Мерил Сойер - Последняя ночь

– Зачем тебе встречаться с ним?

– Я стащил у него несколько видеокассет. Они спрятаны около посадочной площадки. Когда он узнает, что у него похитили, я тебя уверяю, он станет более сговорчивым.

– Ты украл его кассеты? – испуганно спросила Дана. – Ты сделал это, чтобы раздобыть доказательства?

– Верно, ты попала в самую точку. Если бы я это не сделал, то самое большее, на что могла бы рассчитывать твоя сестра, – это совместное опекунство родителей. Но мне кажется, что Кольтран с помощью своих связей собирается просто лишить ее материнских прав.

– Да, он это сделает, если мы не припугнем его, – согласилась Дана.

– Но я уверен, что это не он угрожает тебе.

– Если не он, то кто же?

– Это очень странный шантажист. Убей меня бог, если я знаю, кто хочет испортить тебе жизнь.

Резкий звонок телефона разбудил Гарта. Тут же послышался тихий шелест крыльев Пуни, который тоже проснулся. Гарт потряс головой спросонья и сжал руками подлокотники коляски. Он был в беседке, а его любимый попугай сидел у него на плече. Очевидно, он задремал, пока любовался морем.

Он посмотрел на часы, которые показывали четыре часа утра. У любого, кто звонит в такое время, должны быть очень серьезные проблемы. Не иначе кому-то явилось привидение, и он решил срочно послать за адвокатом. Он въехал на коляске в дом и вдруг ощутил небывалый прилив энергии, мгновенно разогнавший его дремотное состояние. Ему почему-то показалось, что он не пожалеет о том, что его разбудили.

– Да? – произнес он в трубку, одновременно зажигая свет. Это была явная ошибка.

Свет подействовал на Пуни как красная тряпка на быка. Он воинственно распушил перья и, переминаясь с лапки на лапку, принялся выкрикивать угрозы:

– Тебе крышка, тебе крышка!

– Гарт? Это ты? – спросил Роб. Гарт прижал трубку плечом к уху, а рукой попытался накрыть голову Пуни, чтобы заткнуть ему глотку.

– Лучше не рыпайся! – орал разбушевавшийся попугай.

– Да. Где ты? Что это за шум? Такое ощущение, но ты в аэродинамической трубе.

– Почти угадал, – прокричал Роб. – Я в вертолете, лечу в Хикум-Филд. У меня к тебе куча просьб, и две из них срочные. Ты не против?

– Валяй, – разрешил Гарт, не обращая внимания на Пуни, клюющего ему пальцы.

– Ты можешь нас встретить? Мы приземлимся через двадцать минут.

– Я, конечно, приеду, но ты приземлишься раньше, чем я туда доберусь.

Хикум-Филд, военный аэродром, был расположен на другом конце города; там же находилась и вертолетная площадка.

– Что-нибудь еще нужно?

– Ты не мог бы приютить на эту ночь Ванессу Кольтран и ее сына? Дом Даны не слишком надежное убежище для них. Мы удираем от Большого Папы. Я думаю, что завтра он бросится их искать и уж к Дане заявится в первую очередь.

Гарт заколебался. Ванесса Кольтран – чувственный голос по телефону; темные шелковистые волосы и длинные тонкие пальцы с красивыми ногтями. Да, именно так он себе все представлял. Он почувствовал, что его против воли втягивают во все большие и большие неприятности.

– Конечно, в доме много комнат, – услышал Гарт свой голос.

Он все еще продолжал задавать себе вопрос, зачем он это сказал, когда подъезжал к терминалу аэродрома. Вместе с ним в машине был Пуни. Пока они ехали в темноте, Пуни клевал носом. Гарт боялся, что, как только они окажутся в освещенном месте, Пуни проснется и начнет изрыгать проклятия. Гарт остановил свой фургон у темного терминала и увидел Роба. Он убеждал себя, что ему наплевать, что подумает о нем Ванесса. Он намеренно не стал переодеваться и взял с собой Пуни.

– Спасибо, что приехал, – поблагодарил его Роб, открывая боковую дверцу фургона.

– Ерунда, – Гарт наблюдал за тем, как Роб помог Дане сесть на заднее сиденье и забросил туда же несколько сумок. Затем он открыл дверь переднего сиденья рядом с Гартом.

Фантастически красивая женщина – таких он еще не видел – проскользнула в фургон. У нее были совсем не темные волосы. Ванесса Кольтран была классической блондинкой с глазами небесной голубизны. На руках у нее спал маленький ребенок.

Гарт не удержался и посмотрел на ее пальцы – у нее были длинные тонкие пальцы с овальными ногтями темно-розового оттенка.

– Большое спасибо, что встретили нас, – сказала Ванесса. – Я…

– Лучше не рыпайся! – хрипло заорал Пуни, которого разбудил свет в фургоне. – Тебе крышка, тебе крышка!

Гарт поднял было руку, чтобы угомонить птицу, но было уже поздно – мальчик проснулся.

– Мама, где мы? – Он посмотрел на Гарта. Ванесса поцеловала малыша в макушку.

– Мы едем в гости к тете Дане, ты забыл? Глаза Джейсона широко раскрылись, и он уставился на Пуни.

– Как его зовут?

– Спроси его сам, – мягко сказал Гарт. У Джейсона были такие же голубые глаза, как у матери, те же светлые волосы, но широкие скулы и едва заметная ложбинка на подбородке, которая с возрастом станет глубокой ямочкой – от Кольтранов.

– Как тебя зовут? – спросил Джейсон Пуни. Попугай потоптался на плече Гарта, а затем проскрипел:

– Пуни, Пуни.

– Это означает «малыш», – объяснила Ванесса сыну, и Гарт не стал поправлять ее.

– Меня зовут Джейсон, – мальчик показал на себя. – Скажи: Джей-сон.

– Джей-сон, Джей-сон.

Джейсон захлопал в ладоши и засмеялся:

– Пуни.

– Джей-сон, Джей-сон. – Пуни взъерошил перья, вспыхнувшие яркими красками.

– А можно ему посидеть на моем плече? – спросил ребенок.

Гарт покачал головой. Пуни обладал тяжелым характером, ему нелегко было понравиться. Особенно он ненавидел женщину, которая делала у Гарта уборку. Он постоянно разбрасывал птичий корм по чисто вымытому полу, чтобы позлить ее.

– Он пуглив.

Джейсон придвинулся поближе:

– Пуни, не бойся. Я твой друг.

Гарт бросил взгляд на Ванессу: она с умилением наблюдала за сыном. Она улыбнулась, но глаза ее были печальны и тревожны.

– Гарт, ты нас очень выручил, спасибо, – поблагодарила его Дана.

Гарт оглянулся назад, он совершенно забыл о других пассажирах, сидевших на заднем сиденье.

– Можно я подержу его? – Джейсон не оставлял своих попыток завязать более близкое знакомство с Пуни.

– Хорошо, давай попробуем, – согласился Гарт, поняв, что отказать этому ребенку просто невозможно. – Вытяни руку и смотри, пойдет ли он по ней – от ладони к плечу.

Джейсон протянул руку попугаю, но Пуни не сдвинулся с места.

– Ну, Пуни, иди. Я твой друг. Иди, Пуни, иди.

Попугай нахохлился и посмотрел на Гарта, как бы спрашивая у него разрешения, а затем прыгнул на руку Джейсона и вразвалочку направился к его маленькому плечику.

– Джей-сон, Джей-сон.