Даниелла Шоу - Атлас и кружева

— Не застегивайся, мы ненадолго. Можешь поверить.

И действительно, через минуту машина свернула на траву.

— Почему мы остановились? Ведь тут…

— Терпение, — сказал Хью. — Сейчас я открою дверь и помогу тебе выйти. Не хочу, чтобы ты споткнулась. Тут опасно.

Салли осторожно вылезла из машины и оказалась посреди куч дранки, деревянных планок и кирпича.

— Осторожно. Держись за меня. Днем это оживленная стройплощадка.

— А ночью что?

— А ночью, — Хью негромко засмеялся, — она превращается в мечту девушки!

— Ты забыл, что я давно не девушка?

— Неважно. Важно то, что ты моя мечта. А теперь закрой глаза. — Салли послушалась, и Хью развернул ее в противоположную сторону. — О'кей. Теперь открывай.

— Но я все еще не понимаю, зачем ты привез меня на стройку…

— Конечно, не понимаешь, — добродушно сказал он. — Все это должно казаться тебе очень странным, поэтому дай объяснить. — Хью указал на дальний конец стройплощадки и объявил: — Вот почему я хотел, чтобы ты выехала из этой квартиры! Сейчас здесь неказисто, но скоро эта куча кирпича и строительных лесов станет твоим домом. Куда более подходящим для нашего малыша, чем крошечная квартирка с одной спальней, где негде повернуться!

В луче света, идущем из окна бытовки, Салли недоверчиво изучала лицо Хью.

— Почему, — прошептала она, — почему ты в конце концов решил признать Стэнли своим?

Хью уныло улыбнулся.

— Это очень длинная история, которую я предпочел бы забыть. Расскажу по дороге. И надеюсь только на то, что ты найдешь в себе силы простить меня.

— Попытаюсь, — вздохнула она, и два темных силуэта слились в один.

Услышав шаги на лестнице, Терри выглянул на площадку, увидел Салли и Хью и встревожился.

— Салли, все о'кей?

— Да. Спасибо, Терри, беспокоиться не о чем.

— Вы уверены? — Он бросил сердитый взгляд на Хью. — Если что, позовите.

— О Господи! — пробормотал Баррингтон. — Какая муха его укусила?

— Он думает, что ты полный и законченный ублюдок!

— Догадываюсь, что так думают многие. Ничего удивительного, что у меня горят уши. Наверное, я заслужил это.

— Угу, — вздохнула Салли и прижалась к нему. — Роз, Лаура и Марион придерживаются того же мнения. Если бы они были ведьмами из "Макбета", ты бы еще несколько недель назад превратился в жабу!

— А они до сих пор не знают, кто отец ребенка?

Салли покачала головой.

— Надеюсь, в свое время они это узнают, но я буду тебе очень признателен, если они немного погодят превращать меня в жабу или лягушку.

— Уж лучше в лягушку.

Хью захлопал глазами.

— Если бы ты был лягушкой, — улыбнулась она, — то мог бы спать у меня на подушке. А потом я бы поцеловала тебя, и, кто знает, вдруг бы ты превратился в принца!

— Сильно сомневаюсь!

— В чем?

— В том, что после моего ужасного поведения ты позволила бы мне спать на твоей подушке.

— Не знаю, не знаю, — поддразнила она. — Поживем — увидим. Но только не сегодня ночью. Я ужасно устала, да и день был тяжелый. Кажется, и у тебя тоже.

— Салли, если бы ты только знала! Эти недели были для меня адом. Знаешь, пожалуй, нам надо куда-нибудь вместе уехать. Подожди несколько дней, ладно? За это время я что-нибудь придумаю.

ГЛАВА 17

Салли составляла список покупок, но ее мысли то и дело возвращались к рассказу Хью об аборте Серены, последовавшей за ним лжи и безвременной смерти Стэнли. У нее не укладывалось в голове, как можно быть столь жестокой и коварной. Неудивительно, что Хью так скверно выглядел. Ситуация складывалась нелегкая. Хью сказал ей, что разговаривать с Сереной пока не время. Но что случится, когда оно наступит? Что скажет Хью и как будет реагировать на это Серена?

Салли пожала плечами и вернулась к перечню; ей и без того было о чем подумать. После нескольких недель размышлений Хью решил, что им нужно уехать в долгий уик-энд. Он предложил Котсуолдс. Во-первых, это недалеко, а во-вторых, он слышал от приятеля, что там пустует замечательный коттедж. Правда, без еды, но в окрестностях сколько угодно ресторанов и кафе, так что это не проблема. Если Салли купит продукты для завтрака, все остальное он берет на себя. Они будут вставать когда захотят, есть когда нравится, а потом она будет отдыхать, отдыхать и отдыхать! На этом настаивал Хью.

В кулинарии она увидела знакомую фигуру. Ричард! Салли быстро отвернулась, взяла сыр, паштет, полуфабрикаты и пошла покупать хлеб. Тут кто-то коснулся ее плеча.

— Салли, это ты? Я не сразу тебя узнал. Как поживаешь?

— Как видишь, прекрасно.

Глаза Ричарда быстро опустились с лица Салли на ее выпуклый живот и вылезли из орбит.

— Ты беременна? Но…

"Но как" или "но кто"? Не дожидаясь окончания фразы, Салли просто сказала:

— Должно быть, это бросается в глаза. Как поживают Шарон и дети? Насколько я знаю, у вас родился мальчик.

Ричард слабо кивнул, все еще не веря своим глазам.

— Да, Деймон, — пробормотал он. — Ему три месяца. Слава Богу, он спит лучше, чем Джейд в его возрасте.

— Вижу, тебя послали за покупками, — сказала Салли, покосившись на тележку Ричарда, нагруженную продуктами.

— Да. Шарон устает, поэтому дает мне список. — Он показал вырванный из тетради листок, заполненный детским почерком.

Салли хотела сказать что-нибудь язвительное, но передумала и только улыбнулась. Ричард в джинсах, майке с короткими рукавами и летной куртке казался сущим мальчишкой. На шее висела цепочка. Не хватало только поводка!

Салли купила хлеб, и тут Ричард удивил ее, сказав:

— Можно как-нибудь заскочить к тебе? Ты ведь теперь живешь в Элмсмарше, верно?

— Не стоит, Ричард. Я скоро сменю квартиру, а сейчас уезжаю на несколько дней.

У бывшего мужа вытянулось лицо. Он стоял и смотрел ей вслед.

Что-то мурлыча, Салли повезла свою тележку к автостоянке и едва не столкнулась с другим покупателем.

— Ох, извините, замечталась!

— Салли… Салли Палмер? Я едва узнал вас. Вы изменились.

— Привет, Бернард, — улыбнулась она. — Наверное, все дело в беременности. Я думала, Роз рассказала вам.

— Нет, — ошеломленно ответил он. — Мы с Роз и Доналдом не виделись целую вечность. Я думал как-нибудь пригласить вас на концерт, но вижу, что вы… — Бернард кивнул на руку Салли. Она начала носить гладкое обручальное кольцо. Пусть люди думают, что имеют дело с замужней женщиной.

— Ах, это! Да, — солгала Салли, скрещивая пальцы, как в детстве. Почему-то не хотелось сознаваться Бернарду, что она будет матерью-одиночкой.