Елена Веснина - Преодоление преград

— Знать, такая у тебя доля, подружка. Ничего тут не поделаешь. Бабушка тоже пыталась Сан Саныча к берегу пришпилить, да ничего не добилась.

— И мой Женька такой же упрямый! — мечтательно улыбнулась Ксюха. — А у тебя как дела? Как с Лешей?

— В общем… — Маша вздохнула. — Алеша признался мне в любви.

У Ксюхи округлились глаза.

— Да ты что! Так это же здорово! Я рада за тебя, Машуня!

— Но я очень боюсь в это поверить, — продолжала Маша. — Это как-то очень неожиданно для меня. Он же собирался жениться на Кате. Разве человек может так быстро поменять свое решение?

— Маша, у них действительно все было очень серьезно, я даже заготовила макет статьи в газету об их свадьбе, — кивнула Ксюха.

— Вот видишь! Как же он смог так быстро разлюбить Катю и полюбить меня? — спросила Маша.

— Мог. Во-первых, про свадьбу мне постоянно рассказывала только Катя. От Леши я ничего такого не слышала. Собирался жениться, но не любил ее. В жизни всякое бывает. Я-то уж знаю. И тут у парня открылись глаза! И он понял, что любит тебя! — уверенно объясняла Ксюха.

— А мне что теперь делать? — растерянно посмотрела на подругу Маша.

— Главное, чтобы он теперь ни в коем случае не женился на Кате! Не совершил непоправимую ошибку! А тебе надо не упустить свой шанс! — улыбнулась Ксюха.

— Значит, ты считаешь, что я должна поверить Алеше? — все еще сомневалась Маша.

— Конечно! Он же тебе не из корыстных целей в любви признался, а от чистого сердца. Так?

— Так. Но все равно страшно… — нерешительно кивнула Маша.

— А сама ты как к нему относишься? Маша смущенно опустила голову:

— Я его тоже люблю.

— И что ты ему ответила, когда он тебе признался в своих чувствах? — настойчиво заглянула Маше в глаза Ксюха.

— Ничего, — тихо вздохнула Маша.

— Как ничего? Какая же ты дурочка, Машка! — воскликнула Ксюха. — Он же подумает, что ты от него отказываешься! Что он тебе не нужен. Он сейчас в таком положении, почти инвалид.

— Да! Он, наверное, мог неправильно меня понять, — спохватилась Маша.

— Вот именно! Ты должна немедленно пойти к нему и сказать, что тоже любишь его! Не откладывая! Пошли в больницу! — скомандовала Ксюха и решительно встала.

Женька и Сан Саныч шли в милицию. Женька чуть впереди, а Сан Саныч немного отстал. Через некоторое время Сан Саныч попросил:

— Жень, погоди.

— Чего? — оглянулся Женя.

— Они ведь могут сказать, что мы причастны к контрабанде. Если мы не сдали ее сразу, нам придется отвечать.

— Знаю, — подтвердил Женя. — Придется. А что делать-то? Мы должны были прийти к ним раньше.

— Это я виноват, — убивался Сан Саныч.

— Теперь будем выкручиваться. А то еще скажут, что мы вообще присвоили эти бриллианты. Это еще хуже. Пошли, — решительно сказал Женя.

— Черт! Угораздило же так вляпаться на старости лет! — посетовал Сан Саныч.

Следователь внимательно, не перебивая, выслушал их сбивчивый рассказ. Потом стал задавать вопросы.

— Значит, вместо мины на корабле действительно была контрабанда?

— Да. Все, как мы рассказали, — подтвердил Сан Саныч.

— А вместо гальки лежали бриллианты? — уточнил следователь.

— Лежали. Это я их подменил, — признался Женя.

— Так что же вы сразу мне их не принесли?

— Да я не мог. Мне в рейс нужно было на следующий день. Вы бы меня еще задержали, а корабль меня ждать не станет, — объяснил Женя.

— Поэтому он и отдал их мне, — продолжил Сан Саныч.

— И они все это время были у тебя дома, — догадался следователь.

— Сначала на чердаке, а потом в банке из-под муки, — уточнил Сан Саныч.

— Потом тебя ограбили, и бриллианты похитил какой-то неизвестный, — следователь уже понимал, что происходило.

— С пистолетом, — вспомнил неприятные минуты Сан Саныч. — Нужно было, конечно, сразу в милицию пойти.

— Так, а чего ж не пошел? Не понимаю! — сказал следователь.

— Каюсь. Бес попутал. Сначала жалко стало отдавать, — признался Сан Саныч.

— Вот как.

— Но это быстро прошло. Потом я хотел помочь Маше, Леше, Самойловым… Так получилось.

— На самом деле, это я виноват. Не отнес вовремя, — решил помочь Сан Санычу Женя.

— Нет! Моя это вина! — не принял помощи Сан Саныч.

— Так. Кто виноват в том, что контрабанду вовремя органам не сдали, разбираться будем потом. Сначала попытаемся выяснить, где бриллианты сейчас, — следователь, как и положено, смотрел в корень.

— У грабителя, — предположил Сан Саныч.

— Это я понимаю. Приметы у него какие?

— Маска черная, пистолет, — исчерпывающе описал грабителя Сан Саныч.

— Понятно. То есть опознать не сможете, — сделал вывод следователь.

— Без маски — нет.

— А женщина, которая с вами в ресторане встречалась? Она, надеюсь, без маски была?

— Ее я хорошо запомнил. Волосы темные, красивая, зовут Ириной. Обещала купить бриллианты за два миллиона долларов.

— Как вы познакомились? — поинтересовался следователь.

— Хозяин ресторана свел. Левой, кажется, зовут.

— Так, понятно. С Левой этим мы разберемся.

— А нам что делать? — спросил Женя.

— Дать подписки о невыезде и не покидать город.

— Нас не посадят? — спросил Сан Саныч.

— Идите, — вздохнул следователь. — И будьте под рукой, когда понадобитесь.

— Спасибо, — сказал Женя.

— И давайте больше без самодеятельности. Хватит! Да уж, самодеятельности было больше чем достаточно.

Полина работала с драгоценностями из шара атлантов. Она подробно описывала и заносила в каталог каждую вещь. Полина была так увлечена, что не сразу заметила пришедшего к ней на работу Буравина. Он некоторое время наблюдал, как она наклоняется над россыпью украшений и внимательно рассматривает их.

— Поля, — окликнул он ее.

Полина почему-то решила, что произошло что-то плохое:

— Что-то случилось?

— Да. Я был у следователя и теперь знаю, как Борис сумел меня разорить.

— Как?

— В милицию с повинной пришла моя секретарша Людочка. Она призналась, что дала Самойлову чистый бланк с моей подписью, — объяснил Буравин.

— Так это она ему помогала? — поняла Полина.

— Она не понимала, что делает. Ее просто обвели вокруг пальца, — не стал осуждать Людочку Буравин.

— Мне очень жаль, что Борис пошел на такое. Это низко, — призналась Полина.

— Зачем тебе извиняться за бывшего мужа, Полина. К тому же сама идея моего разорения принадлежит не ему.

— А кому?

— Таисии! — сам этому удивляясь, сообщил Буравин. — Очевидно, таким способом она решила мне отомстить. Отомстить нам с тобой.