Кристин Хармел - Как переспать с кинозвездой

– Это значит, мы обгоним «Космополитен», Клэр! Впервые за всю историю существования журнала! В августе мы наконец опередим их по числу проданных экземпляров! Благодаря твоей интрижке с этим актером «Стиль» в первый же день расхватают!

– Только…

Я попыталась составить предложение, но речевой центр отказывался работать.

– Оценив твое усердие, я решила снова повысить тебе жалованье! – заявила сияющая начальница.

Ну как мне объясниться, если она и слова не дает сказать?!

– Ты молодец, такая инициативная и изобретательная! Остальные пусть смотрят и учатся.

Несколько раз я по-рыбьи беззвучно открывала и закрывала рот. И слова вымолвить не удалось: шеф без умолку трещала о росте тиража, романах со звездами и своей девичьей влюбленности в Роберта Редфорда, которой она, увы, не дала развиться в нечто более серьезное. Я молчала, с головой накрытая мощным словесным потоком, а затем в последний раз отважилась ей возразить.

Опять впустую. Велев продолжать в том же духе, Маргарет бодро выставила меня за дверь. К этому моменту я была настолько раздавлена и сбита с толку, что уже не думала сопротивляться.

– Боже, ты как, в порядке?

Уэнди вылетела из своего кабинета и, перехватив меня, бредущую по коридору словно зомби, порывисто прижала к груди. Я даже ответить не могла: так велик был шок. Испуганная моим молчанием и потухшими глазами, подруга предположила худшее.

– Клэр, она что, тебя уволила? Ну все, тогда я тоже ухожу, сейчас же ей скажу!

Готовая биться до последней капли крови и разъяренная, она снова прижала меня к груди.

– Нет, – с трудом открыла я рот.

– Что «нет»? – смутилась Уэнди. – С тобой все в порядке?

Я не ответила. Бесцельно блуждающий взгляд наконец остановился на подруге.

– Нет, меня не уволили, – проговорили непослушные губы.

– Тогда что случилось? – недоумевала она. Ответ на этот вопрос до сих пор не уложился в моей голове.

– Мне снова повысили жалованье, – чуть ли не по слогам произнесла я.

К полудню я перестала брать трубку: все звонки были от репортеров или продюсеров, желающих из первых рук получить подробности моего сенсационного романа с Коулом Бранноном. К обеденному перерыву стало ясно: это гораздо серьезнее, чем досадная неприятность. Ни один из нескольких десятков людей, с которыми я в тот день общалась, не воспринимал меня всерьез. Всего за несколько часов вполне уважаемая корреспондентка – пусть даже «Стиль» не является оплотом серьезной журналистики – превратилась в самую обычную шлюху, которая во что бы то ни стало решила вскарабкаться по звездной лестнице. Идиотке повезло, и на первой же ступеньке ее осчастливила голливудская знаменитость.

Сбылись мои наихудшие опасения. Всегда боялась, что люди подумают: в кресло старшего редактора в столь юном возрасте я попала исключительно через постель. Ничего удивительного, такое в глянцевых журналах случалось не раз и не два, да и в других сферах бизнеса путь наверх зачастую лежит через койку босса. Для журналистки очень выгодно закрутить роман с каким-нибудь известным и влиятельным: актером, политиком, рок-звездой – и впоследствии использовать его как катализатор карьерного роста.

И вот все решили: я из тех ловких девиц. Всегда старалась быть профессионалом, а теперь получается: мои успехи и достижения пришли благодаря Браннону, а не кропотливому труду.

За ланчем, который пришлось съесть прямо в кабинете, предварительно отключив все телефоны, я думала о нем. Интересно, он уже видел «Будуар»?

Если да, то наверняка страшно злится. Я нервно кусала ногти, представляя его реакцию. Коул оскорбится до глубины души. С девушками вроде меня он не встречается и тем более не спит. Уверена, он подумает: я затащила его в уборную специально, чтобы получить пикантный кадр для обложки таблоида.

В принципе можно было не переживать: этот парень мне врал, а сейчас, вне всякого сомнения, кувыркается с очередной замужней красавицей… Можно было, но не получалось.

Набрав в легкие побольше воздуха, я перевернула весь стол, пока не нашла блокнот, который в прошлую субботу брала с собой на интервью. Спешно перелистав, отыскала его номер мобильного. Тот самый, что поклялась себе никогда не использовать. Но случившееся сегодня – настоящий форс-мажор, я просто обязана сказать: мерзкая статья не моих рук дело.

Непослушные пальцы набирали цифры, и я попутно отметила: код по-прежнему бостонский – 617, а не 323, как в Лос-Анджелесе, и не 646, как на Манхэттене.

Один гудок… Второй… Секунды превратились в тягучую патоку. Сердце бешено билось, ладони стали влажными, во рту пересохло. Может, не стоило звонить? Может, повесить трубку?

– Алло! – посредине третьего гудка ответил сонный женский голос.

Я страшно растерялась и не знала, что сказать. Взглянув на дисплей, проверила, правильно ли набран номер.

– Алло? – повторила незнакомка, на этот раз с легким возмущением.

– Да, здравствуйте, – собралась с духом я. – Мне нужен Коул Браннон.

Почему его сотовый у женщины? И куда важнее: почему я так ревную?

– А кто его беспокоит? – рявкнула незнакомка на другом конце провода.

– Клэр Райли, – робко представилась я и долю секунды слушала тишину.

А потом женщина рассмеялась, но как-то сипло и невесело.

– Надо же, сама Клэр Райли! – с явной издевкой воскликнула она – Клэр, это Ивана Донателли, пресс-секретарь Коула. Уверена, вам известно, кто я такая.

Судорожно глотнув воздух, я почувствовала, что обливаюсь холодным потом. Что она там делает? Почему отвечает на звонки? Может, Уэнди ошиблась, и их с Коулом фотографии в прошлом «Будуаре» вовсе не так безобидны? Ну вот, снова поставила себя в глупое положение. Со стороны небось кажусь обезумевшей от страсти идиоткой.

– Привет, Ивана! – как можно любезнее и спокойнее начала я. – Звоню по поводу…

– Статьи в «Будуаре», – договорила за меня пресс-секретарь.

– Да…

Мне опять не дали и слова вымолвить.

– Я сама собиралась обсудить с вами эту тему, – вкрадчиво пропела Ивана. – Как говорится, на ловца и зверь бежит.

Интонация подчеркнуто нейтральная: в каком она настроении, что задумала, не разберешь.

– Мне просто нужно извиниться перед Коулом, – блеяла я. – Уверяю, статья вовсе не моих рук дело. Между нами ничего не было, вот и хотелось бы…

– Клэр, мы с ним только что встали, – перебила она, а у меня чуть сердце не остановилось. – Он сейчас в душе и, боюсь, не сможет с вами поговорить. Более того, уверена, вам больше не стоит общаться с Коулом Бранноном.

– Но ведь… – попыталась возразить я.

Боже, они действительно любовники!