Фальшивая невеста мажора - Мария Николаевна Высоцкая

его по плечу, а потом обхватываю эти самые плечи ладошками.

– В гостиной спать не буду…

– У меня отличная кровать.

Марк берет меня за руку и стягивает со стола. Касаюсь ступнями пола и оказываюсь ниже уровня его глаз. Приходится запрокинуть голову.

– Пошли, надуешь себе матрасик, Ева.

– Что? Я видела в этом доме отличную кровать. А ты, – шагаю средним и указательным пальцами по его груди, – поспишь в прекрасной гостиной на не менее прекрасном диване.

Только вот просыпаюсь я в обнимку с Марком, на этом чертовом диване, куда его отправила.

Глава 31

***

Дорезаю огурец на оливье и уже в который раз за день застываю с ножом в руке. Смотрю в окно, украшенное морозными узорами, и мысленно возвращаюсь в день своего последнего в этом году зачета.

Марк на нем тоже появился. Я прошла мимо, невзирая на то, что после свадьбы Ники проснулась в его постели. Между нами ничего не было, разве что моя зашкаливающая неловкость. Все же на празднике я перебрала с шампанским. Творила и говорила вещи, которые в обычной жизни держала бы под семью замками. Именно это и прилипло мне сил сбежать. Улизнуть в общагу, пока Марк ходил в душ.

Выходные прошли тихо. Мы ни разу не созвонились и не списались. Меня все время подмывало взять в руки телефон и сделать хотя бы дозвон, но я не решалась. А Марк… Может быть, он решил, что с него хватит того бреда, что между нами происходит? Но как бы не так. В понедельник он дождался меня в коридоре после зачета и предложил отвезти на вокзал.

В тот миг за меня говорило расстройство. Я же и правда была подавлена появившимся между нами молчанием. Впервые за последний месяц не получить сообщение с добрым утром…

Вроде бы пустяк, а для меня целая трагедия.

Мы заехали в общагу за чемоданом, потом простояли почти час в пробке, пока ехали на вокзал. Марк отвел меня на перрон и сразу же сказал, что ему нужно отлучиться на пару минут. Еще один укол в копилку моих страхов, но до момента, пока Валиев не вернулся с бумажным пакетом в одной руке и стаканом кофе в другой.

Сэндвич и кофе. Вроде бы минимальное внимание, но оно так меня растрогало, что стоило мне сесть в поезд, как я разревелась.

– Мельче режь!

Поворачиваю голову и понимаю, что я стою в родительской кухне с занесенным над вареной картошкой ножом и смотрю в одну точку.

– Да, хорошо.

– Ты сегодня как сонная муха. Ева, гости в восемь придут. А надо еще помыться и собраться. Давай живее, ну!

– Успею, – бормочу себе под нос и начинаю орудовать ножом.

Савка в это время играет в приставку. Не мужское это дело – крошить салаты. Класс, ничего не скажешь!

Мама врубает миксер. Его громкое жужжание отдается болью в висках. Нужно съесть таблетку. Скинув кубики картошки с доски, иду к себе и достаю аптечку. Пока выковыриваю таблетку из блистера, открываю мессенджер.

Марк сегодня в офисе. Руслан устроил всем предновогодний ад.

Утром мы немного переписывались, а потом он пропал. И, честно говоря, я бы тоже хотела уйти сейчас с головой в работу, а не в нарезку салатов.

Засовываю телефон в карман фартука и возвращаюсь в кухню. К шести мы доделываем горячее, и я выторговываю для себя целых полчаса, чтобы полежать в ванне.

Мама в это время раскручивает свои бигуди. Отец уже успел пропустить пару стопок чего-то с градусом, а Савка – свалить к соседу по лестничной клетке.

Этот Новый год пройдет, как и все предыдущие, за столом, в кругу семьи. Мама, папа, брат, бабушка, тети, дяди и их дети. Не все. Кто-то не идет на поводу родителей, как я, и отмечает этот праздник в компании друзей, конечно.

С моей мамой такое не прокатит. Она устроит настоящий апокалипсис, начнет упрекать, манипулировать и кидаться громкими фразами типа: «Вот похоронишь меня и встречай с кем хочешь. А пока я жива и своей семьи у тебя нет, будь любезна отмечать этот праздник здесь!»

Ну и как после такого вообще может быть новогоднее настроение?

Вылезаю из ванны и, просушив волосы, иду к себе. Что надеть, я уже придумала. Синее платье чуть выше колена без лишней атрибутики. На голове сделаю небольшую укладку. Из косметики – тушь да блеск для губ.

В дверь звонят первые гости, выдыхаю и иду открывать.

Да начнутся голодные игры!

– Тятя Вета, – улыбаюсь маминой сестре, – с наступающим!

Пока мамина сестра с мужем и десятилетней дочкой Ангелиной разуваются, мама докрашивает губы и выбегает в коридор.

– Так, Савке звони, пусть домой идет, – командует мне и обнимает сестру

Остальных гостей встречает мама. Папа в это время втихаря выпивает еще стопку и, приложив палец к губам, заметив, что я все видела, тоже идет в прихожую.

Стол ломится от еды, начинаются семейные разговоры, обсуждения соседей, знакомых, звезд эстрады, ну и, конечно, политиков. Короче «веселье», в самом разгаре.

– Ев, замуж-то еще не собралась? – гогочет дядя Вася.

– Ой, Вась, ну какой ей замуж? Учиться нужно. Потом работу хорошую найти. А то залетит, и что мы все делать будем?

– Ты говоришь так, будто меня тут нет!

– А ты слушай и запоминай. Мать дурного не посоветует. Что вот с твоей подружкой, Ледневой, стало? Залетела сразу после школы, всю жизнь себе сломала!

– Ой, Ритка, – встревает теть Вера, – за всем не углядишь. Ев, парень-то есть?

Я молчу, мама ответит за меня. Можно спокойно продолжать есть салат и делать вид, что смотрю новогодний огонек.

– Вера, ну какие парни? Я же говорю, у нас сейчас учеба на первом месте. Хотя был тут один, Максим, да, Ева? Ой, я ей не говорила, конечно, а то опять надуется, но вариант не ее. Совсем.

– А чего так?

– Ну, ты нашу Еву же знаешь, характер бедовый. Ни один нормальный мужик с ней не уживется. Она ж ни готовить, ни убирать толком не умеет. Совсем в своем этом городе разленилась.

– Да ну, Рит, хорошая Ева девка!

Они начинают спорить, переходят на повышенные тона, но потом смеются и чуть ли не обнимаются. Дурдом, ей-богу.

Так мы доживаем до боя курантов, загадываем желания и снова садимся есть.

Очень хочется уже встать и уйти, но мама начинает недовольно на меня посматривать, стоит мне предложить Савке сходить на улицу прогуляться.

– Ну вот куда ты