По ту сторону мести - Дина Сдобберг

вряд ли когда пересекутся. Она единственная дочка нашей бывшей местной аптечной королевы. А Гора бывший наёмник с сыном на руках.

- Вот и нечего её вспоминать. Что это за женщина, раз своего мужчину подставила ради бабла? Или ещё лучше, соплюшкой под мужика легла, чтоб потом материны махинации на него повесить. - Кивнул Сабир. - Кстати той аптечной сети, про которую ты мне рассказывал, давно нет. Закрылась одномоментно примерно, когда ты в отряд вернулся. Могу узнать подробности, если надо.

- Не надо, - махнул рукой Гора. – Поди, доченька мамкин бизнес продала и махнула на пмж на моря. Греет поди сейчас п@зду на Мальдивах. Но мужики, я за вас обоих рад до усрачки! Вы своих девчонок заслужили. Эх, ещё бы Монгола сюда перетянуть...

- Ты его ещё выдерни из его родного Иркутска. Тем более, что он вроде в силовики ушёл. С наркоконтролем по клубам тусит. - Рассказал последние вести о друге Упырь.

Друзей я проводил только через три часа. Да и Мотя, сын Ромки уже начал уставать и уходить в сон. Убираться особенно не пришлось. Больше времени на вынос мусора потратил, чем на мытьё посуды.

Уже ночью, когда мы разговаривали перед сном, я рассказал Мириам, слышавшей обрывки беседы, всё что знал о гражданском браке Горы и его жены. Малолетка из золотой молодёжи повисла на Горе в одном из ночных клубов. Очень скоро переселилась к нему жить, везде таскалась с ним, всем представляя его, как своего мужа. А потом неожиданно Ромку приняли ребята в камуфляже. Мамаша этой дряни хорошо так проворовалась. А доченька всё свалила на Ромку, дала показания, что он спал и с ней, и с её мамашей, был в курсе всех дел матери и работал вместе с ней. Точнее воровал.

Гора пошёл в отказ. Следак тоже решил не сдаваться. Только чудом Гора смог скинуть кому-то из местных сидельцев цифры знакомых рекрутëров. Так как он к тому времени отпахал уже не один контракт, ему помогли. Вытащили. К тому же дело решили замять сверху. Ромка тогда ещё и в больничку попал. Руки, рёбра, нос... Хорошо его допрашивали, основательно. До переломов и выбитых зубов. Придя в себя, он не задумываясь, подписал новый контракт и рванул на войну. А наш отряд был на пополнении. Перед самым завершением последнего контракта Горы одна из местных, что была в последнее время с ним, потребовала бабок на аборт. Но Ромка платил ей и содержал её до конца беременности. Мальчишку он забрал себе. О том, что мелкий действительно от него у него были результаты анализа, сделанного ещё во время беременности. Сына он назвал Матвеем. Или Мотей, потому что мотался с первого дня жизни вместе с отцом.

Мириам только покачала головой, но никого не осудила. Даже эту Марину. Только сказала, что Мотя на редкость улыбчивый мальчишка. Но я видел, что задумчива она не только из-за моего рассказа.

- Что случилось? Что за мысли? - прямо спрашиваю у неё.

Вижу, что она не решается спросить, мнётся, но в конце всё-таки спрашивает.

- Мы живём вместе, ты перевёз вещи, спим в одной кровати. Мы постоянно обнимаемся и целуемся. Но не больше. Даже ситуаций, когда ты меня или я тебя могу увидеть без одежды, ты тщательно избегаешь. Это из-за того, что ты видел? - говорит она отворачиваясь.

- Я очень надеюсь, что ты не напридумывала там себя всякого амирановского? Ну, из серии грязная, недостойная... А вижу, поздняк метаться, уже всё готово. - Вздохнул я, видя, как она прячет глаза, наполнившиеся слезами. - Мы живём вместе, и поэтому у тебя срабатывает правило, что между живущими вместе мужчиной и женщиной должна быть физическая близость. Супружеский долг, так сказать. Ну, так правильно, так все живут. Но я-то знаю, что этой стороны отношений ты ещё боишься. А нам некуда спешить. Хочу, чтобы ты привыкла ко мне в твоей жизни настолько, что тебе не понадобилось именно решаться на близость. Понимаешь? Хочу, чтобы это была потребность. Нам к счастью нет нужды спешить, чтобы что-то подтвердить или доказать.

- То есть, ты просто ждёшь? - переспрашивает она.

- Да. Ты красавица. Редкая умница. Такую девушку нужно завоёвывать, приручать, добиваться. - Нашёл я её ладошку. - Это долгий процесс. По крайней мере, в моей голове.

- А... что? - её глазки удивлённо распахиваются, когда я притягиваю её ладонь к своему паху, наглядно демонстрируя, насколько желания тела расходятся с правильными мыслями в голове. - Что это?

- Фонарик, Мирь. Чтоб выключатель на стене не искать, если ночью в туалет приспичит. А в трусах держу, чтоб долго под подушкой не искать! - отвечаю ей. - Вот поэтому и не рвусь застать тебя переодевающейся или в душе. Боюсь, о своих благих намерениях я тогда вспомню только утром и то не факт.

- А всему должно быть своё время, да? - смущённо опускает она глазки.

- Угу. И так и будет. Правда если ты руку сейчас не уберëшь, то будет это гораздо раньше, чем представлялось. - Шепчу я ей в губы.

Но моя Бабочка решила расхулиганиться не по-детски, узкая ладошка плотно обхватывает член, и несколько раз проводит по стволу.

- Ах вот как! - откидываю я в сторону одеяло и усаживаю Мириам на себя.

И не важно, что между нами два слоя ткани. Она смотрит на меня не отрываясь, упирается руками в мою грудь. Я не удерживаю, она свободна. Но она не убегает, не прячется от меня. Даже в темноте заметно, как её смущает то, что она ощущает. Я чуть сжимаю её бёдра, всего немного направляя. Она позволяет. Наклоняется ко мне и целует.

А у меня чуть ли не искры из глаз.

- Мириам! - стоном вырывается её имя.

- Я здесь, - отвечает она, уже сама продолжая движение.

Мы не были обнажены, не было проникновения, она чувствовала себя в безопасности, я позволил ей контролировать то, что происходит. Я включил ночник, чтобы она видела, что это я, чтобы ничто не смогло напомнить ей её кошмары. И с ума сходил, наблюдая, как меняется её взгляд от смеси понимания её власти надо мной, силы моего желания и ощущений между нами.

- Мне нужно в ванну, - смущённо напоминает мне она, когда моя разрядка остаётся позади, а я по-прежнему её не отпускаю, крепко прижимая к себе,