Заложник зла - Рэйвен Дарк

немного приподнимает голову, оставляя свои губы в дюйме от моих, так что от его дыхания их покалывает. — Ты скучала по мне прошлой ночью?

— Даже отдаленно нет.

— Лгунья, — его рот дразнит мой, пока мои мышцы не напрягаются от желания полного поцелуя.

— Чья это одежда, Спайдер? — мысль о нем в объятиях какой-то шлюхи прошлой ночью выворачивает мой желудок.

Он снова поднимает голову. Блеск в его глазах говорит мне, что он слышит невысказанный вопрос в моих словах — с кем он спал?

— Ты точно хочешь знать?

— Я ненавижу тебя.

Он смеется, и этот звук такой же злой, насколько и горячий. Его губы скользят по моим. Я жажду оторвать свое лицо, но его пальцы обхватывают мою челюсть, когда его язык проникает внутрь, пробуя мой на вкус. Когда он прерывает поцелуй, он прижимается губами к моему уху.

— Эта футболка моя, — его глубокий голос обволакивает меня. — Мне нравится, как на тебе выглядит наша эмблема.

Он не упоминает, кому принадлежат джинсы.

— Если у тебя была с собой одна из твоих футболок, почему ты вчера отдал мне одну из футболок Страйкера?

Спайдер ухмыляется. — Это его гребаный байк вызвал все проблемы. Я хотел разозлить его.

Но я до сих пор не знаю, откуда взялись эти штаны. И тут меня осеняет очевидный вывод. Они, должно быть, принадлежат женщине, с которой он спал прошлой ночью.

Ух! Я слишком много думаю об этом, особенно когда мне должно быть все равно.

— Давай. Драгон уже жалуется, что пора в дорогу, — он ведет меня через веранду и вниз по ступенькам туда, где припаркованы байки. Фургон, в котором мы перевозили оружие, ждет вместе с ними.

Я закатываю глаза, когда он обнимает меня за плечи. Он держит меня так, как я видела, как Снейк держит Ди, когда они гуляют, как будто я для него больше, чем просто игрушка. Это собственническое, но легкое объятие, и все же я не настолько глупа, чтобы читать это в нем.

Когда я вижу его байк впереди нас, мышцы моей спины сжимаются, жжение в ягодицах, кажется, усиливается при мысли о том, чтобы просидеть на этом сиденье четыре часа. Это будет мучительно.

— Спайдер, пожалуйста, скажи мне, что ты не ожидаешь, что я поеду на этой штуке прямо сейчас.

Он качает головой. — Ты поедешь в фургоне с Беном.

Слава небесам. Дороги здесь часто ухабистые и полны выбоин, и поездка будет более плавной, чем на мотоцикле.

Его улыбка говорит мне, что он видит мое облегчение. — Ди собирается поехать с тобой навестить Пенни, — добавляет он, наблюдая, как Пип забирается на водительское сиденье фургона. Ди помогает Бену забраться в кузов. — Она и Пип будут присматривать за тобой, так что не доставляй им никакого дерьма и держись подальше от неприятностей.

Как только Бен оказывается внутри, Ди забирается на пассажирское сиденье фургона вместо того, чтобы сесть на байк Снейка.

— Ты тоже вернешься в Каспер? — слова вылетают прежде, чем я успеваю их остановить. Я полностью игнорирую предположение, что я какой-то нарушитель спокойствия, который намеренно ищет конфликта. Я всю свою жизнь старалась изо всех сил избегать неприятностей. С тех пор как я встретила его, они, кажется, каким-то образом нашли меня.

— Ты говоришь так, как будто была бы разочарована, если бы я этого не сделал, — его пальцы дразнят мой зад, и он игнорирует мое вздрагивание. Его слова ничего не выдают.

— Не льсти себе.

Он игриво дергает меня за волосы и останавливается у все еще открытых задних дверей фургона. Бен сидит на сидении и ждет меня. Там же спрятан байк, привязанный шнурами.

— Чей это байк? — с любопытством спрашиваю я.

— Пипа. Этот идиот сломал его вчера, катаясь. Они не смогли отремонтировать его как следует, так что, я думаю, вам с Беном там сейчас будет немного тесно. Залезай, — он протягивает руку, чтобы помочь мне подняться.

— Подожди, разве Кэпу не нужно ехать с нами? — спрашиваю я.

— Кэп останется здесь, пока мы не вернемся на следующей неделе. Залазь, любопытная.

Прежде чем я успеваю подняться, к нам подходят Джулс и Джин. — Спайдер, мы перекинемся парой слов с твоей женщиной, прежде чем вы уедите? — спрашивает Джулс.

Он рассеянно кивает и отходит к Драгону, который садится на свой байк.

— Привет, — говорю я с любопытством, глядя на них обеих.

— Ты действительно нравишься Бену, — говорит Джулс на удивление дружелюбным тоном, — сейчас он очень заботится о Пенни. Обычно не просит кого-то, с кем он только что познакомился, познакомиться с ней.

Я улыбаюсь. — Я рада это сделать, — потом я вспоминаю, что вчера сказал Пип о том, что произойдет, если она узнает об этом, — если тебе когда-нибудь понадобится кто-нибудь для присмотром за Беном, дай мне знать.

— Я собираюсь обнять тебя за это, — говорит она, и я приветствую ее объятия. Затем, гораздо более тихим голосом, она добавляет, — Спайдер — хороший человек.

— Так люди и продолжают мне говорить, — ворчу я.

Она отстраняется, сжимая мои плечи. — Поверь мне, это так. Я не думаю, что ты понимаешь, как сильно ты уже меняешь его, девочка. Или как ты хороша для него.

Когда она отпускает меня, Джин притягивает меня в свои объятия.

— Приезжай в любое время, — говорит она таким же тихим голосом. Я не уверена, что слышу в ее тоне. Сочувствие? Печаль? — держись там.

Просто смешно, насколько эти девушки умеют утешать. И странно, как я могу чувствовать теплоту чего-то еще в их тоне, кроме уверенности или утешения в отношении Спайдера. Это то, с чем я незнакома, вид семьи и сестринства, которые в подавляющем большинстве распространены среди женщин в Колонии. Когда я обнимаю их, у меня сжимается горло.

С тех пор, как я встретила Спайдера, единственная другая женщина, которую я встретила, которая была такой же дружелюбной, как они — это Сэм. И хотя в Колонии женщины обычно тепло относились друг к другу, это всегда казалось немного искусственным, как будто от них этого ожидали. Доброта Джулс и Джин кажется настоящей.

— Время сплетен вышло, девочки, — Спайдер возвращается к нам и протягивает руку, кивая мне, чтобы я забиралась в фургон. Я пожимаю плечами