Новый год с последствиями (СИ) - Лисовская Ирина

Не хотели бросать товарища, видел подозрение на их лицах, но в итоге они не спеша вышли из палаты. Отлично.

— Громкую связь не забудь включить, — посоветовал Витьку, когда тот стал копошиться в телефоне.

Он поджал губы, видимо понял, что обдурить не выйдет. Набрал номер и через секунду послышались гудки. Моя девочка долго не брала трубку, может и проигнорирует его, кто знает.

— Алло, — наконец услышал вымученный голос Леры.

У меня встал ком в горле от того, сколько в нем было муки и страдания, постарался выглядеть безучастным. Как же тяжело!

— Лерка, в общем, я долго думал, решение далось не просто, ты замечательная девушка и все такое, но нам нужно расстаться. Не приходи завтра в больницу, ладно?

— Витя, ты явно стук…

Он прервал связь и с вызовом смотрел мне в глаза. Да я и так знаю, что она тебя бросила, идиот! Почему Витёк считает, будто я не в курсе, остается загадкой.

— Молодец, страна будет тобой гордиться, — произнес с иронией. — Завтра или послезавтра приду с деньгами и распиской.

Больше не говоря ни слова, вышел из палаты. Около нее ошивались те двое, окинули меня подозрительными взглядами и вернулись к Витьку.

Уже сидя в машине, я понял, что к Лере сегодня никак не успею. Может оно и к лучшему, утро вечера мудренее.

Глава 18

Лера

Я сидела на больничной койке, поджав под себя колени. Только что был обход, врач задал мне несколько сухих вопросов и чопорным голосом оповестил:

— Завтра готовьтесь к выписке.

Вот и все. Другие женщины, что делили со мной палату, сейчас ушли в столовую, а мне кусок в горло не лез. Слез не было, да и вообще, внутри я будто опустошена. Сама пока не поняла, что чувствую и как вести себя дальше. Изредка ноющая боль внизу живота напоминала о неминуемой утрате. Одинокая слезинка скатилась по щеке и упала на ладонь. Быстро стерла ее и глубоко вдохнула.

С позавчерашней ночи каждый второй пытается лезть ко со своими утешениями, словно они опытные психологи. Хоть бы спросили, нужны мне их глупые советы или нет. В тот момент хотелось свернуться в клубочек и завыть от горя, что терзало душу.

Безразличные ко всему происходящему медсестры пожимали плечами, а операционная сестра и вовсе заявила, думая, что не слышу ее:

— Тоже мне, трагедия, там было всего четыре недели.

Врач и тот похлопал по руке и уверенно произнес:

— Ничего, ты еще молодая и все у тебя впереди.

Вздохнув, постаралась вытеснить из памяти все сказанные слова и сосредоточиться на чем-то другом. Выходило плохо. Вчера, будто мне без того мало проблем, позвонил Витя и ввел в ступор «трогательным» прощанием. Или это был своего рода изощренный плевок в душу? Саркастичная речь без капли эмоций не впечатлила, учитывая, что я уже поставила точку в наших отношениях до его аварии. И, тем не менее, Витя посчитал нужным вывернуть все так, словно именно он меня бросил. С чего, вообще, решил, что собираюсь навещать его?! Нет, у него точно с головой что-то не в порядке. Перед тем, как взять трубку, я ложно понадеялась услышать раскаяние, а получила очередной пинок под зад. Сколько можно наступать на одни и те же грабли? Пора усвоить уже этот урок и перевернуть жизненную страницу.

Время тянулось убийственно долго. В палате кроме меня лежали еще две женщины и одна девушка. Она пыталась завести разговор несколько раз, а натыкалась на стену безразличия с моей стороны.

Мне не хотелось ни с кем общаться и никого видеть, даже болтать с Настей по телефону. Но пришлось позвонить и фактически умолять ее остаться дома. Зачем ей тащиться в больницу на костылях, если завтра меня выписывают. А больше, в общем-то, никто не придет. Глупо надеяться, что вот сейчас откроется дверь и в палату войдет Миша.

Дверь скрипнула и кто-то вошел. Я ощутила, как гулко забилось сердце в груди в этот момент. Неужели… Мои надежды через секунду разбились вдребезги. К той девушке, пытавшейся подружиться со мной, пришел парень.

А чего ты ждала, Лера? Что Миша прискачет, подобно принцу на белом коне и станет тебя утешать? Пф-ф! Смотреть, как воркует парочка, было выше моих сил. Отвернулась и попыталась абстрагироваться. Улеглась на бок и накрылась с головой одеялом. Сомкнула веки и каким-то чудом уснула.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Меня разбудил звонок мобильного. Усевшись, протерла глаза и увидела, что снова нахожусь в палате одна. Вытащила телефон из-под подушки и глянула на экран. С недоумением ответила:

— Да, — голос был еще хриплый ото сна, и казалось, что я чем-то расстроена.

— Здравствуй, Лера, — Наталья Владимировна помолчала несколько секунд, будто тщательно подбирала слова: — Знаешь, после твоего увольнения я все никак не могла найти себе места. Пошла на поводу у эмоций, а нужно было трезво оценить ситуацию.

Вот уж не ожидала услышать от бывшей начальницы такие слова. Любопытно, к чему клонит? Я примерно догадывалась, но решила дослушать до конца.

— Мне сложно признавать свою вину, но да, я была не права. Возвращайся на работу. Можешь прямо завтра выходить, твое место все еще дожидается тебя.

Я горько рассмеялась в трубку, наплевав, как это выглядит со стороны. Отличное извинение! Место она себе не находила, а как же! Не знаю, откуда во мне взялось столько злости, но предложение Натальи Владимировны выглядело подобно подачке. Как ненужная кость, небрежно брошенная хозяином верному псу.

— Послушай, Лера, — она злилась. — Ты вешалась на моего мужчину, скажи спасибо, что я после всего закрываю глаза и зову обратно. Да ты должна сейчас чуть ли

не…

— Ноги вам целовать? — выплюнула я. — Уж увольте. Не нужно мне место в салоне, где с моим мнением не считаются. И просят вернуться только потому, что Лиза, скорее всего, проворонила много клиентов и создала дурную репутацию.

— Подумай хорошенько, куда ты пойдешь? Ни один салон не примет тебя, уж я позабочусь, будь уверена! А назад дороги уже не будет.

— А кто вам сказал, что я снова стану батрачить на чужую тетку? — меня понесло.

Эмоции, копившиеся внутри несколько дней, наконец, сумели найти выход. Я выплескивала все на бывшую начальницу, хотя прекрасно осознавала масштаб создаваемой катастрофы. Но остановить себя уже не смогла.

— Открою салон и оповещу всех своих клиентов, где меня искать. А рекомендации о моей работе можете съесть за ненадобностью на завтрак! — гаркнула и, не дожидаясь ответа, сбросила вызов.

Я тяжело дышала и поверить не могла, что сделала это. Только, боюсь, сейчас поставила жирный крест на своей карьере парикмахером. Открыть салон мне не по карману…

— А что, это идея.

Дернулась, услышав знакомый голос. Еле сглотнула и медленно повернулась к двери. Моргнула несколько раз, чтобы убедиться наверняка. Миша стоял, облокотившись спиной о косяк, и улыбался. Заметила под его левым глазом фингал и вздрогнула. Подрался? Сердце екнуло, а затем забилось быстрее, пульс подскочил. Я перестала дышать и смотрела, как он медленно подошел ко мне. Присел рядышком, а на тумбочку положил большой белый пакет без логотипа. Увидел мой расплывшийся на всю щеку синяк и поджал губы.

— Что… — я прочистила горло: — Что ты здесь делаешь? И как узнал?..

В карих глазах я видела упрек, и неожиданно стало не по себе. На секунду… А потом вернула ему такой же взгляд. Миша усмехнулся.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как я могу себя чувствовать? — проворчала под нос.

Он прикоснулся теплой ладонью к щеке, и я прильнула, желая получить хоть немного ласки. Даже не подозревала, насколько сильно нуждалась в этом, пока Миша не притянул меня к себе и крепко обнял. Тревоги и опасения под натиском надежного тыла испарялись, но боль все еще сидела внутри и выворачивала наизнанку. Всхлипнула, крепче хватаясь за свитер Миши кулаками, желая раствориться в мужчине.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Поплачь, — тихо прошептал он мне в макушку и поцеловал.

И я разрыдалась. Два дня запрещала себе обронить даже слезинку, но сейчас осознала, что не нужно было сдерживаться. Миша заботливо гладил по спине, и от этого хотелось плакать еще сильнее. Не могла понять, почему он пришел. Из-за жалости или действительно хочет быть рядом?