Янтарные бусы - Алёна Берндт

Глава 33

Но все оказалось сложнее, чем предполагала Люба. Лечение Ивана Савельевича потребовало больше времени, чем предполагали Сергей и сама Люба. Операция была отложена, чтобы не рисковать, и дед Иван остался в стационаре до того времени, когда проведение операции будет возможно с наименьшим риском. Хоть Таисия Прохоровна и не оставляла его без внимания и заботы, но Люба все равно каждый свой выходной ездила его навестить. Сергей несколько раз выбирался в Богородское, чем вызвал бурные пересуды деревенских кумушек про него и про Любу, но им это было безразлично. Дни так быстро бежали в заботах и делах, что Люба только и успевала удивляться, что прошла очередная неделя.

На работе женская часть коллектива предвкушала празднование Международного женского дня, а Любе было как-то и не до праздника вовсе. Если появлялась свободная минутка, она читала медицинскую литературу, хоть и был дед Иван в надежных руках Сергея, а все же Любе было страшно, мало ли что…

– Люба, ты занята? – в кабинет к Любе заглянула Вера Липатова. – У тебя уже закончился прием?

– Нет, еще час, но пока никого нет. Проходи, Вера, – Люба отложила в сторону книгу и отметила, что лицо гостьи нахмурено и Вера старательно отводит глаза.

– Люб, я с тобой поговорить хотела… только ты не обижайся, пожалуйста.

– Что случилось? Вроде бы я ничем тебя не обидела никогда, не оскорбила…

– Ну… я про Володю хотела с тобой поговорить… – В голосе Веры вдруг послышались сердитые и даже отчаянные нотки. – Зачем он тебе, скажи?! Ведь все же знают, что ты к своему доктору в город ездишь! Для чего ты тогда к Володе приходишь, когда он рисует?!

– Вер, ты чего? – Люба удивленно воззрилась на Веру. – Я не понимаю твоих ко мне претензий… Володю не стоит ли спросить, кому можно к нему приходить, а кому нет? Да вообще, что за глупости ты говоришь! И при чем здесь, как ты сказала, «мой доктор»?

– Ну… Тамара мне сказала, видела, как вы с ним на скамеечке сидели, болтали. Зачем ты ему даешь надежду, разве мало ему досталось пережить после первой жены? А когда он узнает, что у тебя есть в городе мужчина, каково ему будет, ты подумала?!

– Вер, ты не кричи, пожалуйста, – Люба решила быть терпеливой. – Я понимаю, тебе жаль Володю… Но поверь, ему не жалость нужна. Он человек сильный, самодостаточный. Вообще, конечно, мне не хочется перед тобой ни в чем оправдываться, но и ссориться с тобой я тоже не хочу. С Володей у нас ничего нет из того, на что ты намекаешь, и про Сергея он знает. Этого тебе достаточно?

– Знает? – Вера густо покраснела, ей стало неловко от того, что она послушала досужие разговоры и явилась к Любе с претензиями.

– Ну, вот представь себе, знает. И кроме того, что у вас у всех в головах, мне непонятно! Что же, я и Володя не можем просто посидеть и поговорить? Без всяких там намеков! Вот скажи своей Тамаре, что по себе людей не судят.

– Любаш, ты прости, я тебя обидеть не хотела, – смущенно ответила покрасневшая до корней волос Вера. – Вот я дурочка… Сама не знаю, что на меня нашло, будто пелена какая-то в голове…

– Да ладно, забудь, – махнула рукой Люба. – В первый раз, что ли, у нас про всех что-то да придумают, кому делать нечего! А к Тамаре я загляну как-нибудь! Видимо, точно ей там скучно одной в своей лаборатории сидеть!

Люба душой не кривила. Белецкий каким-то своим чутьем сразу же уловил перемены в Любе, да он и с самого начала никаких намеков на романтику в общении с ней не делал. А после того, как увидел, что Любу у больницы встретил приехавший из города Сергей, сказал как-то Любе:

– Сереге повезло! Я рад за него, да и ты, Любаша, изменилась с ним рядом. Мы с ним раньше часто на рыбалку выбирались или в лес по грибы. А потом у него должность поменялась, времени на это у него не осталось, а жаль. Только теперь и видимся, когда я к нему в город обследоваться езжу.

– Так он что же, и раньше у нас в Богородском бывал? А я думала… еще его по селу водила, «достопримечательности» показывала! А он еще ходил и все смотрел, будто впервые видит! – усмехнулась Люба, вспоминая то время, когда Сергей приехал в село с комиссией.

– Ну а что, почему бы и не прогуляться, – рассмеялся Володя, – когда тебя девушка красивая по селу водит!

Почти месяц прошел, когда наконец-то Сергей сообщил Любе, что операция Ивану Савельевичу назначена и, как только она закончится, он непременно ей тут же позвонит. Люба хотела взять отгул и приехать, но Сергей ее отговорил.

– Как бы я ни хотел тебя видеть, Любаша, но ты сама подумай, какой смысл ехать в день операции. К деду тебя не пустят, а что толку в коридоре бродить попусту. Лучше возьмешь отгул потом, когда он после операции будет восстанавливаться.

Люба поразмыслила и поняла, что Сергей прав, деду она будет нужнее рядом именно после операции, но все же в тот день, когда она была назначена, Люба не находила себе места.

Закончив прием, она сидела за столом и не сводила глаз со стоящего рядом телефона в ожидании звонка. Сердце беспокойно стучало, в голове мысли путались, а строчки, которые Люба пыталась разобрать в лежащей перед ней книге, расплывались перед глазами. Рабочий день заканчивался, и наконец Люба дождалась. Телефон зазвонил, Люба вздрогнула и не сразу смогла заставить себя снять трубку.

– Любаш, это я, – на другом конце провода она услышала усталый, но довольный голос Сергея. – Все хорошо, операция закончилась, прошла успешно. Иван Савельевич отходит от наркоза и уже начал шутить. Любаш… ты что, плачешь?

Люба же не могла ничего сказать, и слезы остановить тоже не могла, просто слушала голос Сергея и плакала в трубку. Такое с ней происходило впервые, она всегда считала себя сдержанным и собранным человеком, а тут… что-то расклеилась.

– Ну успокойся, что ты, – говорил Сергей. – Хочешь, я приеду? На завтра попрошу отгул