Ребенок от мажора - Мария Манич

– МАМА! ПАПА! – раздаётся плаксивое с заднего сиденья.

– Боже…

– Привыкай, – хлопаю Волкова по коленке и оборачиваюсь к дочери, которая сонно трëт глазки кулачками.

21.Глава

В квартире мне непривычно. Во-первых, она очень большая, просторная и светлая, по сравнению с домом бабушки, в котором я жила последние несколько лет. Во-вторых, тут очень мало моих личных вещей. Дедушка привёз несколько сумок, но я собирала их не сама, поэтому многого нет. В-третьих, видно, что до нас тут никто не жил и бывали разве что рабочие. Вся мебель, которой здесь немного, совсем новая и никем не тронутая.

Зато дочь чувствует себя как дома. Бегает по комнатам, распахивая двери, пока не добирается до детской. На пороге своей комнаты, стены которой выкрашены в белый и розовый цвета, замирает, тихо пискнув. В нерешительности оглядывается на нас с Ником и на цыпочках заходит внутрь. Там, кроме кроватки и комода под вещи, стоит несколько коробок с игрушками.

– Ты её балуешь, – говорю хрипло, ощущая движения за своей спиной.

– Имею право, ты против?

– У всего должна быть мера. Такими темпами она избалуется и перестанет удивляться и радоваться подаркам. А ещё станет капризной и неуправляемой.

– Не могу остановиться скупать детские штуки, как представлю её улыбающееся лицо. Так всё…

Тихо смеюсь, качая головой, не могу оторвать взгляда от довольной Алиски, сующей голову во все по очереди коробки и ящики.

И это моя жизнь? Вот так просто? Можно вдруг стать самой счастливой? Без всяких подвохов и испытаний судьбы?

Не могу в это поверить.

И с каждым вдохом жду какой-нибудь подставы.

– Где моя кровать? Я думала, буду спать вместе с дочерью. Не привезли ещё? – произношу, оглядывая комнату.

Она такая простая, светлая, уютная. Настоящая детская для маленькой принцессы. Никита правда подготовился. Решил всё за нас двоих и сделал первый отчаянный шаг к нашему совместному будущему.

– Не-а.

Никита подходит вплотную и слегка дует на мою шею. Голая кожа тут же покрывается стайкой мурашек. Он специально меня провоцирует, проверяет границы дозволенного. Несколько минут назад мы решили, что теперь он и я вместе. И ему теперь можно меня по-хозяйски трогать. Этого мы не решали, это он решил сам, видимо, только что. Поэтому кладёт руки на мои бёдра и притягивает к своим.

С губ срывается судорожный вдох.

Пока Алиска разглядывает новые игрушки, осторожно копается в коробках, словно боится, что у неё могут отобрать это богатство, её папаша наглым образом лапает меня.

– Твоей кровати в этой комнате не будет. Может, купим какую-нибудь софу или кресло, но спать ты здесь не будешь, – шёпотом говорит Никита и, оттянув ворот моей футболки, прижимается к голой коже губами.

Всё его поведение: слова, тяжёлое дыхание, движения губами и руками – говорит мне о том, чего именно он хочет в данный момент.

А я трушу и теряюсь, не зная, как реагировать. Может, потому, что в моей жизни был всего один мужчина, и он сейчас стоит прямо за мной, оставляя влажные дорожки поцелуев горячими губами. Или, может быть, потому, что я не привыкла ставить свою личную жизнь на первый план. Сначала Алиска, а потом всё остальное. Или я просто не готова переводить наши отношения на этот уровень. Мы только начали сближаться, времени прошло мало, и я боюсь, что быстрая близость только всё испортит. Прошлый раз после нашего первого секса всё пошло не так, как я себе представляла. Возможно, я элементарно боюсь повторения той ситуации, жду подвоха… Ну не может всё быть так идеально. Только не у нас.

– Ник… не надо, не тут… Алиса..

Слышу тяжёлый вздох и ласки прекращаются. Никита обнимает меня за плечи, утыкаясь носом мне в шею. Легонько целует, но уже без напора и страсти.

– Я понимаю. Сложно, но я тебя понимаю. Всё будет, когда ты тоже будешь готова. А пока я посплю на диване. Оставлю в твоем полном распоряжении кровать в нашей комнате. Ну, только подушку дашь, ладно?

Он усмехается, шевеля своим дыханием мои волосы, и я расслабляюсь в его руках.

– Спасибо, – произношу с благодарностью, целуя костяшки его пальцев.

Замечаю на них уже почти зажившие раны. Видела их ещё в больнице, но там было не до того, поэтому спрашиваю сейчас:

– Ты подрался? С кем?

Помедлив секунду, Ник отвечает:

– Чернов давно нарывался.

Оборачиваюсь к нему и, обняв за шею, трусь носом о его колючую щеку.

– И за это спасибо…

– В универе, если окажется рядом с тобой, просто набери мне. Вдруг он не понял, придется разъяснить ещё.

Улыбаюсь как дурочка и оставляю быстрый поцелуй на его скуле. Пока не вспоминаю самое главное! За всей этой сказкой в розовом цвете я элементарно забыла об обычной серости будней.

Работа. Учёба. Ребёнок.

– Стоп-стоп, Ник. Это, конечно, всё супер, а с кем будет Алиса, пока мы будем учиться? В сад ей ещё рано. В деревне за ней бабушка присматривала, – спрашиваю взволнованно.

Возить туда-сюда дочь каждый день не вариант, как и возить туда-сюда бабушку. Придётся мне выбирать между работой, учёбой и ребёнком. Перевестись на заочку? Там и оплата обучения дешевле и времени занимает меньше. А то, что мечта была учиться очно… ну вот, немного получилось. Никиту зато встретила.

– Что-нибудь придумаем, Кнопка. Няню наймëм или ещё какую бейби-ситтер найдем.

Настроение немного падает, когда я думаю о том, что Алиску придется оставить с незнакомой женщиной. Да и где ещё искать эту няню? И на неё нужны деньги, а это значит… мысли опять возвращаются к работе. Нет, Никита, конечно, скажет, что возьмет все финансовые вопросы на себя, но я так тоже не могу. Или не хочу.

Не знаю.

Всё сложно, хотя кажется, что ответ лежит на поверхности. Но я кручу нашу ситуацию по-разному и пока не понимаю, как сделать так, чтобы все были довольны и могли