Оливия Карент - Многоточие

Все молчали, а потом возбужденно загомонили:

— А что? Это интересно!

— Скинемся на часок приятной беседы с гейшей, господа?

— Давай, Алекс!

— Звони!

Тот пожал плечами.

— Рассчитывать мы можем только на везение! Я даже не знаю, работает ли она сегодня. Но попробовать можно.

Он снял трубку телефона и занялся переговорами. Остальные на все лады обсуждали и необычный рассказ, и свое решение увидеть незнакомку, так поразившую Алекса. Когда тот завершил разговор, все вопросительно посмотрели на него.

— Сегодня она не работает, — сообщил он и, заметив, как разочарованно вытянулись лица приятелей, добавил: — Но я все-таки решил эту проблему. Меньше, чем через час она будет здесь.

— Вот и отлично!

— Друзья, надо выпить!

— О, черт, какая ситуация!..

— Куда это нас понесло?

— Инициатива Алекса, значит и вся ответственность на нем!

— Алекс, я утоплю тебя в ванне, если эта твоя «гейша» окажется мыльным пузырем!

— А я уже уверен, что мы — жертвы рекламы!

Возбуждение нарастало по мере того, как приближался назначенный час.

Филипп усмехнулся, захватил бокал и бутылку вина, вышел на балкон и устроился в кресле, через открытую дверь наблюдая за происходящим в гостиной.

К его действиям отнеслись с пониманием. Филиппа могли узнать, а репутация Наследника Могущественной Семьи должна была оставаться безупречной.

Раздался телефонный звонок. Хозяин взял трубку. Вскоре он повернулся к присутствующим и коротко сообщил:

— Она здесь. Пойду встречу.

Он ушел. В комнате повисла напряженная тишина. Все пристально смотрели на дверь. Спустя короткое время она распахнулась. В гостиную шагнула женщина, остановилась и с мягкой полуулыбкой сказала:

— Здравствуйте.

Мужчины дружно встали при ее появлении и не менее дружно ответили. На их лицах отразилось явное разочарование. Воображение рисовало совершенно другую особу. А этой женщине было под тридцать. Большие очки в темной оправе с тонированными стеклами и черные короткие волосы, подстриженные «каре», с густой пышной челкой каким-то странным образом совершенно не сочетались с мягкой женственностью ее стройной фигуры, изящной грацией движений и мелодичным голосом. Цвет волос и очки гасили или специально скрывали ее привлекательность.

— Меня зовут Нина, — продолжила она. Когда мужчины один за другим представились, она плавным жестом указала на стоявшего позади высокого атлетичного мужчину, нижнюю часть лица которого закрывала маска, и пояснила: — А это — Ник. Мой телохранитель.

Тот слегка склонил голову.

— Пожалуйста, проходите, — пригласил хозяин. — Садитесь. Выпить чего-нибудь хотите?

Ник остался у дверей, а она подошла к креслу, удобно устроилась в нем и, улыбнувшись, согласилась:

— Да. Брют, если можно.

Филипп, до этого времени погруженные в собственные размышления, ошеломленно привстал, услышав эти слова. Он пропустил появление гостьи и теперь внимательно посмотрел на нее. Затем снова откинулся на спинку кресла и перевел дух.

«Черт-те что мерещится!!! — подумал он. — Какие-то сумасшедшие идеи приходят в голову! Тина и женщина по вызову! Как это возможно? Я окончательно свихнулся! ОКОНЧАТЕЛЬНО!!!»

Но когда она заговорила, Филипп вновь напрягся. Нет! Этот голос он не мог спутать ни с каким другим. Не мог! Или он забыл голос Тины?.. Конечно, он не видел ее девять лет и, вполне возможно, что… Да и женщина совсем не похожа на Тину! Совсем!!! Правда, она сидит, и трудно понять, какова ее фигура. И все же… этот голос… Любимый знакомый голос… Неужели бывают такие совпадения? А может быть, это — сестра Тины? Никому же ничего неизвестно о ее происхождении! Никто не знает, сколько детей было в ее семье. И все-таки… все-таки… Возможно, голоса могут быть похожи. Но интонации, манера, особенности речи… Такое совпадение исключено! Но тогда что же?..

Больше не отвлекаясь, Филипп внимательно прислушался к беседе, пристально наблюдая за происходящим в гостиной и за незнакомкой.

— Конечно, вам, Нина, трудно сразу запомнить наши имена. Но мы по ходу разговора будем повторно представляться, — ободряюще улыбнувшись, сказал Алекс.

— Нет, не надо. Я запомнила, — мягко произнесла она, бросив на него быстрый взгляд.

— А мы с вами уже встречались, — добавил он. — Но, возможно, вы меня не помните.

— Я не забыла нашу встречу, Алекс, — открыто улыбнулась она, повторно заглянув в его глаза. — И беседу нашу тоже помню.

— А вы, действительно, можете свободно говорить на любую тему? — вмешался в разговор один из мужчин.

— Постараюсь, — доброжелательно ответила она.

— А меня интересует вот что, — вдруг произнес тот из присутствующих, который сидел прямо напротив гостьи. — Во-первых, что это еще за профессия такая — беседовать и получать за это деньги? Во-вторых, в вашем возрасте, с вашими… заурядными внешними данными вы, действительно, считаете, что соответствуете той цене, которую вам платят? А в-третьих, лично мне кажется, что вы себя переоцениваете! — набменно и пренебрежительно завершил он.

— Фред, ты хамишь! Извинись! — потребовал хозяин дома.

Тот, кого назвали Фредом, пожал плечами и, скрывая иронию, ответил:

— Пожалуйста, я могу извиниться. Но, насколько помню, Нина подтвердила, что готова к обсуждению любой темы.

Он окинул сидящую перед ним женщину высокомерным взглядом.

— Я не отказываюсь от своих слов, — невозмутимо заговорила она. — Что ж! Если вы хотите обсудить именно эту тему — пожалуйста. Во-первых, насколько я понимаю, — скопировала Нина интонацию Фреда, — в вашем возрасте большинство людей без труда улавливают разницу между женщиной, которая работает в фирме по оказанию интимных услуг, и женщиной, которая делит с вами не постель, а ваше одиночество. Она обсудит волнующие вас проблемы, скрасит вашу скуку, развеет приятной беседой плохое настроение. Для этого не обязательна броская внешность молоденькой девушки-вамп, эротичный наряд и соблазнительный вид. Во-вторых, вас почему-то не удивляет, что вы платите за СЛОВО в том случае, когда оно напечатано в книге, журнале, газете. Платите писателю, журналисту. Вас не удивляет, когда вы платите за СЛОВО, произнесенное со сцены. Вряд ли вы имеете возможность оплатить все места в зрительном зале, чтобы в одиночестве наслаждаться спектаклем. А я в данном случае — актриса, которая играет свой спектакль под названием «Беседа» только для вас. Полагаю, вы согласитесь, что по своему желанию… и уж тем более, на тему, которая лично мне совершенно неинтересна!.. я никогда не стала бы проводить с вами время, разговаривать. Но ни писатели, ни актеры, ни журналисты не выбирают читателя и зрителя. Я тоже. Поэтому, как они, так и я, мы получаем за свой труд определенное денежное вознаграждение. А цену себе, уверяю вас, я знаю. Знаю абсолютно точно. Тем более, цена, как вы знаете, определяется спросом. Конкретно я им пользуюсь. Ну а в-третьих, поверьте на слово, во множестве случаев мне, немолодой и малопривлекательной женщине, предлагают сумасшедшие суммы за возможность продолжения со мной более близкого знакомства.