Рейчел Джонсон - Ноттинг-Хелл

— Да, тебе лучше поторопиться, милая. Нам ведь не нужно merde[77] на танцполе, правда? — Патрик начал напевать. — Merde на танцполе может испортить весь праздник, ха-ха!

Я засмеялась, но не слишком громко, чтобы продемонстрировать, что плохо отношусь к грязи от собак, но не к самим собакам. Когда мы только что переехали, главные стычки происходили между родителями младенцев и еще более непримиримыми владельцами собак, и так как у меня не было ни тех, ни других, мне пришлось научиться ладить и с теми, и с другими.

Мы смотрели, как Летиция (Летифия, Тици) неуверенно скрылась под навесом.

— Итак, Клэр, просвети меня по поводу ситуации с продолжением рода, — попросил Патрик.

Я заметила, что в то время как английские мужья неизменно используют слово «ситуация», когда их интересует последняя информация о любом деле, которое находится под ответственностью жены, американцы используют слово «статус».

Маргарита отвечает за ситуацию с репетиторами, домашними заданиями, Итоном; Мими занимается более прозаичной ситуацией с мышами и прогнившими балками. В то же время Боб интересуется, к примеру: «Каков статус подготовки к рождественским каникулам на Карибах?» И сейчас у меня спрашивают о ситуации с продолжением рода, как будто Гидеон тут совсем ни при чем. Впрочем, муж полностью разделяет это мнение.

Патрик посмотрел на меня и откинул волосы с влажного лба. Было жарко и душно, в воздухе царило напряжение, и вокруг уже носились возбужденные дети, стреляя из рогаток, громко крича, бегая друг за другом, с нетерпением ожидая, когда же начнется праздник.

Я заметила, что Патрик изменился. Интересно, чем вызвано его добродушие — возможностью провести день с детьми, в то время как Маргарита немного ему уступила, или он просто развлекается как может с молодой любовницей в холостяцкой квартире? Я коротко отрапортовала, что на фронте деторождения без перемен.

— Думаю, ты неплохо справляешься, старушка, — ответил он. — Я хочу сказать, вы же купили дом, потому что думали, что скоро услышите топот маленьких ножек, так что ты неплохо справляешься, — с силой повторил он, — и лично я очень рад, что ты в общественном комитете.

Он смотрел на меня искренними темными глазами, как Калипсо смотрит на Ральфа, и я поняла, что он вовсе не плейбой, а человек, который слишком долго оставался для Маргариты на втором плане после ее диетолога, терапевта, дизайнера интерьеров, инструктора по йоге и, конечно же, детей.

Я решила не портить момент упоминанием о гараже, и протянула ему красно-бело-голубой флажок, оставшийся с 2002 года.

— Очень мило с твоей стороны, — сказала я, оглядываясь в поисках Александра. Вместо того чтобы вбивать колышки вдоль трассы, он улизнул, так что флажки привязывать было не к чему.

Патрик протянул флажок обратно.

— Послушай! — У меня родилась мысль. — Я пойду к Бобу Эйвери и вытащу его помочь нам вкопать колышки по обе стороны от трассы. Это работа для двоих мужчин. В любом случае остальные должны присоединиться. Ты не обязан все делать сам. Почему бы Бобу не помочь? Потом я привяжу флажки.

— Не беспокойся, — автоматически ответил он, — если я сам не справлюсь, то позову этого лентяя, Ральфа Флеминга.

Стоило ему упомянуть имя Ральфа, как я споткнулась о колышек. Патрик по-джентльменски протянул мне руку, и я опять обрела равновесие.

— Ладно, я сначала схожу за Бобом, и если мне не повезет, то приведу Ральфа, — беспечно ответила я. — Он только вчера вернулся из Кыргызстана. Так что сначала я попытаюсь привести Боба, а потом схожу за Ральфом, — твердо повторила я. Я подождала, не станет ли Патрик опять возражать, но он промолчал.

Я оставила флажки на траве у дома Эйвери и вошла в их сад, не преминув пройти мимо гаража. Все еще недоставало крыши. Первое, что я заметила, — это новый мангал для барбекю размером с машину на дорожке возле кухни.

Не было видно ни Салли, ни детей. Полагаю, она отправила их на утреннее занятие по альпинизму или выбрала еще более энергичное времяпрепровождение, пока у нее тренировка по кикбоксингу.

Боб был на кухне, читал «Уолл-стрит джорнал» с серебристой термокружкой кофе в руке. Я вежливо задержалась у сверкающих стеклянных дверей, ожидая, когда он жестом позволит мне войти. Ненавижу заглядывать в дома через двери, можно подумать, что я шпионю.

Я подумала, что не была у Эйвери с той самой суши-вечеринки в марте, когда началась вся история у Патрика с любовницей и у Боба с Вирджинией.

Сегодня на длинном узком столе в центре комнаты лежали школьные сумки детей, книги, приглашения и тетрадки с домашней работой, а на скамье переплетались провода мобильных телефонов, мини-ай-поды сахарно-миндального цвета, очки для плавания, резинки для волос и бейсбольные перчатки.

— Привет, Клэр, — сказал Боб, открывая огромную стеклянную дверь, отделявшую кухню от сада. — Чем могу помочь?

В этом все американцы. Они помнят твое имя, но не утруждают себя светской беседой. Если у Гидеона деловой обед, он приступает к делу, только когда подадут кофе. Американцы начинают деловые разговоры за закуской.

— Мне нравится твой мангал, — сказала я. Это была неправда. На самом деле я подумала, зачем Салли платит мне за дизайн сада, если весь эффект портит огромный стальной агрегат посередине?

Боб ухмыльнулся и подошел к мангалу.

— О да, — сказал он, поглаживая крышку из нержавеющей стали. — Три штуки баксов, не считая налогов и доставки.

Еще одна характерная особенность американцев. Они не стесняются говорить о деньгах.

— Где Грэйдон и Тоби? — продолжила я. Не имея собственных детей, я, как ни удивительно, с легкостью запоминала не только имена чужих малюток, но и их питомцев. Я и вправду говорила Салли, чтобы она убрала клетки с газона весной, но на кухне кроликов тоже не было видно.

— Длинная история, — засмеялся Боб. — Тоби в конце концов воплотил в жизнь свою мечту и замучил Грэйдона до смерти. Так что как только Грэйдон ушел к праотцам, мы отдали Тоби дочери домохозяйки и взамен купили хомячков. Чипа и Пина. Они умерли. Так что у нас новая парочка. Нип и Так.

— Понятно, — ответила я.

Последовало молчание. Я должна была объяснить свой визит.

— Боб, — начала я. Это будет непросто. Я оставила мысль попросить у Боба помощи. — Я знаю, что мы толком не разговаривали с ежегодного собрания, когда Патрик объявил всем о ваших планах построить новое здание.

— М-м, — отозвался Боб, отхлебывая кофе. Он не отрываясь смотрел на меня. Глядя на него, я подумала, что он, должно быть, лет на пять меня моложе.