Людмила Толмачева - Бегущая против волны

— А вы не оскорбляйте моего напарника! — заступилась за Григория Эльвира. — Заплыв прошел нормально. Без эксцессов. Правда, Гриша? На воде ни одного колыхания, тишь да гладь. А плаваю я отлично.

— Ладно, я сейчас, — вскочила Ирина. — Переоденусь в купальник.

— Зачем? — спросила Эльвира. — Кто в темноте разберет, в чем ты? Иди так.

— Ну уж нет, — отмахнулась от подруги Ирина и скрылась в палатке.

— Она и в детстве такой закомплексованной была? — поинтересовалась у мужчин Эльвира, усаживаясь за стол.

— Не замечали, — пожал плечами Григорий, наливая водку в Эльвирин стакан. — Если честно, Элли, меня в пору туманной юности влекли секс-бомбы типа Галки Строевой. Помнишь, Витя, Халю, Халю молодую, а? Третий номер и никакого силикона!

— Ира была скромной и сдержанной, — тихо произнес Виктор, никак не реагируя на сексуальные воспоминания друга.

— Гос-споди! — сарказму Эльвиры не было предела. — Зачем красивой женщине такие атавизмы? Вот она и страдает из-за них. Естественность и чувственность — вот что делает женщину истинной женщиной. Зачем подавлять в себе инстинкты какой-то пресловутой сдержанностью? Кому это нужно?

— Никому, — поддакнул Григорий, подавая Эльвире стакан с водкой.

— Я готова, — вышла из палатки Ирина. — Пошли?

Они осторожно огибали прибрежные валуны, пока не вышли на ровную площадку естественного пляжа.

— А где этот мыс? — спросила Ирина.

— Слева. Видишь, березы белеют?

— Так далеко? Ну и Эльвира! Не ожидала от нее. В самом деле — пьяному море по колено. Ну что, поплыли?

— На мыс?

— А ты поплыл бы?

— С тобой хоть на край света.

— Спасибо, но я не так кровожадна, как моя подруга.

Они отплыли от берега на небольшое расстояние. Ирина попробовала нащупать ногами дно, но ощутила лишь холодную, бездонную глубину и испугалась. Тихонько взвизгнув, она подплыла к Виктору, вцепилась в его плечо. Даже при лунном свете он увидел ее мертвенную бледность.

— Ира, ты чего? Кто тебя напугал? — с тревогой спросил он.

— Ты знаешь, я ведь тонула в море, в Турции. И теперь побаиваюсь глубины.

— Держись за меня, поплыли к берегу.

Они вышли из воды, обтерлись полотенцами, оделись.

— Наверное, днем здесь великолепный вид. Странно. До семнадцати лет прожила в этих краях и не знала о таком красивом уголке. А помнишь походы в лес, всем классом? С Валентиной Павловной нашей незабвенной.

— Помню.

— Ха-ха-ха, — вдруг весело рассмеялась Ирина. — Почему-то весь наш поход сводился к тому, чтобы рассесться на поляне, достать домашнюю провизию, которой по-хорошему хватило бы на три дня, и все подчистую съесть, а потом с чувством исполненного долга вернуться восвояси. А дома сердобольные родители еще и спросят: «Не устала? У тебя ничего не болит?»

Виктор тоже рассмеялся, да так заразительно, что на Ирину напал какой-то безудержный смех. Они долго смеялись, пока к ним не подошли Эльвира с Григорием.

— Во, ржут! — позавидовала Эльвира. — Хоть бы с нами поделились.

— Чем? Ржанием? — спросила сквозь смех Ирина.

— Это что получается — мы пили, а весело вам? — возмутился Григорий. — А ну, колитесь, над чем такая ржачка?

— Да мы вспомнили наши походы под руководством Валентины Павловны, — созналась Ирина.

— А-а-а. Это было здорово, — согласился Григорий. — Все с нетерпением ждали, когда Валентина объявит привал, чтобы с волчьим аппетитом налечь на припасы в рюкзаках. Никогда не ел ничего вкуснее, чем та наша еда в походах. А собственно, что там такого особенного было? Это ведь начало восьмидесятых, в магазинах шаром покати, жуткий дефицит. Ну яйца от домашних кур, у кого они были, конечно, ну материны пироги с картошкой и капустой, помидоры там, огурцы — вот и все.

— А в городе и этого у многих не было, — подхватила тему Эльвира.

— Вот в какие времена, товарищи, пришлось нам расти и мужать, — мрачно подытожил Григорий. — Предлагаю пойти и выпить за наше суровое детство.

— По-моему, тебе хватит, — твердо сказал Виктор. — Пошли спать. Через два часа — клев.

— К черту клев, — заупрямился Григорий. — Давайте еще посидим. Давно не сидел в такой теплой компашке.

— А пирог с окунями? — напомнила Эльвира. — Нет уж, Гриша, давши слово — держи!

Они устроились в палатках и вскоре крепко спали. Но через два часа Виктор растолкал друга, полусонного усадил в лодку, и они рыбачили до полудня, пока не встали женщины.

Домой вернулись около шести вечера. Еще издали Ирина заметила возле своих ворот большой черный джип и замерла в нехорошем предчувствии. Да, это была машина Дубца.

— А у вас гости, — заметил Виктор, останавливая свою машину.

— Да, похоже на то, — сухо ответила Ирина.

— Выходит, пирога нам не видать как своих ушей? — спросил Григорий. — Гостям достанется? Эх, и зачем мы так старались с Витюхой? Остается одно — напиться с горя.

— А может, обойдется? — осторожно спросила Эльвира, поглядывая на расстроенную подругу.

— Посмотрим. Ладно, ребята, номера телефонов у нас есть — созвонимся, если что.

Она пошла к калитке, словно приговоренная, тяжело ступая и опустив голову.

Во дворе перед ними предстала мирная, почти семейная картина: за богато накрытым столом — Дубец постарался — сидели родители Ирины, Алена, Дубец, его охранник и водитель. Родители натянуто улыбались, Алена так и лучилась от счастья, а Дубец о чем-то рассказывал, с неестественной оживленностью жестикулируя руками. Увидев Ирину с Эльвирой, он умолк, поднялся и подошел к Ирине.

— Не ждала?

— Признаться, нет.

— Не будем при родителях выяснять? — почти шепотом попросил он.

— Не будем, — также шепотом согласилась она.

— Ну, показывайте улов! — громко воскликнул он, заглядывая в пакет, который держала Эльвира.

— Вот, окуни, — растерянно пробормотала Эльвира, не зная, как вести себя в присутствии шефа. — Сейчас тесто поставим на пирог…

— Жаль, не придется отведать такой вкуснятины — дела, — с неискренним сожалением сказал Дубец. — А я ведь по делу, Ирочка.

— Да? И по какому же? — холодно спросила Ирина.

Эльвира, воспользовавшись моментом, улизнула в дом. Полина Юрьевна пошла следом за ней.

— У Аленки скоро шестнадцатилетие, — напомнил Дубец и после многозначительной паузы продолжил: — Хочу сделать маленький сюрприз…

— Ах да. Я забыла. Ты ведь помнишь обо всех датах. Очень внимательный и чуткий. Как лань.

— Ира, мы же договорились, — скосив взгляд в сторону Дмитрия Ильича, прошептал Дубец.