Ребенок на спор - Ксения Богда

были сказаны Алисе, моментально вылетают в трубу. Потому что до сих пор я ощущаю вину за то, что испортил все.

Алиса стискивает мою руку и пытается ободряюще улыбнуться.

– Тимур, не спишь?

Папа оборачивается, и наши взгляды встречаются. Ни разу с момента того происшествия я не видел в глазах отца ненависти. Ни разу он не попрекнул меня тем, что я сотворил. Простил и даже пытается иногда стать прежним, но я понимаю, как сложно смириться с тем, что ты когда-то был вполне себе активным мужиком.

– Привет, пап.

Горло сдавливает спазм. Черт, когда-нибудь это пройдет? Мне кажется, что никогда!

– Привет, семейка. С приездом, сынок. Как дела?

Видимо, Настю он пока не рассмотрел, потому что вопросов насчет нее не задает. Дочь тоже пока не поворачивается к отцу, смотрит на Алису большими глазами. Принцесса сегодня купается в новых эмоциях.

– Хорошо все. Пап, я не один.

– Да уж вижу. Танюш, помоги сесть.

Мама тут же кидается к нему. Я передаю Настю Алисе и иду помогать маме. Отец еще сильнее похудел, но в руках появилась сила, которой я не замечал перед отъездом.

– Спасибо. Ну, кто у нас там?

Беру Алису под руку, и она делает неуверенный шаг к кровати отца. Настя поворачивается на голос отца и несколько раз хлопает глазами, а потом расплывается в самой обаятельной улыбке, от которой у меня каждый раз сердце замирает.

– Здравствуйте. – Голос Алисы немного дрожит, но я не виню.

Сам утром перед родителями ее стоял, блеял как баран.

– Добрый день. Ого! – Папа замечает нашу семейную особенность в Насте и вопросительно выгибает бровь. – Сын, я не понял.

– Это Настя, пап, моя дочь.

– Да уж вижу, что не сын. И откуда же она взялась?

Закатываю глаза. Папа тоже в своем репертуаре. Голос как железо становится.

– А ты не знаешь, откуда берутся дети? Забыл за двадцать пять лет?

Мама фыркает. Папа хмурится.

– Ты мне поговори тут еще. Умник, блин. Зато ты, смотрю, прекрасно помнишь.

Алиса откашливается, и я оборачиваюсь к ней. Стоит покрасневшая, а я мысленно отвешиваю себе подзатыльник. Придурок, блин!

– Не обращай внимания, Алис, они всегда так общаются. – Мама подходит к Алисе и тянет руки к Насте. – Пойдем ко мне, маленькая красотуля.

Настя с готовностью идет. А у меня сердце распирает от любви к моим девчонкам. Стою лыблюсь, как дурак. Как я жил без них? И жил ли вообще?

– Знакомься, это дед Тимур.

– Дед Тимур?! – возмущенно выдыхает папа. – Какой я тебе дед?

Давлю смешок, прикрывая рукой рот.

– Самый настоящий. Смирись, дедуля.

Мама тоже начинает подкалывать папу. Чувствую, как напряжение, сковавшее тело, отпускает. Отцу как будто реально намного лучше. Он снова стал шутить.

– Ну садитесь, молодая интересная, рассказывайте. Хотя нет, я еще немного отчитаю вашего нерадивого отца, если вы не против.

Отец поднимает на меня взгляд, полный обвинения. Хочется, как пацану сопливому, опустить глазки в пол.

– И как так получилось, что ты не знал про ребенка? Ты же не знал, я правильно понимаю?

– Ага. Так получилось, что мы с Алисой разошлись.

Теперь взгляд отца путешествует к Алисе, и он хмурится, а моя девочка бледнеет.

– Пап, не надо так на нее смотреть. Алиса и так волнуется.

– А что ты волнуешься? Ты молодец.

Алиска недоуменно моргает.

Не пошла простым путем. Не избавилась от ребенка.

– Пап!

Алиса ахает.

– Да что вы, я бы…

– Вот я и говорю, что ты молодец.

– Алис, расслабься, папа просто первый раз с девушкой моей знакомится.

– И с ребенком твоим тоже, ага, – поддакивает отец.

– Это не может не радовать, – выдает Алиска, и мы все начинаем смеяться. – Я про ребенка.

Напряжение спадает, и я могу наконец выдохнуть. Не сомневался, что мои родители адекватно воспримут появление внучки, но волнение было сильнее меня.

Глава 30

Алиса

Меня отпускает после того, как все начинают смеяться с моей глупой шутки. Не ожидала, что родители Дениса начнут нападать на него и винить в том, что он не поддерживал, но я очень счастлива, что они нормально и адекватно восприняли Настю.

Хотя если бы я заметила хоть немного презрения или негатива, я схватила бы дочь и сбежала. Никому не позволю обижать мою сладкую булочку, даже обретенным родственникам.

– Ну рассказывайте, прекрасная леди.

Улыбаюсь при таком обращении к дочери. Она сидит рядом с отцом Дениса и пытается сосредоточить взгляд на его лице.

Повисает молчание, и я уже готовлюсь к вопросу про зрение. Денис подходит ко мне ближе и переплетает наши пальцы. Подмигивает, чтобы приободрить меня.

– А что у нас с глазками?

Отец Дениса переводит вопросительный взгляд на нас. Сдерживаюсь, чтобы не начать в волнении оттягивать ворот свитера. Стреляю глазами на Дениса, и он все понимает без слов.

– У дочки нистагм. Мы приехали, чтобы проконсультироваться насчет лечения.

– Это серьезно? – хмурится отец Дениса.

Черт, как правильно к нему обращаться? Просто по имени?

Щеки опаляет от стыда, что сразу не уточнила этот момент. Прячу глаза.

– Так, дорогой муж, давай мы спустимся в столовую и там уже поговорим. Дети с дороги, устали, так еще и стоят перед тобой отчитываются.

Отец Дениса замирает, и его взгляд как-то потухает. Денис крепче стискивает мою руку, и я тихонько шиплю от боли. Он тут же расслабляется и бросает на меня виноватый взгляд.

– Ты