Сандра Браун - Двое одиноких

Расти грустно улыбнулась, вспомнив, как сильно расстроилась, когда Купер ловко обрезал ее ногти охотничьим ножом

— У меня не было времени на маникюр, — попыталась мрачно пошутить Расти, но подружки сочувственно закивали, — я была очень занята, пытаясь выжить.

Одна из барышень тряхнула белокурой головкой, которую украшала модная нарочито небрежная прическа, и изящно вздрогнула, отчего с ее шеи соскользнул шарфик. Около дюжины серебряных браслетов на запястье забряцали, словно сбруя рождественского северного оленя.

— Ты была такой храброй, дорогая! Я бы, наверное, предпочла умереть, чем пройти через все это!

Расти уже хотела возразить подруге, но вовремя вспомнила, что еще совсем недавно и сама могла выдать подобную чепуху.

— Знаешь-, я всегда думала точно так же. Вы бы были поражены, узнав на своем опыте, на сколько сильны в человеке эти первобытные, животные инстинкты самосохранения. Они ярко проявляются в таких ситуациях, как моя.

Но подружкам вся эта философия была неинтересна. Им хотелось поскорее узнать детали похождений — что-нибудь попикантнее, поострее, а может, и погрязнее. Словом, собрать отличный материал для сплетен. Одна из дамочек устроилась в изножье кровати, другая, сидя на стуле, подалась вперед. Сейчас они напоминали хищных птиц — падальщиков, которые расположились на жердочке и готовятся дочиста обглодать все косточки жертвы — в ту же секунду, когда она погибнет.

История про авиакатастрофу и последовавшие за ней события появились на первой полосе утренней газеты. Автор статьи дотошно, хотя и с несколькими незначительными ошибками, изложил хронику сурового испытания Купера и Расти. Заметка была написана серьезно и по-журналистски беспристрастно, но публика умела читать между строк. Всем, в том числе подругам Расти, не терпелось услышать детали приключения — то, что явно осталось за рамками статьи.

— Это и правда было так ужасно? Ну, когда солнце садилось, наверное, наступала жуткая темнота?

— В хижине у нас было несколько фонарей

— Нет, я имела в виду — снаружи

— Еще до того, как ты добралась до хижины. Когда тебе пришлось спать прямо на открытом воздухе, в лесу!

Расти тяжело вздохнула:

— Да там было темно. Нам пришлось разводить костер.

— А что ты там ела?

— Главным образом кроликов.

— Кроликов?! Нет, я бы точно умерла!

— Я-то не умерла, — вдруг резко оборвала Расти, — и вы бы тоже не умерли.

Ну вот зачем она так отреагировала, почему терпеливо не выслушала, не дала спокойный ответ? На лицах подружек читались обида и смущение, эти дамочки явно не понимали, с чего это милая Расти так резко заткнула им глотки

Почему не сказала что-то беззаботное, остроумное, интересное — вроде того, что подобное мясо кролика подается в нескольких самых шикарных ресторанах?..

Расти вдруг спохватилась, осознав, что стала мыслить как Купер. Острая боль тоски по нему внезапно кольнула в сердце.

— Я очень устала, — сказала она, чувствуя, что хочется плакать, и совсем не желая показать этого.

Но душевная тонкость была чужда дуэту двух модных дамочек. Они даже не поняли намека на то, что пора и честь знать…

— Ах, а еще и твоя бедная нога! — Блондиночка с браслетами в ужасе хлопнула себя рукой по щеке. — А доктор уверен, что сможет привести ее в порядок?

Утомленно закрыв глаза, Расти ответила:

— Да, вполне уверен.

— А сколько операций понадобиться, чтобы избавиться от этого отвратительного шрама?

Расти почувствовала легкое дуновение воздуха у своего лица, словно одна подружка махала другой, призывая быть тактичнее.

— Ой, я не так выразилась… Не то чтобы он был совсем уж отвратительным… Я имела в виду…

— Я знаю, что ты имела в виду. — Глаза Расти распахнулись. — Да, он выглядит отвратительно, но это лучше, чем культяпка после ампутации! Долгое время я боялась, что этим кончится. Бели бы не Купер…

Она запнулась, нечаянно произнеся имя любимого. Теперь, когда оно повисло в воздухе, две любопытные пташки, привыкшие питаться падалью, встрепенулись и приготовились схватить горячую сплетню острыми наманикюренными когтями.

— Купер? — бесхитростно переспросила одна из подруг. — Мужчина, который выжил вместе с тобой в катастрофе?

— Да.

Дамочки обменялись взглядами, как будто мысленно бросали монетку — чтобы решить, кто рискнет задать первый из многочисленных вопросов о Купере.

— Вчера вечером я видела его в теленовостях. Боже мой, Расти, он очень эффектный!

— Эффектный?

— Ну, не в смысле классической красоты, внешность у него, конечно, не модельная. Я хотела сказать, что он такой брутальный, грубый, смелый, сильный, сексуальный… Его можно назвать эффектным.

— Он спас мне жизнь, — с нежностью произнесла Расти.

— Я знаю, дорогая. Согласись, если кому-то и суждено спасать жизнь, то пусть это будет кто-то вроде твоего Купера Лэндри. А эти усы! — Подружка порочно усмехнулась и облизала губы. — Все, что говорили об усах, — это правда? Ну, ты помнишь тот анекдот?

Разумеется, Расти все прекрасно помнила. Ее щеки залились краской, а губы, напротив побледнели. Да, все, что говорилось об усах, — так и есть на самом деле.

— А у него действительно такие широкие плечи? — Подружка развела руки примерно на ярд.

— Да, он в хорошей форме, мускулистый, — беспомощно признала Расти. — Но он…

— А его бедра и правда такие узкие? — Дамочка свела руки, теперь между ними был примерно фунт.

Расти хотелось громко, пронзительно закричать.

— Он умел такие вещи, о которых я даже не задумывалась. Например, смастерил сани из моего манто и тащил меня от места катастрофы много-много миль. Я даже не осознавала, как много мы прошли, пока не увидела это расстояние с вертолета.

— В нем есть что-то восхитительно опасное, — одна из подружек легонько вздрогнула. Похоже, она не слышала ни слова из того, что говорила Расти, — что-то угрожающее в его глазах. Мне всегда казалось, что такая примесь чего-то дикого, первобытного безумно сексуальна.

Барышня, сидевшая на стуле, закатила глаза, словно вот-вот упадет в обморок:

— Прекрати! Меня это так заводит…

— В утренней газете написали, что из-за Расти он убил двух человек.

Девушка резко подскочила на кровати:

— В газете об этом вообще ничего не было!

— Ну, я просто сопоставила факты и сообразила, что к чему.

— Это была самооборона!

— Ах, милая, успокойся. — Подружка похлопала Расти по руке. — Мы тебе верим. Если ты говоришь, что это самооборона — так оно и было.