Она мне не сестра - Ася Лавринович

никакого наоборот. И виноватых тоже нет. Просто неудачное стечение обстоятельств.

– Где ты пропадаешь? – спрашивает Ваня, спасая меня от переглядок с Кайфоломом. – Совсем тебя не видно в последнее время.

Ну конечно не видно. Я же вас избегаю, в этом весь смысл.

– Привет, – отвечаю скованно и кошусь на прилавок, мысленно уговаривая бариста поторопиться. – Да что-то дел навалилось. Экзамены и все такое.

– Понимаю, – кивает Ваня и толкает локтем Илюшу, что сидит на диванчике рядом. – Подвинься, Кайфолом.

Мироненко молча встает и взмахивает рукой, уступая мне свое место.

– Я-я-я… – тяну растерянно, оказавшись слишком близко к детонатору. Еще немного, и точно рванет. – Я ненадолго. Лолу жду с тренировки.

– Так это еще минут сорок. Она пока намарафетится, мы успеем все новости мира обсудить и самокат на реактивной тяге изобрести, – со знанием дела говорит Меньшов, развеселив Женю и Егора.

Кирилл и Лола до сих пор меня поражают. Они окончательно расстались еще Восьмого марта, о чем я узнала тем же вечером, но, несмотря на очень непростую ситуацию, все-таки сумели сохранить нормальное отношение друг к другу и решили не разрывать общение совсем. Остались просто одноклассниками и друзьями. Ну, почти… Все-таки поступок Меньшова нельзя забыть, след он оставил внушительный.

– Алис, ну хоть немного с нами посиди, – просит Вероника, расстроенно оттопырив нижнюю губу.

– Да-а-а, – соглашается с подругой Настя. – Сто лет тебя не видели! Я, кстати, начала проходить ту игру, о которой ты рассказывала в прошлый раз. Реально прикольная!

– Малиновый чай и флэт уайт готовы! – объявляет бариста, и тяжелая ткань пальто вдруг скользит по моим плечам.

Поворачиваю голову, глядя в темные грустные глаза. Мы с Илюшей не разговаривали с нашего первого и последнего танца, даже не виделись толком. Ниндзя из меня отменный, а вот лгунья никакая. Нужно было сказать, что я жутко тороплюсь, а не упоминать Лолу и ее тренировку. Илюша задерживает внимание на шарфе, что обмотан вокруг моей шеи. На его шарфе. В отличие от золотистого сердечка и завядших тюльпанов, я так и не смогла от него избавиться. Как же глупо. Сама не знаю, почему я так и не перестала носить его.

– Я могу вер…

– Садись, Алиса, – обрывает меня Мироненко и вешает пальто на спинку диванчика. – Я принесу твой заказ.

– Он еще не оплачен.

– Ничего. За мной должок.

Непонимающе хлопаю ресницами, но Мироненко шагает к прилавку, так ничего и не объяснив и, похоже, забрав с собой все мои силы, потому что уходить уже не хочется. Неужели я соскучилась сильнее, чем могла предположить? Почему Илюша кажется таким печальным? Что-то случилось? Если я спрошу, будет сильно странно? Наверняка будет. Я ведь сама сказала, что больше не хочу с ним общаться.

Занимаю свободное место рядом с Ваней, ребята за столом быстро втягивают меня в общую беседу. Рассказывают, что тренировка по футболу сорвалась из-за болезни тренера, обсуждают следующий матч, учебу, погоду и прочую ерунду. Отвечаю автоматически, киваю и улыбаюсь шуткам, но стоит Мироненко вернуться, как голоса присутствующих перекрывает шум в голове, будто невидимые гномы из вредности напихали мне в уши ваты.

Илюша ставит передо мной два картонных стакана, берет стул и садится в торец овального стола. Вытягивает ноги, и носок его ботинка задевает мой.

– Извини, – глухо говорит Мироненко, убирая ногу.

– Ничего, – мотаю я головой и нервно поправляю очки.

Время тянется, нервозность пожирает изнутри. С трудом контролирую частоту дыхания, потому что все, что делает Илюша, молча таращится на меня. Все-таки это была плохая идея. Ужасная! А вот решение избегать его – самым правильным.

На мое счастье, колокольчик на двери и звонкий знакомый голос за спиной звучат не через сорок минут, а куда раньше:

– Всем привет!

Оглядываюсь и тут же вскакиваю из-за стола, принимаясь натягивать пальто. Мне уже все равно, как это выглядит, я просто хочу оказаться как можно дальше отсюда.

– Лола! Нам срочно нужно домой! Там… м-м-м…

Она всего на секунду меняется в лице от непонимания, а после кивает:

– Да-да, я уже знаю. Мне папа звонил. Идем скорее.

Попрощавшись с ребятами, покидаем кофейню. Шумно выдыхаю, не сдержавшись, и только сейчас понимаю, как сильно была напряжена все это время.

– Алиса, – ласково обращается ко мне Лола, протягивая стакан с чаем, – ты в порядке?

Делаю пару глотков теплого напитка, чтобы промочить горло, и смотрю под ноги. Я не стала посвящать Лолу во всю эту эпопею с сетевым Ваней и планом Илюши, который обернулся моей личной катастрофой, потому что ей и без того хватало проблем. Мы ведь изначально договорились, что не станем лезть в жизнь друг друга, только сейчас наши отношения уже не просто соседские. Но стоит ли грузить Лолу своими переживаниями? Еще и связанными с ее друзьями. Я боюсь разрушить что-то важное, нашу зарождающуюся дружбу, например.

– У вас с Кайфоломом что-то случилось, я права? – задает следующий вопрос Лола.

– С чего ты?..

– Я же не слепая. Он обидел тебя?

– Нет. Он ничего плохого не сделал.

– Тогда что с вами? Сначала так внезапно подружились, а теперь даже не здороваетесь в школе.

– Я-я-я… Мы просто…

– Алис, не рассказывай, если не хочешь. Но если я могу как-то помочь…

– Давай лучше дома поговорим, – выдавливаю через ком в горле. – Ненавижу плакать на улице.

– Конечно. Сейчас вызову такси, – серьезно заявляет она.

Волшебное сияние заката подсвечивает медленно синеющее небо поселка. В воздухе витают ароматы молодой травы и талой воды. Сидим с Лолой на садовых качелях на заднем дворе, укутавшись в теплые пледы, и греем руки о пластиковые бока стаканчиков, в которых плещется травяной чай – подарок дяди Вити, привезенный из северных лесов нашей необъятной.

– Так, значит, ты познакомилась с Ваней в интернете? – уточняет Лола, выслушав мой подробный рассказ о случившемся.

– Не с нашим Ваней. Это был кто-то другой, – объясняю я.

– И ты так и не узнала, кто он?

– Нет. Он давно не появлялся и не писал, а с сервера я попросила его выгнать. В любом случае все это уже не важно.

– Получается, Мироненко хотел свести тебя с Хованским?

– Угу, – печально отзываюсь я, сильнее кутаясь в плед. – Только и это уже не важно.

Поднимаю взгляд, на небе мерцают тусклые точки первых звезд. Лола вдруг придвигается ближе и упирается виском в мое плечо, а я расслабляю шею, укладывая свою голову поверх ее. Сидим еще немного в тишине, согревая друг друга уютным молчанием, а после Лола тихонько хмыкает:

– А Илюша-то, получается, настоящий кайфолом.

– Это точно, – усмехаюсь я, сморгнув подступившие слезы. –