Кэтрин Эллиот - Женатый мужчина

«И все же, – подумала я, с завистью глядя на дом и пытаясь отыскать место, где бы припарковаться, – вполне в духе Джека завести себе любовницу в таком шикарном районе. Хотя он отвратительно распущен, надо отдать ему должное: у парня есть стиль, несмотря на то что я никак не могу припарковаться на этой проклятой миленькой улочке, заставленной дурацкими красивенькими…»

– А-А-А-А-А! – Наконец я сдалась, дала задний ход и остановилась у того самого дома. Нетерпеливо посигналила и злобно посмотрела наверх. Никакой реакции. Проклятье. Куда он подевался? Я открыла окно и опять посигналила, на этот раз еще более резко. Через две секунды распахнулось окно на втором этаже. Оттуда выглянула красивая девушка с рыжими волосами и темными блестящими глазами.

– Кто там? – позвала она.

– Джека у вас случайно нет? – крикнула я.

– Жака? О да, он здесь, подождите. Жа-ак! – протянула она с сильным французским акцентом. И нырнула обратно в комнату.

«Вот это меня тоже бесит, – раздраженно думала, нетерпеливо постукивая по рулю. – Его подружки всегда иностранки. Пышные красотки из Бразилии, австралийские няни с грудью пятого размера, а теперь вот смуглая француженка. Он достает их, как фокусник шелковые платочки из цилиндра, и все они в национальных костюмах – точнее, без костюмов вовсе. Скажите мне, что плохого в обычных девушках, англичанках? Может, для него это слишком прозаично? Слишком скучно? Или они неизобретательны в постели? Умоляю!»

Через минуту она снова высунулась в окно, и рядом с ней появился «Жак». Слава богу, они были одеты.

– О, привет! – Кажется, он удивился. – Ты рано приехала. Я думал, ты чуть задержишься.

– Изменились планы, – холодно проговорила я. – Надеюсь, я не очень тебе помешала, – процедила я сквозь сжатые зубы.

– Что?

– Я сказала: надеюсь, я не помешала?

– Нет, нет, – улыбнулся он. – Все в порядке. Мы уже почти закончили, правда, Паскаль?

Он повернулся к своей приятельнице-француженке, которая весело хихикала за его спиной.

– Я так не думаю!

– Да брось, Паскаль, – улыбнулся он. – Нельзя же заниматься этим весь день. Хотя ты можешь, я знаю. Кстати, это Паскаль де Мопассан, – выкрикнул он, поворачиваясь ко мне. – Люси Феллоуз.

– Очень приятно, – мило улыбнулась Паскаль. – Может, зайдете?

– Я не могу припарковаться, – крикнула я. – Джек, не хочу показаться занудой, но не могли бы мы… ну, ты понимаешь…

– Дай мне пять минут, – крикнул он. – Мне нужно кое о чем поговорить с Паскаль.

Он хитро мне подмигнул и закрыл окно. Силуэты на фоне стекла исчезли из виду.

Я глубоко вздохнула. Меня переполняли злоба и обида. Пытаясь их отогнать, я порылась в отделении для перчаток и нашла завалявшуюся мятную конфету. Вгрызлась в нее, но горький вкус неконтролируемой зависти остался. Господи, ну почему у меня вечно все не так? Это я должна была развлекаться весь день, а не Джек! Получается, что я привезла его сюда на своем автомобиле, чтобы он покувыркался всласть, в то время как меня саму только потискали в чулане для швабр безо всякого для меня удовольствия? Я растерла конфету в муку и к тому моменту, когда он появился на пороге дома, была готова взорваться.

Вид у него был симпатично-потрепанный и удовлетворенный. Он поднял голову и послал Паскаль игривый воздушный поцелуй. Она кокетливо ответила ему тем же.

– О господи, ну, может, хватит! – я нетерпеливо распахнула пассажирскую дверь. – Залезай скорее! Тоже мне Ромео и Джульетта.

– А-а-а… – довольно вздохнул он, опускаясь на сиденье рядом со мной и не обращая внимания на мое явное раздражение. – Какая милая девушка, просто прелесть. Ты с ней раньше не встречалась, Люси?

– Не думаю, что удостоилась такой радости, – огрызнулась я, переключая передачу.

– Неужели? Очень жаль. Ты должна познакомиться с ней поближе, она тебе очень понравится.

– Да что ты говоришь, – сухо проговорила я. – Что ж, Джек, если ты развернешься, то увидишь, что она до сих пор машет тебе вслед.

Он оглянулся, широко улыбнувшись, а потом тихонько помахал.

– А как поживаешь ты, малышка Люси? Судя по всему, денек выдался на славу? Удачно все прошло? Извини, конечно, но вид у тебя не очень. Как у кошки, у которой отобрали еду. Прав я или нет?

Я покосилась на него. Откуда он… Но глаза его были широко раскрыты и невинны. Я сглотнула слюну. Не иначе как случайно догадался.

– Вовсе нет, – беззаботно проговорила я. – Я прекрасно провела время с Терезой.

– Значит, к родителям не ездила, да?

Я облизнула губы. Черт, я и забыла про эту маленькую ложь. Какой ужас.

– Нет… ну, ты понимаешь, я не так часто навещаю Терезу, и мы заболтались… В общем, сидели у нее дома на диване и сплетничали. И я забыла о времени.

– Правда? – нахмурился он. – Очень странно. Я вышел за бутылкой вина вскоре после того, как мы с тобой расстались. И готов поспорить, что видел ее в магазине.

Я вцепилась в руль и сосредоточилась на дороге.

– Ах да, точно. Ей надо было на работу. Я сидела с ней, пока она обслуживала покупателей. За прилавком.

– Ага. – Он кивнул. – В таком случае, ты, наверное, была в туалете.

– Что?

– Когда я зашел. Не мог же я взять и пройти мимо? Я залилась краской и уставилась прямо перед собой.

– Джек, ты что, за мной шпионишь?

– Боже упаси, – в притворном ужасе проговорил он. – Зачем мне это?

– Понятия не имею, – процедила я сквозь зубы. – Но думаю, ты должен знать, что мне не очень нравится, когда лезут в мою личную жизнь. Я взрослая женщина, ты мне никто, и то, что я делаю в свободное время, тебя не касается, ясно? – Я сверкнула на него глазами, как мне показалось, очень злобно. Но, кажется, он не особо испугался.

– Ясно, мисс, – улыбнулся он, отдавая честь и откидываясь на сиденье. – Указания приняты и усвоены. И все это весьма похвально. Конечно же, ты имеешь право на личную жизнь.

– Еще бы! – взорвалась я. – Господи, давно пора! И кто бы говорил – ты на себя посмотри, старый развратник!

– Туше, – кивнул он. – Единственная разница между нами в том, что старый развратник пусть и закоптился от грехов до черноты, но у него нет невинных детишек, которые смотрят на него, как на образец морали. Как на пример для подражания. Ах… если бы ты знала, как приятно снова оказаться в этой удобной старой колымаге! Я так ждал, когда же мы поедем обратно, и если не возражаешь, я проведу обратный путь так же, как и дорогу сюда. День для нас обоих выдался тяжелый, в той или иной степени.

Он откинулся на подголовник и закрыл глаза, и к тому времени, как до меня дошел смысл его слов, он уже уснул.

Ну и наглость, черт возьми. Я закипела от злости, вдруг осознав, что он имел в виду. Невинные детишки – да как он смеет! Специально заговорил об этом, чтобы я почувствовала себя виноватой. Подумать только – четыре года я чувствовала себя несчастной, одинокой и никто не смел меня обвинить, а тут, стоило мне только сунуться в реальный гетеросексуальный мир, где он сам прозябает уже многие годы, и он пытается испортить мне всю малину! Еще и детей приплел! Мне захотелось разбудить его и сказать все, что я о нем думаю. Но, вспомнив через пару секунд тот некрасивый эпизод, когда я кралась на цыпочках мимо больной дочери Чарли, я решила, что будить его ни к чему. Пусть лучше спит. Незачем ему знать, сколько на самом деле невинных детишек вмешано в эту историю.