Ирина Алпатова - Барби играет в куклы

Я даже ухитрилась почти успокоиться, потому что было ясно, что никакой милицией здесь и не пахнет, только кретинка Танька могла такое придумать — интересно, куда она подевалась? Нужно было еще немного потерпеть, и я окажусь дома.

— Прошу прощения, что я вот так без приглашения, но балконная дверь было открыта…

Если бы в этот момент я не сидела, то точно упала замертво, и притворяться бы не пришлось. Перед нами стоял Денис во всей красе, то есть при костюме, галстуке и даже, кажется, побритый, при этом он почему-то вошёл с лоджии. Вроде как Карлсон…

Эти двое, он и наша хозяйка, несколько секунд разглядывали друг друга, а потом Денис сделал шаг вперед и чуть наклонил голову: Денис Якушев, ваш сосед.

Наша бабуся-ягуся протянула ему руку и сказала самым что ни наесть светским тоном:

— Очень, очень приятно, Елена Петровна Яблокова.

Денис Якушев поцеловал(!) яге Яблоковой руку и чуть ли не щёлкнул каблуками! Ну прямо сцена из сериала, только что тут делают две шкодливые дворняжки, которых только и осталось, что выкинуть вон за шкирку.

— Да, девушка, — хозяйка кивком указала на Люшку, — пришла ко мне тем же путем, что и вы.

Упомянутая девушка сосредоточенно смотрела прямо перед собой и, конечно же, жевала жвачку, а может быть, собственный язык. Я в свою очередь тупо смотрела на Люшку и только на неё, потому что вдруг подумала, что если не встречусь взглядом с Денисом, то он меня, может быть, и не узнает. Может быть. То есть я как бы Хома Брут, а он Вий, и главное сейчас на него не смотреть. Не смотреть!

Мой взгляд сам собой, совершенно независимо от моей воли, пополз вверх и наткнулся на взгляд Дениса. Так вот что чувствует несчастный кролик перед тем, как его сожрёт удав!

— А это младшая сестра девушки, — как мне показалось, не без яда пояснила мадам Яблокова. Эта садюга, судя по всему, начала получать удовольствие от ситуации.

— И что младшая сестра девушки здесь делает? — очень медленно спросил Денис.

Было ясно, что отвечать должна я, но если бы я и знала ответ, увы… Во мне всё умерло, издохло от ужаса, и голос тоже издох, был и нет его; поэтому я открыла рот и издала некий сипящий звук, сама не знаю зачем.

— Она немая, — охотно пояснила ставшая до ужаса любезной хозяйка.

— Неужели? — спросил Денис не понятно у кого.

Да что они все ко мне привязались? Это я что ли всё это затеяла? Я почти с ненавистью посмотрела на Люшку, и тут о ней, наконец, вспомнил и Денис.

— Ну раз ваша сестра немая, тогда может быть вы объясните, что происходит? Как вы оказались здась, ясно, а как вы попали в мою квартиру?

Люшка начала жевать еще ожесточенней и смотреть перед собой еще пристальнее, судя по всему, она решила разыграть сцену допроса юной партизанки.

— Елена Петровна, я, пожалуй, заберу… дам с собой и сам с ними разберусь, а к вам потом, если позволите, зайду. И прошу прощения за беспокойство…

Ну вот, кажется, пришла пора мне тряхнуть стариной, потому что я не собиралась никуда ни с кем идти и в чем-то там разбираться. Вот сейчас усядусь в прихожей на пол, и пусть кто-нибудь попробует сдвинуть меня с места. Но Денис поступил по-другому, он подошёл к балконной двери и сделал приглашающий жест — прошу!

— Можно и через входную дверь, — очень даже разумно подсказала ему мадам Яблокова.

— Ничего, как пришли, так пусть и уходят. Вперёд!

Он рявкнул в точности, как командуют служебным собакам, и Люшка, чуть ли не высунув язык, кинулась эту команду выполнять. Оставаться с ягой с глазу на глаз я не собиралась и обречённо потрусила следом. Возможно, я упаду с высоты вниз и разобьюсь.

Конечно, меня ожидало очередное унижение. Лоджии были смежными, их разделяли перила, Люшка препятствие почти перешагнула, а я… а мне оно было по пояс, и даже если как можно выше задрать ногу, то всё равно мне этот барьер не взять. Тут я вспомнила, во что одета: короткая юбчонка, футболка до пупа, да еще эти кретинские хвосты! Может, не уповать на случайность и кинуться с лоджии вниз головой специально? Только юбка задерётся мне на голову, и здесь всего лишь третий этаж — можно выжить и остаться калекой.

Я не успела обдумать эту идею как следует, потому что Денис схватил меня своими лапами, перекинул через перила точно куль и сам перешагнул следом. И еще в спину слегка подтолкнул, скотина.

У меня горело лицо и те места на теле, за которые он меня схватил. Всё, теперь я была на веки опозорена, и тёти с дядей у меня больше нет, потому что мне теперь точно откажут от дома. Или мне самой придётся отказаться. Ничего, сейчас мы с Люшкой с боями вырвемся из его квартиры, и я больше никогда его не увижу, потому что для начала убью подругу, а потом себя.

Однако Люшка никуда пробиваться не собиралась и с вызывающим видом уселась на диван. То есть она прямо таки неприлично уселась — откинулась на отведённые за спину руки и выставила напоказ свои голые ножищи, живот и всё остальное. Господи, а мне-то что делать? Никогда я не чувствовала себя такой жалкой и ничтожной, мне вот даже назло самой себе нечего было выставлять.

Денис, судя по всему, понял эту негодяйку правильно, хотя там и понимать было нечего. Он стащил с себя галстук, уселся напротив неё и, вытащив из пачки сигарету, закурил.

— Итак, как вы оказались в моей квартире? Не помню, что бы я вас приглашал, — сказал он и выпустил дым.

Нет, не так делают люди, когда хотят выразить свое презрение, не так. Ну зачем он отвернулся, надо было выпустить ей дым в лицо! Иначе вся эта сцена выходила не такой, как следовало. И он как-то курил… красиво, что ли. О чём я, дура, думаю?

— А я не по приглашению, в смысле я и не говорю, что вы меня звали. Я вообще по делу, — ответила Галошко и, ко всему прочему, закинула ногу на ногу. То есть теперь она сидела перед Денисом почти голая.

Отчего-то у меня в голове снова начался тихий звон, и снова захотелось умереть. Только не здесь и не сейчас, потому что эти двое даже внимания не обратят на мой никчемный жирненький трупик. Они были отгорожены от меня невидимым стеклом или находились в другом измерении, и мне туда дороги не было. Нет, Люшку убить не получится, потому что она для меня просто-напросто недосягаема, она превратилась в незнакомую женщину, с которой не мне было меряться силами. Наверное, я могу пройти мимо них и удалиться по-английски, не прощаясь, всё равно никто ничего не заметит.

Когда я медленно двинулась к выходу, Денис, даже не повернув головы, вдруг больно схватил меня за руку.

— Куда это ты собралась? Сидеть! — И хамски толкнул меня на диван рядом с Люшкой.

— Я тебе не собачка, не смей на меня орать! — заорала я.