Секретная невеста - Катарина Маура

же органы управления, что и у тебя. В первый раз я сам поведу, хорошо? Просто расслабься. Этот рычаг и педаль помогут удерживать планер прямо, а я прослежу, чтобы крылья оставались на одном уровне. Доверишься мне, милая?

Я киваю, и в следующее мгновение нас резко срывает с места. Я вскрикиваю, и хотя была уверена, что мы вот-вот врежемся в механизм, который нас тянет, через секунду мы уже в воздухе.

Я издаю удивленный вздох — скорость просто ошеломляет, нос самолета почти вертикально устремляется в небо. Это одновременно пугающе, захватывающе и невероятно.

— Я увеличиваю давление, так что сейчас мы выровняемся, — говорит Лекс.

Я ахаю, когда мы плавно переходим в горизонтальный полет. Он удивительно ровный, а я ощущаю себя невесомой.

— Вау.

Лекс тихо смеется:

— Я знал, что тебе это понравится так же, как и мне. Полеты — это единственное, что всегда было только моим. Единственная вещь, которая могла сделать день лучше, даже самый тяжелый. Они помогли мне пережить непростые времена, и я не думал, что когда-нибудь захочу разделить это с кем-то. Но с тобой… С тобой я хочу сделать это чем-то нашим. Надеюсь, тебе понравится сегодняшний день, милая. И прости, что заставил тебя так долго ждать нашего первого свидания.

— Это не наше первое свидание, — возражаю я, наблюдая за облаками и пейзажем внизу. — На первом мы танцевали в твоем пентхаусе, выпили слишком много вина и сыграли слишком много раундов в правду или вызов. Я бы ни за что не променяла тот вечер.

Несмотря на то, что он тогда многое от меня скрывал, я не хотела бы, чтобы наше знакомство началось иначе.

Лекс наклоняется вперед и целует мое плечо, а затем плавно разворачивает самолет и идет на посадку — гораздо мягче, чем я ожидала.

— Твой черед, моя маленькая фея, — говорит он, когда мы останавливаемся. — Теперь ты поведешь нас к месту нашего свидания.

Я удивленно оборачиваюсь:

— Подожди… Я думала, это и есть свидание.

Это, без сомнения, самое уникальное и потрясающее, что я когда-либо переживала. Разве может быть что-то лучше?

Лекс смеется, пока его команда проверяет планер и снова крепит трос.

— Нет, — говорит он, протягивая мне руку. — Это только первая часть. Готова?

— Не уверена, — честно отвечаю я.

— Я прямо за тобой, Райя. Поднимись в небо, милая, и поверь: если ты оступишься, я тебя подхвачу.

— Ладно, — шепчу я. — Ладно… Я смогу.

Лекс подает сигнал, и через мгновение мы снова устремляемся вперед.

Он комментирует каждое мое движение, и первую минуту я слышу только его голос.

— Давление, — напоминает он, и я наблюдаю, как изменение давления плавно выводит нас в горизонтальное положение, позволяя планеру скользить по воздушным потокам.

— Видишь? — в его голосе звучит гордость. — Вот она, моя девочка. Моя умница-жена.

— О боже, — шепчу я в потрясении. — Я лечу.

— Ты летишь, — с улыбкой подтверждает он. — Это ты делаешь.

Я смеюсь, ощущая чистый выброс адреналина, и Лекс смеется вместе со мной. Теперь я понимаю. Я понимаю, почему он так улыбается, когда летает. Я никогда не чувствовала ничего подобного.

Я никогда не чувствовала себя такой свободной.

— Я буду направлять нас к месту назначения, но сажать планер будешь ты. Не переживай, Райя. Взлетная полоса очень длинная и ровная, так что все пройдет гладко.

Я киваю и откидываюсь назад, держа руку на рычаге управления, а ноги — на педалях. Не могу поверить, как просто это оказалось. Как захватывающе.

— Спасибо, — говорю я, а мое сердце замирает от восторга. — Я просто знаю, что этот момент останется со мной на всю жизнь, и мне нравится, что в первый раз я испытала это именно с тобой.

Я не уверена, осознавал ли он, насколько меня беспокоило, что мы почти никогда не бываем наедине, что за нами всегда следуют охранники. Он думает, что я этого не замечаю, но мне всегда бросаются в глаза два автомобиля, едущие неподалеку. Но сегодня… Сегодня все иначе. Сегодня кажется, что мы действительно только вдвоем. И я ценю это больше, чем могу выразить словами.

— Видишь тот курорт внизу? Мы начнем снижаться к нему. Когда подлетим ближе, ты увидишь взлетную полосу. На ней есть разметка, которая поможет тебе сориентироваться, но моя рука на управлении, если тебе понадобится помощь.

— Мы летим на курорт? — ахаю я, когда приближаемся. Он прекрасен — пальмы, песчаный пляж, просторные виллы, словно сошедшие с рекламных открыток. — Ты научил меня летать, чтобы я смогла приземлиться в буквальном раю?

— Я научил тебя летать, потому что хочу разделить с тобой все, что люблю. Долгое время полеты были для меня самым важным в жизни.

«Были». Прошедшее время.

— А что ты любишь больше всего сейчас?

Он молчит.

— Держи ровный курс, милая, — наконец говорит он. — Не заходи под слишком острым углом. Опускайся плавно и медленно, так, чтобы ты почти не заметила момента касания земли, пока это не произойдет.

Я следую его указаниям, ирония происходящего не ускользает от меня. Ведь он поступил точно так же со мной. Заставил влюбляться в него так медленно, что я даже не осознала, когда это случилось.

Я просто надеюсь, что он сдержит свое слово и поймает меня. Потому что теперь я это вижу…

Я падаю в свободном полете.

Глава 39

Лекс

Глаза моей жены сияют от восторга, пока сотрудники Windsor Hotels спешат помочь нам выбраться из планера, заранее подготовившись к нашему прибытию. Как только мы оба оказываемся на твердой земле, Райя поворачивается ко мне и заключает в самые крепкие объятия, которые только дарила мне.

— Это было идеально. Ты идеален, Лекс. Боже, я наслаждалась каждым мгновением полета.

Мое сердце пропускает удар, когда я обнимаю ее в ответ, прижимая губы к ее виску. Она такая чертовски драгоценная, и, черт возьми, я просто не могу не хотеть отдать ей весь мир.

— Все для тебя, милая, — шепчу я, подхватывая ее на руки, одной рукой поддерживая за колени, другой обнимая за спину.

Она тихо ахает, кладя голову мне на грудь.

— Думаю, тебе понравится наш номер. Это один из лучших отелей Зейна и Селесты. Он меньше остальных, гораздо более уединенный, но ничуть не менее роскошный.