Татьяна Зинина - На осколках зазеркалья (СИ)

      О жизни напряжной и думать не смели,

      Решив, безусловно, лишь лучшими стать!

      Походы из клубов, толпой под луною

      И песенки хором на целый район.

      Реальность казалась обычной игрою,

      А игры с судьбою - простым озорством.

      Курили за школой, от старших втихушку,

      И всех раздражал наш заливистый смех.

      И пусть иногда лили слёзы в подушку,

      Крича на весь мир, что дела лучше всех"

      Покинув студию, я в прекрасном настроении спустилась по лестнице, а полнейшая пустота здания позволяла спокойно напевать себе под нос собственное творение. Хотя, с абсолютной пустотой я явно ошиблась, ведь единственный охранник всё так же дремал у главного входа, и лишь когда я подсунула ему под руку ключ от студии, соизволил вяло приоткрыть один глаз.

      На стоянке сегодня царила почти кромешная темнота, потому что какому-то малоумному чудику чем-то не угодили местные фонари, которые теперь все поголовно стояли с разбитыми плафонами. И куда спрашивается, смотрел в это время охранник?! Наверно в собственные сны.

      Моя машина стояла не далеко от входа, куда ещё немного доставал свет от лампы над дверью здания. И я даже успела достать из кармана ключи и нажать на брелке на отключение сигнализации, как вдруг мне кто-то грубо зажал ладонью рот...

      Руки тут же оказались заведёнными за спину, а я сама - перекинутой через чьё-то плечо. Всё произошло так быстро, что я даже толком не поняла, что же случилось. Но когда меня грубо сбросили прямо на дорожку в соседней тёмной подворотне, стало ясно, что добром это не кончится.

      Попыталась подняться, но тут же ощутила, как сильно кольнуло в животе. Всё же такие падения для девушки в моём положении чреваты большими последствиями. Это-то и отрезвило меня от всех страхов.

      Я почти встала, когда ощутила сильный хлопок по лицу, от которого кожу обожгло болью, а потом мир снова поплыл, а удар головой об асфальт почти лишил меня сознания. Двигаться было страшно, потому что те, кто нападал явно только этого и ждали. Поэтому я принялась лихорадочно думать, как выбраться из этой жуткой ситуации. Ясно же, что грабить меня никто не собирается, впрочем, как и насиловать, а значит у них другая цель.

      - Только не по животу... - прохрипела я, почувствовав во рту явный вкус крови. - Пожалуйста...

      - Что?! - грубо спросил насмешливый мужской голос.

      - Не убивайте моего ребёнка... - выдавила я из себя толи звук, толи хрип.

      Судя по повисшей тишине, даже у таких людей, как эти были хоть какие-то понятия о жалости. Их молчание показалось мне бесконечно долгим. За это время я успела уже несколько раз проститься с жизнью, признаться самой себе в куче собственных ошибок, и даже пообещала, что если выживу, обязательно схожу в церковь, где не была уже больше пяти лет.

      Послышались шаркающие шаги, и спустя мгновение, передо мной на корточки опустился рослый молодой парень, на вид ровесник Феликса. Он странно посмотрел мне в глаза, как будто ища в них правдивый ответ.

      - Что-то не похожа ты на беременную, - проговорил он, хитро прищурившись. - Где же твой большой живот?!

      - Срок ещё маленький... - прошипела в ответ. А потом вдруг подняла голову и снова посмотрела на парня, правда, теперь уже гораздо внимательней. - Вам заплатили...

      Он не ответил, лишь продолжал спокойно наблюдать за тем, как я корчусь от боли и страха лёжа на холодном мокром асфальте. Живот продолжало странно выкручивать, но уже не так, как раньше.

      - Я знаю, кто вас нанял, и знаю почему... - вкус крови во рту становился просто невыносимым. - Предлагаю договориться.

      - И как же?! - поинтересовался сидящий рядом, с нескрываемой насмешкой.

      - Вы больше меня не трогаете, а я забываю ваши лица... - с каждым словом говорить получалось всё хуже и хуже. - Если вас наняли меня избить - вы всё равно уже выполнили свою работу... Хотя бы частично.

      -Согласно договору, мы должны сделать так, чтобы ближайшие несколько недель ты не покидала больницу, - вступил в разговор второй голос, доносящийся откуда-то сзади.

      - Если надо, я могу там и дольше проваляться... - ответила, пытаясь приподнять голову, но она тут же рухнула обратно.

      - Ну и зачем это нам?

      - За налом...

      Повисла тишина, и я вдруг заметила, как парни многозначительно переглянулись.

      - Сто, - сказал вдруг тот, который сидел рядом со мной.

      - Сто чего?

      - Тысяч, - уточнил он.

      - Рублей?

      - Да... наличными.

      На несколько секунд я прикрыла глаза, прикидывая, как скоро смогу предоставить им такую сумму.

      - Завтра вечером, на этом же месте... деньги принесёт мой брат.

      - Ладно, крошка. В полночь на этом месте, - потом снова усмехнулся, и одним сильным рывком привёл моё тело в сидячее положение. - Если всё пройдёт гладко, можешь в случае чего на нас рассчитывать. А если нет...

      - Никогда не поздно завершить начатое сегодня, - закончил за него, тот, что стоял сзади.

      А через несколько секунд я осталась одна.

      Моего самообладания хватило только на две вещи: достать из сумки мобильный и вызвать скорую. Благо она приехала почти сразу, и только оказавшись в надёжных руках врачей, я благополучно отключилась.

      Сознание возвращалось урывками. Сначала я очнулась в машине, потом был какой-то белый движущийся потолок, а в следующий раз проснуться мне помог сильный запах нашатыря. И, глядя на склонившегося надо мной мужчину с голубоватой маской на лице, я смогла выговорить лишь одну фразу:

      - Спасите... моего... ребёнка.

      После чего выключилась уже надолго.

      Проснулась я, как ни странно, ранним солнечным утром в просторной комнате. Здесь были довольно приятные бежевые стены, а окно закрывала миленькая шторка. Почему то, я даже не удивилась, очнувшись в больничной палате, наверно, всё-таки мозг оказался не повреждён. Правда, голова немного побаливала.