Кристин Хармел - Как переспать с кинозвездой

– Он наверняка уже сделал соответствующие выводы о вашем морально-этическом облике, – совершенно спокойно продолжала Донателли. – Со своей стороны, буду крайне признательна, если вы не станете нас тревожить.

– Нет, вы не понимаете! – зачастила я. – Клянусь, статью подготовили без моего участия! Пожалуйста, послушайте…

– Нет, это вы послушайте. – Вкрадчивый голос неожиданно стал угрожающим. – Я крайне возмущена вашим поведением и попыткой извлечь выгоду из интервью с Бранноном, разрешение на которое вам любезно предоставили. Молите бога, чтобы этот материалишко в «Стиле» получился нормальным, иначе клянусь, натравлю адвокатов, и мало не покажется…

– Но…

– Нет, давайте выясним все раз и навсегда, – оборвали меня спокойные, неторопливые слова. – Никогда больше не звоните мне и не пытайтесь связаться с ним. То, что вы сделали, возмутительно, даже подумать не могла, что журналистка способна так опуститься. Посмеете нас еще раз побеспокоить – сделаю все от меня зависящее, чтобы вас уничтожить, ясно?

– Но…

– Думаете, Браннон лишний раз взглянет на такую, как вы? – прошипела Ивана. – Всего хорошего, мисс Райли!

Не дав и слова вымолвить, она повесила трубку, а я, оцепенев от шока, две или три минуты апатично смотрела на телефон.

Можно не сомневаться: он меня ненавидит. А еще, он все-таки спит с Иваной Донателли. Надо же, а ведь я почти поверила в то, что он не врал… Как оказалось, совершенно напрасно.

Глаза заволокло слезами, и сдержать их никак не получалось. Разве человек способен за одно-единственное утро столько вынести? Какие еще напасти меня поджидают?

К четырем часам дня многочисленные звонки от спецкоров и продюсеров переполнили не только голосовую почту, но и чашу моего терпения, и я решилась на то, что следовало сделать еще неделю назад. Ничего не сказав ни Уэнди, ни кому другому, поднялась и пошла выплескивать раздражение в отдел моды и красоты.

– Вы только посмотрите, кто пожаловал! – заурчала Сидра, увидев меня на пороге кабинета.

На ней был черный брючный костюм и пятнадцатисантиметровые шпильки, бесконечной длины ноги возлежат на письменном столе.

– Ты что творишь?! – без обиняков начала я. Истеричный голос совсем не похож на мой, хотя в последнее время я вообще на себя не похожа.

Главная из Тройняшек внимательно меня оглядела, на губах (похоже, в них совсем недавно опять коллаген кололи) заиграла довольная улыбка, а ноги грациозно опустились на пол. В бессильной злобе я сжимала и разжимала кулаки.

– Понятия не имею, о чем речь, – невинно захлопала ресницами Сидра и, лениво вытянув длинный, с безупречным маникюром пальчик, ткнула кнопку внутренней связи. – Салли, Саманта, – беззвучно посмеиваясь надо мной, позвала она, – зайдите ко мне, пожалуйста. Ни за что не угадаете, кто к нам пришел! Новая звезда «Будуара»! – Убрав палец с кнопки, она снова впилась в меня взглядом. – Хотя на звезду ты точно не похожа.

– Да иди ты к черту! – задохнулась от злости я, а мучительница насмешливо изогнула бровь.

– Что я слышу?! – с притворным возмущением воскликнула она. – Новая возлюбленная Коула Браннона сквернословит? Как не стыдно, Клэр!

Тут в дверях показались девушки, неразлучные, словно сиамские близнецы. Как и их идейная вдохновительница, они были с ног до головы в эксклюзивном черном: Салли от «Гуччи», Саманта от «Москино». Неужели Сидра по утрам проводит инструктаж, оглашая внутренний дресс-код? Тогда понятно, почему они появляются в редакции так поздно, ослепительные, будто только что из мастерской дизайнера.

– Клэр, – закурлыкала Саманта, – мы глазам своим не поверили…

– …когда увидели тебя на обложке журнала, – закончила фразу Салли.

Да, мозги у них явно одни на двоих.

– Мы просто в шоке, – вмешалась ухмыляющаяся Сидра. – Кто бы мог подумать!

– А ну прекрати! – рявкнула я, чувствуя, как вспыхивает от злобы лицо. – Круглой дурой меня считаешь? Мне прекрасно известно: это все ты сделала!

– Что?! – в притворном шоке вскричала редактор отдела моды и красоты. – Moi?[16] Разве у меня есть повод?

Салли встала слева от нее, Саманта – справа. В черной униформе от-кутюр они поразительно похожи на старые фотографии Саддама Хусейна и его вероломных сыновей.

– Не знаю, не знаю… Может, дело в том, что ты мне завидуешь? – вслух подумала я.

– Я завидую тебе?

Сидрин смех получился каким-то безжизненно-металлическим. Примерные ученицы подобострастно захихикали.

– Чего тебе от меня надо? – взмолилась я, чувствуя, что снова оказываюсь в численном меньшинстве.

Тут же вспомнились начальные классы: школьные хулиганы меня третировали и не принимали в свои игры.

– Боже, боже, боже, по-моему, у кого-то появилась звездная болезнь! – закудахтала Сидра. – Клэр, дорогая, ты вовсе не пуп земли! Статья в таблоиде еще не значит, что всем чего-то от тебя надо!

– Тогда в чем дело?

– Детка, ты играешь с огнем. – Предводитель Тройняшек чуть подалась вперед, ее голос стал низким и угрожающим. – Сильно обожжешься, если не научишься сидеть тихо.

Салли с Самантой согласно закивали, а их руководительница расправила плечи, весьма довольная собой.

– О чем это ты говоришь? – Мой голос превратился в визгливое сопрано. – Я ни с чем не играю и никогда не играла. Если не изменяет память, это твоя сестричка увела моего бойфренда. Тебе не хуже моего известно: я не спала с Коулом Бранноном.

– А мне так не показалось, – заговорщицки подмигнула Сидра.

– Слушай, хватит об этом, а? – предложила я, внезапно почувствовав огромную усталость. – Считай, что отомстила мне за какую-то ужасную обиду. Но сейчас мы квиты, ладно? Потому что эта статья даже самый страшный поступок с лихвой компенсирует.

– По-прежнему не понимаю, из-за чего весь скандал.

Она гнула свое, но меня это уже не волновало.

– Просто остановись на этом, ладно? Серьезно, ты ведь своего добилась: унизила меня и с грязью смешала. Похлопай себя по плечу: ты молодец! – Мы с Сидрой таращились друг на друга, словно финалистки конкурса «Мисс начальная школа», и мне даже злиться расхотелось. Абсурд полнейший: взрослые женщины, а все за место в песочнице сражаемся. – Оставь меня в покое; я не буду мешать тебе при условии, что ты ответишь взаимностью.

– Договорились, – процедила она. Казалось бы, все, можно уйти, но меня окликнули:

– Клэр, неужели Тому привет не передашь? Я так и застыла с протянутой к двери рукой, обернуться не было никаких сил.

– Сегодня он ужинает в доме моих родителей, – продолжала мучительница. – Эстелла решила, что пора познакомить его с семьей.