Извращённые cердца - Кора Рейли

шлюхой, как они называют других твоих девушек?

— Никто не посмеет, потому что ты моя чертова невеста, потому что ты станешь Фальконе. Это чертовски большая разница.

— Тогда относись ко мне иначе, чем к своим шлюхам.

Я вздохнул.

— Прекрасно, Китти. С этого дня я буду чтить твои границы, если ты этого хочешь.

— Я этого хочу.

Она будет той, кто должна будет доставлять удовольствие собственной рукой, в то время как я просто делаю то, что всегда делал. Мысль о том, что Джемма прикасается к себе, ворвалась в мой мозг.

— Почему ты так на меня смотришь? — подозрительно спросила она.

Я с ухмылкой отступил назад.

— Разве тебе не нужно вернуться домой для подготовки к исповеди в это воскресенье?

— Тебе следует подумать о том, чтобы исповедаться.

— Не хочу чтобы у пастора случился сердечный приступ.

Джемма

Диего приехал, чтобы забрать меня. Он просто высадил меня в спортзале, заявив, что у него дела. Я подозревала, что это была Тони. Я спрошу ее позже. Он избегал меня с тех пор, как я застала их вместе вчера, и всю дорогу болтал с папой по телефону, будто их разговор о новых часах открытия Капри не мог подождать, пока мы не вернемся домой.

Диего приветственно кивнул Савио, и тот ответил ему тем же. Я воспользовалась шансом отойти от него и схватила свою спортивную сумку, прежде чем последовать за братом на улицу, даже не взглянув на Савио.

— Есть что-нибудь, что мне нужно знать? — спросил Диего, когда мы сели в машину.

— Нет. Есть что-нибудь, что мне нужно знать о тебе и Тони?

Его губы сжались, когда он завел машину и выехал на улицу.

— Нет никакой Антонии и меня.

— В самом деле? Когда она рассказывала мне о вас двоих, все звучало совсем по-другому.

Он бросил на меня настороженный взгляд.

— Вы говорили обо мне?

— Она моя лучшая подруга, Диего. Итак, вы двое встречаетесь?

Диего издал тихий звук, который мог быть подтверждением или отрицанием, я не могла понять. Когда я не перестала пялиться, он вздохнул.

— Нет, мы не встречаемся, Джемма, и не будем встречаться.

— Но ты лишил Тони девственности!

Диего выглядел так, словно собирался выпрыгнуть из машины. Я не могла принять во внимание его утешение, когда сердце Тони было на кону.

— Она говорила с тобой об этом? — прорычал он.

— Конечно, говорила.

— Мы просто развлекаемся, Джемма. Антония не была воспитана на наших ценностях. Ее девственность не имеет такого же значения в ее жизни.

— Ты это серьезно? — прошипела я. — Это не значит, что это ничего не значит! Боже мой, Диего, неужели ты можешь быть еще большим мудаком?

— Не суй свой нос в мои дела, особенно в мою сексуальную жизнь.

— Мне было бы наплевать на твою сексуальную жизнь, если бы она не касалась моей лучшей подруги! — я сделала паузу. — И то же самое, кстати, касается моей сексуальной жизни с Савио.

Диего дернулся. Взглянув на меня, он расслабился.

— У тебя нет сексуальной жизни.

— И все же, — сказала я, наслаждаясь измученным выражением лица моего брата.

Глава 17

Джемма

В последующие месяцы Савио даже не пытался что-либо предпринять. И о женитьбе тоже ничего не говорил. Он продолжал навещать Диего, как делал это в прошлом, но вернулся к тому, чтобы относиться ко мне с отстраненным уважением и время от времени поддразнивать. Это было совсем не то, на что я надеялась. Я думала, что он будет прилагать усилия, а не отступит полностью.

Было начало апреля — двадцать второй день рождения Савио, и я испекла для него торт. Даже если сейчас наши отношения были более отдаленными, я хотела удивить его этим. По крайней мере, один из нас должен был сделать над собой усилие.

Мой телефон зазвонил, когда я уже собиралась вытащить торт из духовки. Нонна нахмурилась, все еще недовольная тем, что у меня имеется собственный мобильный телефон, но достала торт для меня. Я послала ей улыбку, прежде чем ответить.

— Эй, Тони, что случилось?

— Ничего.

Ее голос не был похож ни на что другое.

— Тони?

Нонна внимательно наблюдала за мной. Ее чувства к Тони не изменились, и она даже не знала о них с Диего. Никто не знал, кроме меня.

Я направилась в гостиную, подальше от настороженных глаз Нонны. Мама играла на полу с Карлоттой, которой становилось все хуже. Ей скоро понадобится пересадка сердца, если мы найдем для нее донора и, если папа заработает деньги, необходимые для ее лечения.

Я мимоходом коснулась головки Карлотты.

Тони всхлипнула, и у меня внутри все сжалось. Она, в отличие от меня, не была плаксой.

— Диего сегодня все закончил.

Я застыла на месте. Диего отказался говорить со мной о Тони, и она продолжала встречаться с ним, несмотря на мое завуалированное предупреждение, что он, возможно, не относится к ней серьезно.

— Что произошло?

— Я не знаю. Он почти ничего не сказал. У него было не так уж много времени. Очевидно, он помогает Савио с вечеринкой для дня рождения.

— Вечеринкой? — эхом отозвалась я.

Меня не пригласили на вечеринку. В мою голову закралось подозрение.

— Да, — ответила Тони, уже больше похожая на саму себя. Хотела бы я переставать плакать так быстро. — Я тут немного поспрашивала. Похоже, Савио устраивает грандиозную вечеринку для друзей и коллег членов Каморры в особняке, который он арендовал для этой цели. Домашняя вечеринка года.

Мама посмотрела на меня с беспокойством, вероятно, потому, что мое лицо выражало гнев. Я отвернулась.

— Я надеру ему задницу.

Тони фыркнула.

— Держу пари, Диего порвал со мной, чтобы получить удовольствие от вечеринки и трахнуть как можно больше девушек.

— Когда все начнется?

— Думаю, около восьми. А что?

— Потому что сегодня вечером мы разнесем эту вечеринку.

Тишина.

— Ты точно Джемма?

Я подавилась смехом.

— Я серьезно, Тони. Диего был по отношению к тебе абсолютным ослом, а Савио не был образцовым женихом. Я так устала от этого.

— Но как ты собираешься заставить своих родителей сказать «да»?

Я искоса взглянула на маму, которая была занята тем, что отвлекала Карлотту от ее проблем с дыханием. Папа работал в ресторане всю ночь. Диего, моя постоянная тень, был занят приготовлениями к вечеринке. А Нонна будет смотреть свою любимую теленовеллу.

— Не беспокойся. Можешь забрать меня, чтобы мы вместе могли подготовиться?

— Конечно, буду через десять минут. У тебя есть какая-нибудь одежда?

— Не совсем. Ничего для вечеринки.

— Не переживай. Мы что-нибудь придумаем.

Я повесила трубку