Елена Веснина - Большие перемены

— Да. Ты была права, бабушка!.. Я его ненавижу! Изумлению стариков не было предела.

— Маша, расскажи, что случилось? За что ты вдруг возненавидела Лешу? — спросила Зинаида.

Маша затрясла головой, словно отгоняя от себя страшное видение.

— Бабушка, я ни вспоминать, ни говорить об этом не хочу. И не могу.

Сан Саныч успокаивающе сказал:

— Маш, ты успокойся. Может, Леша и сделал что не так, но я уверен, что это не со зла.

— Вы ошибаетесь, — возразила Маша. Сан Саныч покачал головой:

— Быть этого не может. Лешку я с младенчества знаю, он парень надежный и не злой. Ты, Маша, ляг, поспи. А завтра, глядишь, все твои обиды забудутся.

Маша вспомнила только что виденную картину и твердо сказала:

— Нет. Об этом я не забуду никогда.

Сан Саныч хотел еще что-то сказать, но Зинаида его опередила:

"— Саня, ты бы сходил на чердак. Мне кажется, крыша у нас подтекает. Дождь прошел, и потолок весь мокрый.

— Да не протекает ничего. Я бы заметил, — удивленно посмотрел на нее Сан Саныч.

— А я говорю — посмотри. Нам с Машей поговорить нужно с глазу на глаз.

Сан Саныч тяжело вздохнул и вышел. Зинаида прижала всхлипывающую Машу к груди, потом укутала ее своей шалью.

— Давай-ка чаю попей. А то дрожишь вся. От обиды или из-за того, что промокла?

Маша сделала глоток чаю и снова расплакалась. Зинаида ласково спросила:

— Машенька, ну чем тебя Леша так обидел? Ударил он тебя или силу применил? Может, болит что-то?

Маша утвердительно кивнула, и Зинаида в ужасе воскликнула:

— Да ты что!

— Душа у меня болит, бабушка. Душа. Просто на кусочки разрывается.

— У вас… это… ты извини… было что-нибудь? — осторожно спросила Зинаида.

— Нет-нет, ты не так поняла.

— Так что же случилось? Из-за чего ты уже полчаса рыдаешь без остановки?

— Бабушка, для меня весь мир сегодня рухнул! Я больше никогда никому не смогу поверить!

— Ну, это ты напрасно, — заметила Зинаида, — с мужчинами нужно быть осторожнее — это так. А вот на весь мир обижаться грех.

— А поступить со мной так — не грех? — прошептала Маша. — Я пришла к Леше домой, а он там с Катей!

— С Буравиной? Не может быть! — не поверила Зинаида.

Маша боролась с рыданиями:

— Леша сказал, что приготовил мне сюрприз. Дверь была открыта, я вошла. А он лежит в кровати, и рядом — Катя! В его рубашке!

Зинаида в ужасе качала головой:

— Да что ж это такое-то, Господи! Как же так можно-то?

— Я так растерялась, что ничего даже сказать не могла. У меня просто земля из-под ног уплыла, — Маша снова расплакалась.

Зинаида обняла ее покрепче:

— Не плачь, девочка моя. Раз Лешка так поступает, не стоит он ни тебя, ни твоих слез!

— Но почему он так поступил со мной? Как будто лицом в грязь окунул!

— Странно все это. Он же знал, что ты придешь. Так почему с Катей улегся?

— Значит, он с ней тоже встречается, втайне от меня.

Зинаида покачала головой:

— Одно дело тайно, а другое — так. Если он захотел с ней встретиться, зачем в этом же месте назначать свидание тебе? Что-то здесь нечисто. Твой Леша вроде из ума не выжил, чтобы назначать свидание в одно и то же время двум девушкам. Маша всхлипнула:

— Не знаю, бабушка. Может, он ее и не приглашал, может, она случайно зашла. Но мне-то от этого не легче. Я собственными глазами видела, как они лежали в обнимку, в лепестках роз. Рядом — два бокала из-под вина. Идиллия!

— А ты, получается, эту идиллию нарушила. И что Лешка тебе сказал?

— Да ничего! Смотрел на меня так, как будто я — привидение. И что особенно обидно — он знал, что я вот-вот приду, и даже дверь не удосужился запереть! Сразу Катю в кровать потащил.

Зинаида, хорошо знающая женское коварство, предположила:

— Или она его.

— Да какая разница, кто кого? Если не устоял, значит, до сих пор ее забыть не может! — Маша была в отчаянии.

— Мне кажется, он душой-то к тебе привязан, — возразила Зинаида.

— А телом — к Кате. И что, ты предлагаешь нам его поделить? Нет, спасибо. Я в эти игры не играю, — Маша решительно направилась к себе в комнату.

Зинаида пошла за ней следом.

— Маша, это я во всем виновата. Хотела тебя остановить и не смогла. Настояла бы на своем — и не убивалась бы ты сейчас так.

— Вот и правильно, что не остановила. Хорошо, что я увидела это до свадьбы, а не после.

— Но ты же еще во всем не разобралась. Может, Леша и не виноват, а все дело в Кате.

— А тут и разбираться нечего. Я все видела своими глазами, — у Маши был действительно железный аргумент.

Зинаида грустно кивнула головой:

— Так-то оно так. Но, Маша, женщины есть разные. Так мужика закрутят, так ему голову задурят, что только держись! Соблазн — он велик!

Действительно, если женщина захочет, то любой мужчина хотя бы на мгновенье, но увлечется ею.

— Возможно, — согласилась Маша, — но это же от мужчины зависит, устоит он перед этим соблазном или нет. А Леша не устоял! Воспользовался.

— Не знаю я. Нет у меня полной уверенности, — с сомнением сказала Зинаида.

— А у меня есть. Извини, я не хочу об этом больше говорить. Можно, я побуду одна?

Зинаида с жалостью посмотрела на внучку.

— Конечно, Машенька. Только не плачь, пожалуйста! И так вон все глаза выплакала.

Маша вздохнула:

— Не буду, не беспокойся. Все, что могло, плохое со мной уже случилось.

Зинаида вышла, а Маша вытерла слезы, переоделась, взяла в руки морячка и поставила перед собой.

— Я не знаю, Леша, что ты должен мне сказать, чтобы я тебя простила. Никто и никогда не причинял мне такой боли, как ты.

Под моросящим дождем Катя подошла к ресторану. Туда же подъехала машина Самойлова, из которой вышел Костя. Их потянуло друг к другу, словно магнитом. Объятия были долгими и нежными.

— У меня сегодня был не самый удачный вечер, — призналась Катя.

— У меня тоже, — вздохнул Костя. Катя грустно улыбнулась:

— Не всегда получается так, как хочется.

— У меня тоже не всегда.

— Ну и ладно, — улыбнулась Катя, — это не повод остаться без ужина.

Костя подключился к ее немного наигранному веселью:

— Действительно. Идем?

За столом Катя старалась выглядеть спокойной, ела и наблюдала за Костей чуть насмешливо. На самом деле она очень нервничала.

— А где ты была? — спросил Костя.

— Костенька! — укоризненно заметила Катя. — Я же тебя не спрашиваю о твоих делах.

— Просто ты какая-то расстроенная, и меня это беспокоит, — объяснил свое любопытство Костя.

— Спасибо за заботу. Но ничего страшного не произошло. Ты должен знать, что у молодых женщин бывают разные поводы для расстройства. Плохой маникюр, например, или криворукая парикмахерша.