Алиса Логинова - Ненавистно любимый

  - Зеленый свет горит, Дан, - напомнила я ему, когда сзади нас уже засигналили другие водители. - И перестань выдумывать мне идиотские прозвища! Сам ты мусипусечка!

  - Решено - я буду называть тебя крокозяброй, - удовлетворенно кивнул он, сосредотачиваясь на дороге.

  - Кроко... Что?! Что за глупость?

  - Или крокозябра, или солнце, - пожал он плечами.

  - Почему бы просто не обращаться по имени?

  - Не-е-ет, - качнул он головой. - Так неинтересно.

  Фыркнула. Странный он все-таки. И я тоже становлюсь странной рядом с ним.

  - Так что, крокозябра или солнце?

  - Даже твое Ритуля звучало не так кошмарно, - пробормотала я.

  - Но тебе же не нравится, когда я называю тебя Ритулей.

  - Будто я в восторге, если буду кроко-как-ее-там!

  - Вот и я о том же, солнце, - просиял он. - Не будь такой кислой!

  Честно говоря, все эти прозвища вызывали у меня противоречивые чувства. Нет, все те, где упоминаются животные, особенно зайцы всякие или коты, - это просто кошмар, но остальные... Я даже на самом деле не особо против "солнца", но меня все же напрягает обращение к друг другу не по имени. Будто не помнишь его.

  Когда мы доехали, я вдруг поняла, что так и не спросила главного. Вчерашние слова папы беспокоили меня, и я хотела выяснить, прав ли он. Неужели Дан устроил эту суматоху с нашим браком, просто потому что побоялся, будто я выскочу замуж за Андрея?

  Но спросить шанса у меня уже не было. Какой-то задней мыслью вспомнила, что сегодня вторник, а значит... Сегодня Грету забираю я. То есть еще не все потеряно, я обязательно узнаю ответ. Не сейчас, чуть позже, но... я подожду.

  Наше совместное появление уже не было фееричным, но я все еще чувствовала, как сотни пар глаз наблюдают за нами. Не то, чтобы меня это напрягало, я просто не понимала, зачем им это надо? Что интересного в пристальном наблюдении жизни совершенно постороннего тебе человека?

  Кира выглядела подавленной, хотя и старалась не показать этого. Чертов Андрей! если бы он только с самого начала обо всем подумал!.. Мне очень хотелось облегчить ее страдания, но что я могла сделать? Разве от меня прямо сейчас что-то зависело?

  Любовь... Сложная штукенция она, наверное. Глядя на Киру я даже с облегчением принимала тот факт, что никогда не была толком влюблена. Любовь приносит боль, разве нет? Но в то же время, если только вспомнить ее счастливый смех и то, какой оживленной она становилась рядом с Андреем... Страдания - только одна сторона медали. А вторая - это счастье. Счастье любить и быть любимой. Счастье, сладкий вкус которого я так и не узнала.

  И смогу ли узнать хоть когда-нибудь?

  Взглянула на Дана, который в этот момент сосредоточенно записывал что-то. Каков шанс того, что мы сможем полюбить друг друга? Я никогда не верила в эти глупые любовные романы, где герои обязательно оказываются счастливыми, а ненависть непременно превращается в любовь. Утопия. Это все слишком невероятно, чтобы быть правдой. На то это и есть придуманный мир. Мир, где все возможно. Мир, который может дать совершенно напрасные надежды. Мир, из-за которого все девушки ищут принца на белом коне. Но нет его! Нет принца! И никогда не было. Зато есть сравнительно жестокая реальность, где нужно сильно постараться, чтобы в итоге оказаться счастливой.

  Но ведь Дан мне не неприятен. Уже хорошо, разве нет? А остальное... Безумно хотелось и остального. Пусть я и не верю в сказку наяву, но надежда все равно никуда не делась. И где-то внутри меня есть маленькая девочка, которая в каждом парне ищет своего идеала, свою любовь.

  Посмотрела на свое кольцо. Подумать только - мне ведь всего лишь двадцать, а я уже замужем! Скажи мне кто-нибудь подобное всего полгода назад, я бы от всей души посмеялась над этим человеком. В мои планы на жизнь совершенно не входило раннее замужество. Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Расположил, ага.

  А ведь в будущем у меня должна быть настоящая семья! И у меня будут дети. Дети Даниила. Что поделаешь, от него мне, похоже, уже не избавиться.

  Попробовала представить себе этих самых детей. Не вышло. В голову лез лишь образ грустного маленького мальчика с пронзительно зелеными глазами. Странно, но в детстве его глаза были более яркими. Или, может, я была слишком впечатлительной. Тем не менее, воображение отказывалось работать, а маленький Даниил не уходил из моих мыслей. Какой была бы моя жизнь, если я не встретила его?

  Я знала ответ, и знала его всегда. Скучной. Моя жизнь была бы не такой интересной как сейчас. Да, я была бы самой лучшей, но во мне не было бы азарта и желания доказать свое превосходство. И, возможно, я не стала бы такой, какая я есть сейчас.

  В очередной раз скосила глаза на Даниила и поняла, что он смотрит на меня. Легкая улыбка коснулась его губ, и я не смогла не улыбнуться в ответ. Странно, но я чувствовала себя в безопасности, когда я рядом с ним. И я точно знала, что он никогда не обидит меня. По крайней мере, специально.

  С усилием повернулась к окну. Так пялиться на человека - это странно и очень подозрительно. Особенно для меня.

  Некстати вспомнились слова Киры. Неужели она права, и я... Нет, это не может быть правдой! Не может, не может...

  Какой-то внутренний голос, не уставая, продолжал твердить:

   "Человек предполагает, а Бог располагает."

  И лишь теперь я знаю, что это абсолютная правда.

  - Ну и почему ты отказалась зайти в кафе? Нам все равно ждать твою сестренку.

  - Я же говорила, что ты будешь жаловаться. Не надо было лишать меня автомобиля.

  - Я не жалуюсь. Я беспокоюсь за тебя. Неужели ты совсем не голодна?

  - Голодна, - признала я некоторое время спустя.

  - И в чем был смысл отказываться поесть?

  - Не знаю, - я пожала плечами. - Тогда вроде не хотелось.

  - Не знает она, - проворчал Даниил, заводя машину. - Только не надо сейчас говорить, что ты никуда не пойдешь. Пойдешь как миленькая.

  Я промолчала. Но ведь действительно не хотелось же! А теперь, когда я задумалась над этим, голод показал себя. Тем временем он уже успел припарковаться около какого-то ресторанчика.

  - Если скажешь, что снова расхотелось, я на руках тебя понесу и заставлю съесть огромную тарелку борща.

  - Почему именно борща? - поинтересовалась я удивленно, закрывая дверь машины за собой.

  - Помнится, ты не любишь борщ.