Клаудиа Кэрролл - Зачем нужен муж?

— Ты что, собралась писать мою биографию? И вообще, мой агент нуждается в хорошем пинке под зад. Если он не может обеспечить своих клиентов достойной работой, ему следует переквалифицироваться в продавца в супермаркете.

— Извини. Я просто хотела сказать, что получила хороший урок, но, как всегда, дорогой ценой.

— У тебя есть под рукой компьютер?

— Ага.

— Хорошо. Перешли мне письмо, о котором идет речь, и я изучу его с точки зрения судебного эксперта. ПМС признан смягчающим обстоятельством федеральными законами в некоторых штатах.

— Ты прелесть, а я твоя вечная должница, — говорю я, включаю компьютер и проверяю почтовый ящик. Перечитать письмо заново у меня не хватает духу, поэтому я сразу отсылаю его Джейми.

— Все, я его отправила. Пожалуйста, не суди меня строго, когда прочтешь.

— Я видел, что творится в твоем шкафчике в ванной, неряха. У тебя нет от меня секретов.

— Черт возьми, ты мне напомнил кое-что.

— Что именно?

— Мне нужно вызвать домработницу. Я, как будто мне делать нечего, принимаю у себя в гостях в эту субботу весь наш курс и, пока ты сам не спросил, тебя не приглашаю.

— А можно узнать почему?

— Потому что ты не одинокая женщина старше тридцати пяти, активно ищущая мужа, и не приличный гетеросексуал на свадебном рынке.

— Конечно, но разве тебе не нужен хороший распорядитель? Я не отказался бы подзаработать пару фунтов.

— Джейми, без обид, но ты никогда в жизни не занимался распорядительством.

— Как будто это труднее, чем таскать подносы на корпоративных вечеринках «Маркс и Спенсер». Соглашайся, Эмилия, мне нужны деньги, а у тебя время дорого. Я могу здорово помочь. Доверься мне.

— У меня есть дезодорант, которому я доверяю больше, чем тебе.

— Расслабься. Разве я тебя когда-нибудь подводил?

День тянется медленно. Не способствуют ускорению течения времени и частые проверки электронной почты, чем я занимаюсь всякий раз, как только выдастся удобная минутка между совещаниями и встречами, в надежде, что вдруг — ну мало ли — Джек мне ответил. В три часа пополудни, разгар утра в Бостоне, абсолютное молчание.

Он все прочел, подумал, что я совсем рехнулась, и никогда больше мне не позвонит и не напишет.

Единственный запасной вариант на старость, который у меня был и который я потеряла.

Шесть часов вечера.

Сэди Смит выдала такую потрясающую игру в последней сцене, что я побежала в студию ее поздравить. Даже в отделе продаж народ торчит у мониторов как приклеенный. Съемочная группа разразилась внезапными аплодисментами, и Божья Кара О'Киф, тоже участвовавшая в этой сцене, тихо бесится в сторонке — другими словами не описать, — позабытая всеми.

— Мы можем все это переснять? — умоляет она помощника режиссера. — Я не была готова к тому, как эмоционально она сыграет. Я понимаю, что Сэди играет мою мать и рассказывает мне, как порвала с моим отцом, но разве она должна так рыдать? Непохоже, что она умирает от рака или чего-то подобного.

Если бы она была абсолютно откровенной и сказала: «В этом сериале рыдаю только я», и то ее зависть не стала бы более явной.

— Спасибо всем, на сегодня хватит, до завтра, — объявляет помощник режиссера, не обращая на Кару никакого внимания.

— Сэди, ты была неподражаема! — восклицаю я, и она душит меня в объятиях.

— Спасибо, Эмилия, за поддержку.

— Всегда пожалуйста. Так держать!

Я слышу, как ее поздравляет съемочная группа, по пути со съемочной площадки к себе в кабинет.

— Вот это выход, публика в нее влюбится.

— Что тут скажешь… Это рождение новой звезды.

Я проверяю почтовый ящик в тысячный раз за день. До сих пор ничего. Потом прослушиваю голосовую почту.

Четыре сообщения.

Первое — от Джейми:

— Дурочка ты несчастная. Я все еще на работе и прочел твое послание. Господи прости, что ты там пила? Метиловый спирт? Поверить не могу, что ты собственноручно написала: «Когда ты хронически одинок, что-то внутри тебя увядает…» без иронии. Слету могу предложить только такую отговорку: тебя завербовали в секту, а потом тебе пришлось проходить очень болезненное дезомбирование, которое толкает на безумные поступки.

Длинный гудок.

Опять Джейми:

— Связь ни к черту не годится. Звоню второй раз. Можешь до конца не дослушивать.

Длинный гудок.

Рэйчел.:

— Я узнала, что ты сделала вчера вечером, и понимаю, что ты, наверное, уже в порядке, но вот мое мнение. Наплюй и забудь. Отвернись от этой проблемы и благодари судьбу, что вас с Китингом разделяет Атлантический океан. Позвони мне, когда закончишь работу, и мы встретимся, чтобы обсудить дальнейшее.

Длинный гудок.

Теплый добрый голос, который я не слышала так долго:

— Привет, Эмилия, как поживаешь? Спасибо за письмо, которое я… э-э… прочел с… хм, интересное было чтение. Слушай, я через неделю приезжаю домой на сороковую годовщину свадьбы родителей, почему бы нам не встретиться? Ах да, кстати, это я, Джек.

ГЛАВА 24

СВЕТСКИЙ РАУТ ГОДА ИДЕТ НАПЕРЕКОСЯК

В конце концов я порадовалась, что приняла предложение Джейми назначить его распорядителем званого ужина. Хотя вечеринка назначена на субботу, но в «Кельтских тиграх» это день съемок, так что я пришла домой почти в семь вечера.

У меня не хватило бы времени на все, что сделал он. Квартира выглядит безукоризненно чистой, паркет надраен до блеска, повсюду расставлены букеты лилий и горят ароматические свечи; обеденный стол красиво сервирован бокалами и бутылками красного вина, откупоренными, дышащими и так и зовущими к столу. Джейми появляется из кухни в своей рабочей форме — в фартуке, завязанном на талии, как французский официант.

— Ну привет, дорогая, — произносит он, уперев руки в бока подчеркнуто актерским жестом, — как прошел день в офисе, душа моя? Похожи мы на персонажей из американской комедии-путаницы пятидесятых годов, если рассматривать меня как жену-домохозяйку?

— Джейми, сколько бы ты с меня ни запросил, ты стоишь гораздо больше. Я вне себя от восторга: как чудесно преобразилось помещение!

— Не хвали меня, пока не увидишь счет. Я сорил деньгами, как мот с высшим образованием.

— Оно того стоит. Сказочное зрелище!

— Все готово, белое вино охлаждается, я даже прикупил бутылку шампанского для нас с тобой, чтобы поднять настроение до праздничного.

— Ты сокровище. Извини за избитую фразу, но если б ты не был геем, я бы вышла за тебя замуж.

— Ах, если б мне платили по пять евро каждый раз, когда я это слышу. Да, кстати, я еще нафэншуил твою спальню.