Нелли Макфазер - Любовная западня

— Уверена, что доктор Вудсон с удовольствием навел бы свой телескоп на окно твоей спальни, — лукаво сказала Тимбер.

— Ха! — с пьяной веселостью воскликнула Кейти. — Чесс не повезло. Не она подцепила эту большую рыбу на свой крючок.

Девушки с изумлением уставились на Кейти.

— Ты…

— И… наш преподаватель астрономии?

— Кейти, кончай! Давай сознавайся. Ты ведь помнишь, что мы заключили пакт: первая из нас, кто пройдет весь путь до конца, расскажет остальным, как это было…

— Да успокойтесь вы! — испуганно зашептала Кейти. — Вы хотите, чтобы все вокруг об этом узнали и бедный Джефф потерял работу, не получив возможности уйти в другое место?

— Джефф? — в один голос ужаснулись девушки. — Ты называешь доктора Вудсона по имени?

— Ну, было бы странно называть его мистером Вудсоном в тот момент, когда он одной рукой залез мне в трусы, а другую запустил под свитер! — рассудительно заметила Кейти.

— Здорово! — с благоговением выдохнула Тимбер.

Каждый раз, когда Тимбер, почти забыв о Вулфе, обнималась с мальчиком, ненавистное лицо в самый неподходящий момент появлялось у нее перед глазами. Чтобы отвлечься от этих отвратительных воспоминаний, она пыталась вспомнить Расса, но это не помогало. И еще одна странная вещь случилась с Тимбер. Когда она позволила одному парню поцеловать свою грудь, перед ней вдруг возникло печальное лицо Джеймса Фортсона.

— Здорово! — снова сказала Тимбер. — Когда это случилось?

— Готова спорить, что я знаю когда, — с улыбкой заметила Франческа. — Это было в то утро, когда мы рано встали, чтобы посмотреть на кольца Сатурна, — верно?

Кейти покраснела.

— Джефф предложил мне остаться и встретить с ним рассвет. Я… По правде говоря, я сама не знаю, почему я осталась и почему позволила ему зайти так далеко, — смущенно призналась она.

На самом деле это было не совсем так: Кейти смутно понимала, что уступила симпатичному преподавателю из-за песни, которую крутили во время занятий по астрономии, — «Луна над Майами».

Именно эта песня звучала в домике, когда они с Рамоном собирались заняться любовью и когда вошел ее отец. Позволив Джеффу Вудсону заняться с ней любовью на холодном цементном полу обсерватории, Кейти тем самым отомстила своему отцу за унизительное обращение с ней и с Рамоном. И хотя Кейти допускала, что ее логика неверна, в тот момент она уже была увлечена идеей расстаться с девственностью с помощью такого искушенного человека.

Учитель астрономии не пытался делать вид, что речь идет о чем-то большем, чем есть на самом деле.

— Я женатый человек, Кейти. Не отрицаю, что вы чертовски привлекательны, но не думайте, что когда-нибудь ради вас я оставлю свою жену. К тому же, буду честен с вами до конца, через месяц я ухожу отсюда на другую работу.

С точки зрения Кейти, это ей очень подходило. Она потеряет девственность самым безболезненным образом и без каких-либо неприятных осложнений.

Джефф совсем не был романтиком и вовсе не походил на Рамона. Сексуальная прелюдия была скорее научно обоснованной, чем нежной. Кейти же нашла ее возбуждающей.

— Это очень больно? — спросила девушка, когда учитель раздел ее и она, дрожа, стояла под лучами холодного лунного света.

— Все зависит от того, насколько там узкий проход и сколько выделяется смазки…

Он осторожно ввел в нее один палец, затем, уже медленнее, второй. От третьего пальца стало немного больно. Когда Кейти поморщилась, учитель вытащил руку и поцеловал ее.

— У тебя довольно узкая штучка. Не двигайся. Я сейчас вернусь. — Он действительно сразу вернулся, неся с собой маленькую банку, которую тут же открыл точными, уверенными движениями исследователя.

— Жир для смазки линз, — с улыбкой сказал учитель.

Осторожно прикасаясь к нежным складкам, он тут же начал втирать эту мазь. Когда Вудсон как бы случайно коснулся ее клитора, Кейти издала тихий звук, и он снова ее поцеловал. По-настоящему поцеловал.

Потом с улыбкой, с точно такой же улыбкой, с какой до этого во время занятий подавал бинокль, он передал ей банку:

— Теперь твоя очередь.

Кейти заколебалась, не зная толком, что делать, учитывая тот факт, что Джефф все еще был полностью одет. Словно прочитав ее мысли, он снял с себя брюки и аккуратно повесил их на стул. За ними последовали трусы. Кейти забыла о скромности и откровенно восхищалась его мускулами и ровным загаром по всему телу.

— Откуда у тебя такой загар? — с улыбкой спросила она.

Джефф поднес руку Кейти к своему пенису и начал втирать ею смазку по всей его длине.

— Я загораю голый на маленьком балкончике наверху, иногда даже зимой. — Он закрыл глаза. — У тебя хорошие руки. Что я заметил сразу — так это твои руки.

Он взял палец Кейти и неожиданно засунул глубоко себе в рот. Кейти нашла это необыкновенно эротичным.

Все время, пока Джефф занимался с ней любовью, они смотрели друг другу в глаза. Однажды, когда он вышел из тела Кейти и раздался звук, похожий на звук открывающейся бутылки, они вместе засмеялись.

Все это время он шептал ей на ухо разные вульгарные слова. Так как уже светало и Кейти надо было идти, Джефф поспешил довести ее до оргазма. «Это все тебе, дорогой папочка!» — сказала про себя Кейти, забившись в экстазе.

А потом она начисто забыла о Карлтоне Макфоллзе и о своей мести — если это можно было назвать местью. Джеффри Вудсон оказался одним из тех мудрых любовников, которые, почувствовав, что женщина подошла к пику наслаждения, удваивают свои усилия. При свете утренних звезд Кейти почувствовала, что сходит с ума.

— Здорово! — тихо сказала Тимбер, когда Кейти закончила свой рассказ. — Как же тебе удалось на следующий день за завтраком выглядеть нормально?

Кейти засмеялась:

— Поверь, мне казалось, что я выгляжу совершенно ненормально. У меня было такое ощущение, что все оборачиваются и говорят про себя: «Ara! Вот эта сегодня ночью дала себя трахнуть!»

Франческа только покачала головой.

— Боюсь, я никогда не смогу понять, почему сексу придают такое большое значение. Я вот что имею в виду. Посмотрите на нас — сообразительность у нас выше среднего, занимаемся очень сложными предметами, и о чем же мы говорим, когда собираемся так, как сейчас?

— О сексе! — хором ответили Кейти и Тимбер.

— Мы даже можем рассказывать похабные анекдоты не хуже остальных, — серьезно сказала Тимбер. — Знаешь, как узнать, хорошо ли девушка из Эйвери провела время? Когда она бросает трусы к потолку и они прилипают.

Франческа застонала, а Кейти засмеялась — не столько ужасной шутке, сколько выражению лица подруги.