Хороший плохой босс - Николь Келлер

и друг другом мы будем позже. Ночью. За закрытой дверью спальни. Когда никто нас не будет торопить.

Вонзаюсь ногтями в руки Марка, что с силой сжимает мои бедра. Намекая, что я уже близко, как чувствую его пульсирующий член внутри меня. И я сама тут же улетаю в нирвану с именем любимого мужчины на губах.

Марк падает на меня сверху, сгребая в охапку и шепча на ухо одно короткое слово, от которого у меня мурашки по всему телу, а бабочки внутри живота танцуют румбу:

– Моя.

– Твоя, – отвечаю, ни секунды не медля.

– Кать, я тут…В общем…

– Марк? – тревожусь, привставая на локтях.

Муж тут же принимает виноватый вид и сообщает без тени раскаяния в голосе:

– Я тут немного не успел…

– Ты что?!

– Я не успел…

– О, Боги! Ты с ума сошел?! Я была уверена, что ты надел защиту!

– Не сообразил, прости. Я потерял голову при виде тебя.

– Ты хоть понимаешь, что я могу забеременеть?!

– Я буду счастлив еще одному сыну. Тем более, наши дети уже давно выросли, – с широкой улыбкой сообщает Марк, притягивая меня в свои объятия, и я мигом успокаиваюсь. С этим мужчиной мне ничего не страшно. Даже четвертый ребенок.

***

– Так, у нас совсем немного времени, надо успеть привести себя в порядок, – произношу будничным тоном, направляясь в сторону ванной.

– Для чего? – раздается настороженное за спиной.

Я ускоряюсь, не желая сейчас ничего объяснять. Чем меньше у моего мужа времени на раздумья, тем лучше. Для окружающих и него самого.

– Катерина! Объяснись! – рычит мне в спину, следуя за мной по пятам.

– Вечером у нас будут гости. Надо успеть привести себя в божеский вид и переодеться. А еще накрыть на стол.

– Гости? Какие гости?

– Важные, Марк, важные, – с улыбкой выдаю, забегаю в ванную и захлопываю дверь перед мужем.

– Катя!

Выхожу минут через пятнадцать, надеясь, что Марк успокоился и сможет адекватно воспринимать информацию. Но не тут-то было.

Он стоит под дверью, скрестив руки на груди и буравя меня взглядом.

– Иди скорей, они вот-вот придут.

– Кто они, Катя?

Тяжело вздыхаю. Придется сказать. Рано или поздно этот момент настал бы. Я и так оттягивала его, как могла.

– Лиза со своим парнем.

Марк меняется в лице, а мне становится страшно. За его жизнь. Здоровье. И жизнь и здоровье этого смелого парня, что решил встречаться с нашей дочерью.

– Кто? Лиза? С парнем?! И ты молчала?! Знала и молчала?! – орет Марк так, что стекла дрожат.

– Любимый, успокойся, – поглаживаю осторожно его по плечу, но муж впервые не обращает на мои действия внимания, достает телефон из кармана и что-то там быстро набивает.

– Марк, что ты делаешь?

– Решаю проблему. Алло, Джеймс…

Но я не даю договорить мужу и вырываю телефон из его рук, нажав клавишу сброса. Джеймс – это его друг, который имеет связи, кажется, во всех сферах жизни.

– Катя, ты сейчас не к месту затеяла свои игры. Но с тобой мы позже поговорим. О твоем поступке…Пока я не знаю, как его назвать.

– А что первое приходит на ум? – прищуриваю глаза, тоже вставая в воинственную позу.

– Предательство.

– Вот именно поэтому мы с Лизой тебе ничего не сказали.

– Так вы еще и в сговоре?! Просто отлично! – взрывается Марк, хватаясь за голову.

– Марк, успокойся, пожалуйста, давай поговорим…

– Ты ничего не понимаешь! Ей еще восемнадцать! – орет муж на чем свет стоит.

– Марк, – повышаю голос, чтобы быть услышанной. – Нашей дочери УЖЕ восемнадцать. И в ее возрасте как раз нормально общаться с парнями. Не старой же девой ей остаться, в конце концов, только потому, что ее папа – самодур!

– Я просто за нее переживаю! Это нормально!

– Конечно, нормально! Но палку перегибать не стоит. Поэтому сейчас ты пойдешь в душ, остынешь, переоденешься и будешь мило улыбаться этому парню. Мило улыбаться, Воскресенский, а не скалиться, – тычу в его грудь пальцем, чтобы было понятно, что я настроена решительно. – Да, вот примерно так. И не надо чахнуть над Лизой, как Кощей над златом. Она тебе в дальнейшем спасибо не скажет за это.

Быстро привожу себя в порядок, надеваю нарядное легкое платье и спешу на кухню, чтобы накрыть стол. И к приходу детей и гостя Марк выглядит если не спокойным, то хотя бы адекватным.

Но ровно до того момента, как видит, что Дэвид обнимает Лизу за талию. Муж скрипит зубами, а во взгляде читаются все те пытки, которым он подвергает несчастного парня.

– Чем вы занимаетесь, Дэвид? – буквально цедит Воскресенский, сверля юношу глазами. Мы все дружно опускаем глаза в тарелки, пытаясь скрыть смех, что рвется наружу.

– Я учусь вместе с Лизой и подрабатываю в фирме отца.

– Кем?

– Марк, прекрати, – разряжаю обстановку, накладывая всем немного салата. – Мальчик работает, это уже хорошо. Он не сидит на шее у родителей.

– Вы не волнуйтесь, сэр, я буду в состоянии содержать Лизу и нашу семью, когда мы поженимся, – широко улыбаясь, бедняга даже не понимает, что только что подписал себе смертный приговор.

– Поженитесь? – тянет Марк, бледнея на глазах.

– Да, мы с Дэвидом поженимся. Мам, пап, он мне предложение сделал! – и радостная Лиза протягивает руку со скромным колечком.

Я, конечно, немного шокирована стремительностью развития событий, но за дочь очень рада. Дэвид кажется мне хорошим и надежным парнем, а Лиза рядом с ним буквально сияет от счастья.

Но восторгаться я буду потом. Сейчас надо обезвредить бомбу под названием «Марк Воскресенский». Это сейчас он сидит тихо – мирно и смотрит в одну точку. Но рванет буквально вот уже в считанные секунды.

– Ой, папочка, тебе что, плохо? Что случилось? Воды?

– Ничего страшного, лапочка, – торопливо произношу, пытаясь скрыть неловкость и не допустить, чтобы Лиза расстроилась из-за реакции отца. – Ты, кажется,