Давай, расплачивайся - Екатерина Юдина

вспыхнула мысль, что ведь я сейчас сижу рядом со своим парнем. Но, стоило этому пониманию разрезать мысли, как я тут же неловко отвернулась к окну.

Глава 46. Деньги

— Кому ты пишешь?

Я подняла голову, убирая пальцы от дисплея телефона.

— Администратору кафе, в котором я подрабатываю, — скользнув взглядом по Матео, я перевела его на впереди едущие машины. Как Лонго понял, что я пишу сообщение, если он все это время смотрел на дорогу? — Я уже два дня подряд проспала свои смены.

— Уволься.

Собираясь вернуться к написанию сообщения, в которое я уже вместила сотню извинений, после этих слов опять замерла.

— С чего это я должна увольняться?

— Потому, что я не хочу, чтобы ты работала.

Мне слишком сильно не понравились эти слова, так как речь шла о моих деньгах, а Матео все это говорил слишком просто. Насколько же для него все легко.

— А деньги я откуда буду брать? Пойду на улицу и буду ждать, пока они на меня с неба посыплются? — спросила, чувствуя раздражение в собственном голосе.

Я в том кафе работала еще со школы. И ад прошла, чтобы меня не уволили, так как малолетка там никому не была нужна. За все время, если не считать последних случаев, я ни разу не опоздала и, тем более, не проспала. Брала больше обязанностей и вообще делала все, что могла, так как понимала, что при любом просчете меня просто вышвырнули бы оттуда.

Сейчас касательно моего возраста все было нормально. Я уже совершеннолетняя, но черта с два, если меня уволят, я смогу найти похожую работу, чтобы она не мешала учебе и оплачивалась так, чтобы мне хотя бы на счета и еду хватало.

Поэтому меня заживо загрызали эти две пропущенные смены. Администратор в ярости и девчонки, абсолютно точно обозлятся. Им же пришлось выполнять мою работу. Но, это еще ничего. Главное, зарплата. Скорее всего, в этом месяце мне ее урежут и уже сейчас следовало думать, какие из расходов урезать. Как на зло я еще и вечернюю подработку до сих пор не нашла.

Лонго остановил машину на светофоре и потянулся к задним сиденьям. Вернее, к своему пальто, которое он бросил на них. Достал что-то из кармана и протянул эту вещь мне. А от непонимания, взяла ее.

Но, стоило мне понять, что этой вещью являлась банковская карта, как я тут же резко подняла на Матео непонимающий взгляд.

— Зачем ты мне ее дал?

— Чтобы у тебя были деньги. Уволься с работы.

— Деньги от тебя, я точно не возьму, — я протянула карту обратно. Вспоминала о том, что на прошедших выходных, в то время, как Матео куда-то уехал, его человек уже пытался дать мне его карту. Тогда для меня это являлось полнейшей дикостью. Сейчас я этого тоже не воспринимала.

— Почему? — мы поехали дальше. Лонго смотрел на дорогу и на протянутую карту никак не реагировал.

— Потому, что не считаю это нормальным и предпочту зависеть от себя, а не от кого-либо другого. Забери ее, — я стиснула зубы. Хотелось произнести это еще более категорично, ведь что-то подобное для меня являлось более чем неприемлемо. Но, через толщину внутренней стены, проступили мысли, что Матео вообще-то ничего плохого не делал и я, отдернув себя, произнесла: — Я благодарна за заботу, но, правда, не нужно. Ты и так оплачиваешь починку крыши, а помимо этого я ни в чем не нуждаюсь. Денег у меня достаточно.

— Я так не думаю и хочу оплачивать нужды и желания девушки, с которой сплю в одной постели.

Я неловко поерзала на сиденье. Ногтем царапнув чехол телефона.

— У меня нет никаких нужд и желаний, кроме тех, которые я сама могу оплатить.

Матео перевел на меня взгляд и посмотрел прямо в глаза. Некоторое время молчал и эта тишина отдалась жжением на коже.

— Хорошо, давай поговорим иначе, — произнес он, опять переводя взгляд на дорогу. — Я принадлежу тебе и в окружении моей семьи и прошлой жизни все об этом знают. Если ты не хочешь принимать деньги и говоришь, что твоя жизнь тебя устраивает, то не думаешь ли ты, что для меня позор принадлежать девушке, которая со столов убирает чужие объедки и моет полы?

Моя рука сама по себе с силой сжала телефон. И я, придвинувшись к спинке сиденья, посмотрела на свои сапожки.

— Я не считаю, что какая-либо работа может быть позорной.

— Я не буду с тобой спорить, — Лонго подпер голову кулаком и несколько прядей светлых волос упало на лицо. — Мне плевать на чужое мнение и на то, что про нас говорят, но я сам не приемлю то, что девушка, которой я принадлежу, прислуживает другим в каких-то там блядских заведениях.

В одной руке все еще держа карту, я другой покрутила телефон. Понимала, что вся эта ситуация с рабством для Матео унизительна. И осознавала, что я та, из-за которой его положение только усугублялось. Но… я же жила, как могла.

— Давай так. Воспринимай это, как мою прихоть. Ты считаешь, что у тебя нет нужды увольняться, но этого хочу я, а, значит, я обязан обеспечить тебя деньгами. Думаю, так будет честно.

Проведя кончиком пальца по карте, я спросила:

— А если я найду хорошую, перспективную работу, которая никем не сможет посчитаться плохой?

— Поговорим об этом позже.

Опустившись на сиденье, я посмотрела на ветви голых деревьев, мимо которых мы проезжали. И какую это перспективную работу я смогу найти? До выпуска — никакую. То есть, я сказала еще ту глупость и сама это понимала.

Сняв очки, я протерла их платком, смотря на размытые, мимо проезжающие машины. Вообще, мне уже следовало пойти к окулисту. Зрение, к счастью, вроде улучшалось, но это означало, что эти очки мне уже не совсем подходили. А это очередные траты. Деньги. Они требовались во всем и никогда их не хватало. А тут еще это — уволиться с подработки.

Насколько же тяжело это было. Если у меня в жизни и имелась какая-то почва под ногами, то это мои подработки. И как я могла лишиться их?

— Дай телефон, — прежде, чем я осознала эти слова, Лонго забрал его.

— Эй, отдай, — я попыталась выхватить телефон, но Матео, отклонившись вбок, что-то написал в нем, после чего сам вернул мне мою вещь. — Какого черта ты сделал?

— Уволил тебя с работы.

Опустив резкий взгляд на дисплей, я с ужасом увидела, что он стер мое сообщение с