Няня по принуждению (СИ) - Шварц Анна

Я поднимаюсь со стула и кладу ладонь на макушку этому черту. А потом впечатываю его лицо в стол. Почти что легонько. Телефон отлетает в сторону. Кулек вскрикивает, как баба, поднимает лицо и трясущимися руками зажимает разбитый нос. Бледная, как рыбье брюхо, кожа, сразу становится красной от крови.

— Поговорим с тобой, Кулек, — произношу я, хрустнув кулаками, — теперь нормально поговорим. Попал ты, скотина, конкретно. А потом я тебе за “телку” кишки выпущу и на забор намотаю.

* * *

Рита

Я отбрасываю свой новый паспорт в сторону. Книжечка, соскользнув с сиденья, падает куда-то на пол, а я ее задумчиво провожаю взглядом. И смотрю потом в тонированное окно.

— Это Амир поручил меня отправить восвояси? — интересуюсь медленно я. Раздается скрип сиденья. Это Рустам перестал сверлить меня взглядом и сел обратно.

— Ты давай без допросов, Рита.

— Я просто спрашиваю. Можешь ответить? Что он тебе сказал?

Мне сложно ему поверить. Кажется, что это какая-то очередная ловушка — я уже каждого человека автоматически проверяю на вшивость. Если кто-то сливал информацию у Амира в доме, то какая гарантия, что этот Рустам, которого я вообще вижу впервые, тоже не предатель?

Он молча заводит машину, оставив вопрос повисшим в воздухе, а меня начинает трясти от страха и волнения. Если ему нечего скрывать, и его намерения чисты, то почему он не отвечает?

— Выбирай давай, Рита, или отвезу наугад. Могу на свою родину отвезти, там тебя не достанут точно. Даже на работу пристрою. Или замуж. Только там будешь белой вороной. Женщины у нас другие.

— Я все решила. Отвези меня домой к Амиру, — глухо произношу я, а Рустам хмыкает.

— Я по твоему лицу могу сказать, что не потянешь его, Рита. Вы из разных миров. Вот тебе реально лучше уехать. Предыдущая его баба была еще кое-как, но ты ни рыба ни мясо. Недостаточно покорная, и недостаточно отбитая, чтобы спеться с ним. Что ты будешь делать потом? Замуж Амир тебя не возьмёт, ты родня его бывшей жены. Она его предала. По-хорошему всю её семью ответить за это заставят. Тебя, наверное, нет. Пожалеет. Но это не значит, что с ним остаться тебе позволят.

— Да мне плевать, честно говоря. Мой племянник остался один. Я буду с ним до тех пор, пока Амира не отпустят. Ты говорил, что это недолго, — поднимаю я взгляд на Рустама, проглотив все его слова по поводу моего психологического портрета.

Я его вижу первый, и, надеюсь, последний раз в жизни. Какая я — его не должно касаться. И доказывать что-то не стану.

— Блин, — усмехается Рустам, — да, он там ненадолго. Но я думаю, что его люди смогут без тебя с сыном управиться.

— Я хочу помочь. Его сын уже привык ко мне, — пожимаю я плечами, украдкой глядя за окно. Рустам удаляется от центра города к окраинам. Паника захлестывает меня ледяными волнами, но я держусь, стараюсь не показывать свой страх этому человеку. Может быть, он отвлечется. Потеряет бдительность, продолжая спорить со мной, а я воспользуюсь каким-нибудь удобным моментом, чтобы сбежать. Не верю я ему. Вообще не верю.

— Настырная ты, — произносит внезапно он, — так протащилась по Амиру? Можешь не отвечать. Иначе бы бежала, сверкая пятками.

— А ты, я вижу, знаток женской психологии, — спокойно отвечаю я.

— Я был женат. Кое-что шарю в женщинах.

— Пф, — вырывается у меня, — вот именно, что был. Значит, не очень-то и шаришь, раз развелся.

— Я не разводился.

Я удивленно приподнимаю брови, а Рустам, бросив быстрый взгляд на меня в зеркало заднего вида, поясняет:

— Прикончила она сама себя. Как ее измена вскрылась. Понимала прекрасно, за кем замужем, и что ей за это может быть. Кстати, на тебя похожа была характером. Тоже никакая, обычный человек. За душой ничего особо нет, родня бедная. Так что подумай, Рита.

Я прикрываю глаза, сдерживая скептический хмык. Понятно, на что он намекает. Еще раз говорит, что Амира я не потяну, защитить меня не кому, и жизнь с ним — это билет в один конец. Никакого развода, как с Вовой. Нельзя будет поругаться и разойтись, как нормальные люди. Все, собственность мужа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мрак, а не жизнь, честно говоря. А если разлюбила? Если муж тебе не верен? Даже отомстить нельзя — убьет ведь. Точно золотая клетка, иначе назвать нельзя.

— Ты говорил пять минут назад, что Амир меня замуж не возьмет, — медлено произношу я, — теперь рассказываешь, как плохо быть замужем за ним. Определись.

— Да я просто твои розовые мечты разбиваю, Рита. Проясняю, чтобы даже не думала, — усмехается Рустам. Мы заворачиваем на окраине города на какую-то колею. Едем по бездорожью, и дно машины с шумом царапает трава. Я аккуратно тянусь к ручке и пытаюсь открыть ее. Больше шансов у меня не было — не выпрыгивать же на шоссе под колеса другой машины.

Но ручка не поддается.

— Не нервничай, Рита.

“Заткнись” — мелькает в голове, и я сжимаю кулаки, понимая, что этот гад спалил мои маневры. Машина тормозит на какой-то полянке, возле свалки. Впереди пригорок. Вокруг одни деревья. Мне становится трудно дышать. Страшно. Неужели со мной что-то плохое сделают? Добегалась. Дожилась с Амиром.

— Выходи, — произносит Рустам, а я вижу, как на пригорке появляется человек. Он медленно начинает спускаться к нам. Я нервно вдавливаю ногти в обивку сиденья, словно это сможет меня удержать. Остановить всё, что сейчас происходит.

— Не надо. Я не пойду, — вырывается у меня и я умоляюще смотрю на Рустама, — я же сказала, что меня надо отвезти к Амиру. Я просто хотя бы попрощаюсь с Тимой. На пять минут.

— Слушай, Рита, нахрена тебе это, скажи мне? Все равно с его сыном ты больше не увидишься, — Рустам смотрит на меня насмешливо через плечо, а меня начинает трясти, — а если Амир передумает тебя отпускать, когда ты вернешься? Жизнь нормальную упустишь. Мужиков обычных.

— Ничего страшного, — шепчу я, — смирюсь с этим. Отвези меня обратно.

— Уверена?

— Да, — я вскидываю голову, ухватившись за соломинку надежды. За его сомневающийся тон. Он правда может это сделать? Он не задумал ничего плохого? Господи…

— Доверяешь ему, что ли? Слушай, если не хочешь одной оставаться — могу с собой увезти. Жена мне не нужна, но ты вроде ничего. Можем немного отвлечь друг друга. Я тебя не обижу баблом, — хмыкает Рустам, а я округляю глаза. Шокированно.

— Ты с ума сошел?! Ты мне не нужен! Кто я, по-твоему?! — вскрикиваю я, а он какого-то черта ржет.

— Ладно, — внезапно произносит Рустам, отсмеявшись, — я сдаюсь. Убедила. Все, расслабься. Давай выходи из машины и веди себя спокойно и уверенно. Потом Оскар подарю за роль.

Мои брови взмывают высоко, потому что я ничерта не понимаю, а еще Рустам достает откуда-то пистолет. Кажется, у меня от такой жизни ломаются все инстинкты самосохранения, потому что от открывает дверь и выходит из машины, и я следом за ним. Пораженно, неуверенно, но выхожу.

К нам приближается невысокий человек восточной внешности, улыбаясь во все тридцать два белых зуба. Я осторожно подхожу к Рустаму и становлюсь рядом. Выдрессировали меня. Амир выдрессировал. В любой непонятной ситуации я делаю вид, что все идет как надо, и молчу. Бред какой-то.

— Рустам, брат, — разводит человек широко руки, — давно не виделись. Куда ее везти? — он кивает на меня, а я молчу. По-прежнему. Ветерок дует мне в лицо, отчего солнце кажется не таким горячим, и это единственное приятное в моей ситуации.

— Куда-нибудь, — хмыкает Рустам, — она еще не определилась.

— Да не вопрос. По дороге определится, — мужчина кажется веселым и довольным, как никогда. Меня же он напрягает. Есть в нем что-то странное. Глаза бегают, будто он что-то скрывает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я знаю, что у тебя это не вопрос. Смотри, чтобы на хвост по дороге не сели.

— Ты же меня знаешь… ни одна собака не прицепится. Гарантию даю. Пошли, — он смотрит на меня и кивает себе за плечо, — там моя машина стоит. По бездорожью проедемся немного.

Я делаю шаг, и в этот момент Рустам поднимает руку с пистолетом. Направляет его на голову этого человека и в тишине раздается оглушительный выстрел. Шокирующе неожиданно. Внезапно.