Джил Гаскойн - Ты в моей власти

«Боже мой, – мелькнуло у Розмари, – она же флиртует с ним. И выглядит совсем молоденькой».

Когда бокалы были наполнены, причем Бетти уверенно держала свой джин с тоником, Бен сказал, подняв бокал:

– По-моему, превосходный вечер – это тот, что проводишь с двумя прекрасными дамами.

Отпив глоток, Бетти вздохнула.

– Этот вкус возвращает меня в прошлое.

«Она хорошенькая, – думала Розмари, – ей просто нужно внимание».

Вечер принадлежал Бену. Он был очарователен, просто бесподобен, и к тому времени, как они повезли Бетти домой в машине (сама Розмари на заднем сиденье, а Бетти, укутанная и перетянутая ремнем безопасности, – на переднем, рядом с Беном), Розмари было ясно, что мать почти так же без ума от Бена, как и она сама.

– Ну что, как я тебе? – спросил Бен, когда, отвезя Бетти домой и проверив, нет ли в темном доме непрошеных гостей, снова сел за руль. («Я рада буду снова повидаться с вами, Бен, – сказала ее мать, подставляя для поцелуя порозовевшую щеку, с которой давно облетела вся пудра. – Мы чудесно провели время».)

– Ты был совершенно замечательным, – ответила Розмари. Они отъезжали от дома матери, а она в сумерках махала им на прощание рукой. – Ты просто гений, Бен. Она обожает тебя. Я никогда не видела ее такой.

– И мать, и дочь, здорово, да? Ну не ловкач ли я?

– Ловкач, ловкач. – Она поцеловала его руку, спокойно лежавшую на руле, пока они дожидались у светофора.

Он улыбнулся, довольный собой, и, когда они тронулись с места, протянул руку и коснулся Розмари.

– Потрогай меня, – сказал он. – Потрогай меня, Рози. Я уже готов для тебя.

Отяжелевшие от еды и вина, они быстро и жадно отдались друг другу, едва войдя в дом в Уимблдоне. Прислонившись к кухонной двери, притянув Розмари к себе, он был настойчив и требователен. Ее шелковые трусики полетели в сторону, голова откинулась назад, губы раскрылись навстречу его жаждущему языку.

– Я хочу тебя, хочу тебя, о Бен, я хочу тебя.

Он не произнес ни слова, все, как обычно, свершилось беззвучно, он не стал ждать ее и оставил разгоряченной и все еще жаждущей. Она тяжело дышала у него на груди, смеясь и плача, не открывая глаз.

– Я люблю, люблю тебя, – шептала Розмари, слезы текли по ее щекам.

Он подтянул ремень джинсов и взял ее за подбородок. Ее била дрожь, она едва держалась на ногах.

– Пойдем в постель, Рози, – сказал он. – День был долгий. Кажется, я мог бы проспать целую неделю.

К тому времени, как Розмари вышла из ванной, он спал и слегка посапывал. Когда она забралась в постель, Бен подвинулся.

– Погаси свет, – пробормотал он, не открывая глаз.

Розмари протянула руку и выключила ночник, стоявший с ее стороны кровати. Всю жизнь она любила читать перед сном. Но Бен терпеть не мог спать при свете, поэтому ей пришлось лежать, уставившись в потолок, следя, как лунный свет время от времени пробивается сквозь облака. Приподнятое настроение улетучилось. Она чувствовала себя одинокой. «Но это же глупо, – уговаривала она себя. – Так всегда бывает, когда с кем-то связан». Тем не менее ей не удалось уснуть до трех часов. Потом вдруг сразу настало утро, и, проснувшись, она услышала, как Бен, принимая душ, поет в ванной.

17

– И с этого вечера все стало по-другому, – говорила она потом Фрэнсис. Что-то сдвинулось в их отношениях – что-то, чему она даже не могла дать названия.

Бен собирался в город на машине и захватил с собой большую сумку.

– Надо кое-что сдать в чистку, – сказал он в ответ на вопросительный взгляд Розмари.

Она проводила его через заднюю дверь, чтобы не встречаться с Пат, которая прибирала гостиную.

– Ты вернешься к обеду? – спросила Розмари.

Он послал ей воздушный поцелуй и сердито сдвинул брови, потому что «метро» не желал заводиться.

– Не знаю, – прокричал он в ответ, перекрывая рев вдруг ожившего мотора. – Не жди меня, Рози. Пока. – И он уехал.

Она поговорила по телефону с матерью, которая позвонила, чтобы поблагодарить ее за вечер.

– Какой приятный молодой человек, – отозвалась Бетти о Бене.

– Я рада, что он тебе понравился.

– Но для тебя он, пожалуй, немного молод, как ты думаешь?

– Возможно.

– И потому не позволяй себе увлечься, Розмари. Иначе тебе придется сильно расстраиваться, когда он встретит кого-нибудь в возрасте Эллы. Но, конечно, ты можешь время от времени принимать приглашения пообедать. Это очень полезно – иметь молодых друзей.

– Да, ма.

После отъезда Бена у нее разболелась голова. Она позвонила Майклу и, как только он взял трубку, быстро проговорила:

– Нельзя ли отменить нашу встречу?

– Что-нибудь случилось? – спросил Майкл.

– Нет, просто у меня болит голова, и я боюсь, что это может кончиться мигренью. Поэтому вряд ли сейчас способна на деловой разговор.

– Но нам все равно надо встретиться на этой неделе. Если ты собираешься обсудить серию радиопередач.

Она закрыла глаза.

– Я позвоню тебе попозже. Мне надо пойти купить что-нибудь от мигрени.

– Розмари, постарайся связаться со мной до пяти, хорошо?

– Хорошо.

Когда она вернулась домой из аптеки, было уже больше двенадцати, и Пат ушла. Элла оставила сообщение на автоответчике: «Ма, можно мы с Джо приедем в конце недели? Я согласна даже на Бена».

«Потом позвоню», – решила Розмари и запила две таблетки стаканом воды, который захватила с собой в оранжерею. Июнь выдался дождливым, в воздухе стояла прохлада, обычная для английского лета. Ее знобило, и она пошла в дом, чтобы надеть жакет.

В гардеробе висело несколько пустых вешалок, оставшихся от вещей Бена. Она нахмурилась, сжала руками виски – пульсирующая боль в голове никак не унималась.

– Похоже, что он взял с собой почти всю одежду, – сообщила она Фрэнсис по телефону. Она убедила себя, что рюмка шерри ей не повредит, выпила и сразу же позвонила подруге.

– В химчистку? – предположила Фрэнсис.

– Он взял джинсы. Их не чистят. – Она мечтала о сигарете. – Он ушел, Фрэнни? Не знаю почему, но во всем этом мне видится что-то зловещее.

– Вряд ли. Я имею в виду вряд ли он ушел. – Фрэнсис замолчала, и Розмари услышала на другом конце провода хруст целлофана.

– Боже, как хочется курить, – пожаловалась Розмари.

– Радость моя, ты опять распадаешься на части. – В голосе Фрэнсис слышалась тревога.

– Извини.

– И перестань, пожалуйста, извиняться. Ты в последнее время только и знаешь, что извиняешься. Знаешь что, я заеду сегодня вечером. Вместе с Майклом.

Розмари быстро проговорила:

– Нет-нет, в этом нет необходимости. Я уверена, что он позвонит. Не понимаю, почему это так выбило меня из колеи. Что со мной происходит?