Ты моя проблема - Милана Стоун

по полочкам, остудить чувства, а только потом вести диалог.

Я не останавливаюсь, а наоборот, стараюсь ускользнуть, но между вторым и третьим этажами меня все же нагоняет Бесов, дергает за руку, чтобы я остановилась.

Видимо, разговора мне не избежать.

Медленно поворачиваюсь к нему и осознание того, что мне очень тяжело смотреть на его идеально красивое, но наглое лицо, прошибает насквозь.

– Я тебе что, маленький мальчик, чтобы бегать за тобой? Почему просто нельзя вести себя по-взрослому?

– Что? – спрашиваю в непонимании.

Губы пересохли, во рту, как в пустыне, и я снова тяжело сглатываю, но не отвожу от него взгляда.

Пусть видит, что сделал мне больно. Обманул! Он не говорил о девушке.

Да как он смел так со мной поступать?

Сама виновата, не стоило его так близко к себе подпускать. Обожглась. Жалею.

– Я не мог тебя найти. Хотел поговорить с тобой.

Не о чем говорить. Я все прекрасно видела и услышала достаточно, даже больше, чем мне хотелось.

– Я хочу уехать, – отвечаю я и обратно отдергиваю свою руку, потому что его прикосновения заставляют меня чувствовать себя важной для него.

Я резко разворачиваюсь, щипаю себя за ногу и иду дальше по лестнице.

Парень ровняется со мной, только уже не дёргает, а как ни в чем не бывало, берет меня за руку и скрепляет наши пальцы.

Я опускаю взгляд и смотрю на эту картину. Сейчас мы, как настоящая пара, но минуту назад он обнимался с другой. Со своей невестой. От этой мысли мне становится ещё хуже, чем раньше. Мой организм отторгает эту информацию.

– Отлично, мне тоже здесь не нравится, мы могли бы пойти в кафе или…

– Нет, Ярослав, я поеду одна, – вырываю руку, – а ты иди к своей девушке.

Мы останавливаемся и становимся друг напротив друга, сбоку от нас столы, но мы достаточно далеко, чтобы кто-то смог подслушать наш разговор.

– Ты это сейчас о Соньке говоришь? Ты видела меня с ней?

Он даже не стал отрицать. Но по моему взгляду все понял и грязно выругался, нервно потрепав волосы.

Ему очень идёт растрепанная причёска, особенно с этим костюмом и чёрной рубашкой. Он нереальный, таких, как он, больше нет. И сейчас стоит здесь и нервничает, думая, что я спалила его с другой. Финита ля комедия.

Горько ухмыляюсь, стараясь держать эмоции под контролем, хотя чувствую как подергивается край губы.

Я не буду плакать при нем, не дождётся. Я не настолько слабая.

– Видимо, о ней, – выплевываю.

Яр снова ругается, так громко, что на нас обращаются взгляды от рядом стоящего стола, но парень словно этого не замечает, он и не собирается прерываться и прекращать выяснять отношения.

– Ян, она мне не девушка. Я не знал, что ей взбредёт в голову неожиданно приехать, но я уже отправил ее домой, Соня нам не помешает.

Как же это смешно звучит. И смешно, и грустно. Не помешает.

Не девушка, правильно, а невеста, это же совершенно другое. Я не такая наивная дурочка, как он может подумать, и понимаю, что пока у них достаточно свободные, ни к чему не обязывающие отношения, потому что их временно разделяет расстояние, но это не отменяет того, что она к нему приехала и требует к себе внимания. Она здесь, а он, судя по тому, что обнял ее в ответ, совсем не расстроен ее приездом, а как раз наоборот. Это же очевидно.

– Домой… – говорю хриплым голосом. Прокашливаюсь. – К себе?

Яр морщится, явно не хочет отвечать на такие компрометирующие вопросы, но лучше будет больно сейчас, а не тогда, когда я буду по уши влюблена.

– Пришлось, она друг семьи и я не мог ее отшить, не мог оставить ее в отеле. Мой дед, он сам все решает, это его дом, – пытается он вывернуться, это можно понять по бегающим глазам. – Ян, детка, послушай, она уедет в ближайшие дни и мы с тобой…

У меня второй раз за это время звенит в ушах, а ноги вновь подкашиваются, поэтому я нахожу первый попавшийся стул и усаживаюсь на него, чтобы не потерять сознание. На лбу проступает пот.

– И ты, ты тоже уедешь к ней, – шепчу сухими губами.

– Что? Тебе плохо? – мельтешит Бесов рядом. – Говори громче.

Начинаю часто дышать, мне кажется, что проходит какое-то время, пока я поднимаю на него взгляд и восстанавливаю дыхание. Головокружение проходит и я снова могу разумно мыслить.

Я уже знаю, что именно ответить этому обманщику. Он врет и я буду делать то же самое, тем самым смогу обезопасить себя. Я делаю то, что должна.

– Я говорю, что Сашка предложил мне быть вместе и я согласилась, у меня к нему сильные чувства, а то, что у нас было с тобой, я хочу забыть.

Произношу все на одном дыхании. Смотрю на то, как меняется выражение его лица, как из виноватого оно переходит в злое, появляется оскал, который настораживает и немного пугает, заставляя прикусить щеку до стального привкуса во рту. Но вот только успокоится это никак не помогает, я должна быть холодной, не должна ему верить.

– Ты врешь, – говорит он гулко. – Я тебе не позволю. Слышишь? – усаживается рядом на корточки так, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Как ты можешь меня кинуть после того, что у нас было? Ты понимаешь, что ты говоришь?

Его близость кружит голову, сводит меня с ума, я не могу контролировать этот процесс, сейчас я его ненавижу, но в то же время очень хочу, чтобы он меня поцеловал, чтобы обнял так, чтобы кости затрещали, чтобы переубедил в том, что у него есть невеста. Но когда он наклоняется ближе, видимо, прочитав мое желание по глазам, то я кладу руку ему на грудь и отталкиваю от себя.

– Просто отстань от меня, Бесов. Я люблю другого. И не хочу больше с тобой общаться.

Выговорить это было невероятно тяжело, но еще тяжелее видеть отвращение