прохладные, словно струящийся между пальцами шелк, — тихо произнесла она. — Мне нравится прикасаться к ним, смотреть на них. Они переливаются разными цветами: коричневым, бронзовым, топленым золотом, в них есть даже оттенки черного.

Линк откинул голову вслед за движением ее ладони. Холли наклонилась над ним и глубоко вдохнула.

— Как хорошо пахнет. Так пахнет в пустыне после проливного дождя…

Она на мгновение закрыла глаза, с упоением чувствуя, как его волосы скользят по чувствительной коже между пальцами.

Линк ощутил всю силу ее эмоций и едва сдержался, чтобы не заключить ее в свои объятия, растворяясь в ней, ища горячего, чувственного забвения, в котором никогда не наступит завтра.

— Холли, — глухо произнес он.

— Нет. Еще не время. Позволь мне любить тебя хотя бы на этот раз. Позволь прикасаться к тебе. Обещаешь не мешать?

По телу Линка пробежала сладострастная дрожь.

— Да, — произнес он. — Постараюсь. Но я никогда…

Он пожал плечами и замолчал.

Холли печально улыбнулась, сердцем поняв то, что он хотел сказать.

«Он никогда не позволял женщине управлять собой в постели».

— Обещаю, тебе не будет больно, — сказала она.

Линк непременно бы рассмеялся, если б его не сдерживала печаль, сквозившая в прекрасных золотистых глазах.

Холли помассировала ему голову, пытаясь снять напряжение. Движения ее, точные и уверенные, не имели ничего общего с физическим влечением.

Линк с облегчением вздохнул и закрыл от удовольствия глаза, полностью отдаваясь во власть искусных пальцев Холли.

Через некоторое время она размяла ему шею и помассировала спину. Он снова вздохнул от удовольствия, расслабляясь еще больше.

Она осторожно провела ногтем по ушной раковине.

Его дыхание участилось.

С тихим смехом Холли наклонилась и уткнулась носом в его ухо.

— Хочу проверить, такое же чувствительное у тебя это место, как у меня, — прошептала она.

Ее дыхание обожгло, пробуждая новые ощущения. Кончик ее языка заскользил по уху, отыскивая чувствительные точки, то медленно наступая, то отходя вновь. Так обычно делал Линк. Холли точь-в-точь повторяла его действия.

Линк неожиданно обхватил ее руками.

— Холли… — Его голос был глухим от жгучего желания, он задыхался, не в силах произнести ничего больше. — Холли…

Девушка осторожно прикусила мочку его уха.

— Ты обещал слушать, — напомнила она. — А ты не услышишь, если станешь прикасаться ко мне.

— Не знаю, долго ли смогу вынести это, — пробормотал он.

— Я только начала. Слушай меня, Линк. Пожалуйста, слушай.

Линк неохотно опустил руки, вновь отдавая свое тело во власть Холли.

— Мне так много нужно тебе сказать, — прошептала она.

Продолжая осторожно покусывать кожу, Холли постепенно продвигалась вниз по сильной шее, помассировала мышцы в том месте, где шея переходила в плечи.

Он, точно кот, выгнулся от ее прикосновений.

— Что ты говоришь? — глухо спросил он.

— Что люблю твою шею и плечи. Мне нравится чувствовать под пальцами стальные мускулы. Мне кажется, твое тело… совершенно… когда мои руки скользят по нему.

Линк закрыл глаза, боясь, что не справится с собой, глядя на Холли, и непременно опять набросится на нее.

Аромат лосьона после бритья был настолько легким, что Холли почувствовала его, лишь когда прикоснулась губами к его шее. Свежевыбритая кожа была не мягкой, но и не грубой, скорее… мужской.

Девушка с наслаждением, медленно провела по ней губами. Затем перевела дыхание и стала подниматься вверх, к ямочке на подбородке.

Линк открыл глаза, ожидая увидеть в ее глазах радость, надеясь, что в них не осталось и тени грусти. Еще никогда ее глаза не казались ему столь прекрасными. И столь печальными.

— Я опережаю сама себя, — произнесла она.

— Опережаешь? — полушутя переспросил он. — Если ты будешь действовать хоть немного медленнее, я уж точно не выдержу.

Холли приложила пальцы к его губам, лаская их и одновременно не давая ему говорить.

— Я еще не сказала о твоих глазах, — произнесла она. — Они цвета виски с изумрудным блеском, а ресницы…

Холли поцеловала его ресницы.

— Как несправедливо, — вздохнув, произнесла она. — Я всегда считала, что мужчине недопустимо иметь такие глаза. А твой рот…

Задумавшись, Холли обвела кончиками пальцев его губы.

— Когда мне было тринадцать, я часто представляла, как эти дразнящие, улыбающиеся губы целуют меня. Их чувственный изгиб и скрытая сила манили меня.

— В тринадцать лет? — Линк был потрясен.

— Угу, — подтвердила Холли. — А когда мне исполнилось шестнадцать, я узнала, что мои мечты и на йоту не были так хороши, как реальность.

Линк хотел что-то сказать, но она закрыла ему рот поцелуем. Ее язык изучал его рот с основательностью, которой научил ее Линк. Она была хорошей ученицей, быстро перенимая приемы любовной игры.

Холли провела языком по краешкам его зубов, по шероховатой поверхности языка, насладилась невероятной гладкостью под ним. И глубоко погрузилась во влажное тепло его рта, двигаясь быстро и ритмично, воспламеняя Линка.

Наконец она подняла голову и счастливо вздохнула, передавая ему жар своего наслаждения.

— Твои губы по-прежнему напоминают мне вкус полыни, дождя и молнии.

Линк потянулся к ее губам. Холли тихо рассмеялась, уклоняясь от поцелуя.

— Ты обещал.

Он жадно глотнул ртом воздух.

— Уже поздно ссылаться на невменяемость? — спросил он.

— Слишком поздно.

Она поцеловала его плечо, потом осторожно прикусила упругую кожу.

Это был один из многочисленных приемов, которому она научилась у Линка. Ей доставляло неимоверное удовольствие использовать то, чему он научил ее.