Галина Лифшиц - Невеста трех женихов

Муж убил свою маленькую сестричку из ревности…

Подруга заказала убийство…

Может ли это поместиться в одной голове и так сразу?

– Расскажи, – попросила она. – Расскажи мне про все. Я уже собралась. Я готова.

Тут задрынькал ее телефончик. Телефонино – как тут говорили.

– Мам! Папа проснулся, позвонил мне и сейчас сюда приедет, к деду-бабе. Ты у Любы?

– Да, – ответила Света.

– Ты к нам сюда приезжай, ладно? Мне деда робота подарил! Настоящего!

– Сынок, я… Я не знаю, когда освобожусь. Я поздно приеду. К ним неудобно. Все уже будут спать.

– А можно я тут останусь ночевать? С папой?

– Это – да. Конечно, можно. Не вопрос. Зубы не забудь почистить.

– Конечно, мам! Ты что? У тебя все в порядке? – удивился Андрюша ненужному напоминанию о чистке зубов, которое уже давным-давно от мамы не слышал.

– Все в порядке. Устала. Мы ведь летели сегодня… Ну, играй там.

– Пока, моя мамулечка!

– Пока, роднулик!

Разговор с сыном подействовал, как мощное лекарство. Света обрела почву под ногами. Надо все выслушать, понять, принять решение. Единственно верное решение – на другое она не имеет права. И, похоже, она еще многого не знает.

– Расскажи, – обратилась она к Пятрасу. – Я готова.

– Хороший ты человек, Светка, – убежденно произнес он. – Но и хорошим испытания посылаются – будь здоров. Знай на всякий случай: я с тобой. Помогу, чем могу.

Она лишь кивнула, готовая, как ей казалось, ко всему.

– Короче, кто за рулем, ты тоже узнала?

– Марат, да?

– Он самый. Просто повезло, что эта, сучара твоя, к его младшему брательнику обратилась. Вместе они учились или че. И малой у Марата шебутной. Кулаками любит помахать: «Да я, да мы… Да я всех сделаю…» И вот приходит он недавно к старшему брату и хвастается: «Мне тут убийство заказали! За большие деньги!» Мудозвон! Ну, Марат ему говорит: «А ты понимаешь, за кого тебя держат, если в душегубы нанимают?» Провел разъяснительную работу. Одним ударом, на фиг ты… Тот в штаны наклал. Рассказал, кто да что, девка, мол, знакомая. Ну, Марат и захотел на девку эту посмотреть. Кого она там убрать задумала. На всякий случай, чтоб брательника потом, если что, не притянули по этой художественной самодеятельности. Они же идиоты выросли. Непуганые-нестреляные. Говна не жрали. Мозгов нет. Одни понты. Короче, назначил «встречу у фонтана». Он, естественно, камерами все обустроил… Пришла…. Дальше ты видела. Марат, как фотки твои увидал, оказался в полном ахуе. Извини. Другого тут слова нет и не будет. Виду, конечно, не показал. Повел дальнейшие переговоры. И исследования. Понятно, почему она хотела, чтоб все тут случилось?

– Для алиби. Она там. Я тут. Ясно. Неясно – зачем ей это надо.

– Подожди. Сейчас поймешь. Дай по порядку расскажу. Короче, понятно тебе, к кому мог Маратик обратиться, да? Я, учти, после той истории, ну, после того, как от тебя ушел, вышел из всех дел. Меня того, прежнего, нет. Видишь, не узнать. Бизнес у меня. Отель тут поблизости, в Тремеццо. Знаешь? Ресторан…

– Гранд-отель? – засмеялась Света. – Он твой?

– Угу.

– Он когда-то деду моего мужа принадлежал. Тот его продал, как ревматизм его одолел. Кто бы мог подумать!

– Много чего не подумаешь, а есть на белом свете, – философски заметил новый хозяин отеля. – В общем, ты ее знаешь, да?

– Конечно, – подтвердила Света.

– На всякий случай: назови имя, фамилию. Чтоб не ошибиться.

– Лена. Лена Плутенко. Сестра моей лучшей институтской подружки.

– Она и есть.

– И ты… Вы с Маратом знаете, зачем? Зачем ей моя жизнь? Может, она просто ненормальная? Мне иногда так казалось. Она так смотрела всегда. Странно…

– Конечно, ненормальная. Нормальные такое не удумают. Хотя рассуждает – обзавидоваться можно. Просто Архимед. А зачем ей это? Вот, смотри. Если действительно хочешь знать.

Он опять включил свой экранчик.

– Тут, знаешь, пришлось на некоторые действия пойти… Короче, жучков ей в квартире поставили маленько. Брательник Марашкин выполнял задание. Ну, вот, глянь.

Света увидела пустую Ленкину спальню, вернее, ее часть. Потом послышались шаги. Лена вошла в обнимку с мужчиной. Его не разглядеть. Она бухнулась перед ним на колени, расстегнула молнию брюк…

Видна была ее макушка, ритмично двигающаяся, слышны животные стоны.

Света глянула на «Пятраса»: смотреть дальше? Тот кивнул: смотри.

Мужчина обхватил голову Асиной сестрички обеими руками…

И тут стало все понятно. Разом и безоговорочно. В квартире у Лены получал свое удовольствие Марио. Другого такого перстня не сыщешь на всем белом свете.

Конечно, хотелось крикнуть: не может быть! Завопить, побежать в озеро топиться… Но… Любе тоже когда-то хотелось кричать про «не может быть», как и несметному числу обманутых доверчивых жен. Вот оно, значит, как.

Помнится, муж заявлял ей после свадьбы, что однолюб, что знает себя, потому и уверен. Ну, правильно, правильно… А не он ли в последнее время так упоенно цитировал своего обожаемого Муссолини насчет того, что только идиоты и мертвецы не меняют свои убеждения, а разумные люди как раз меняют?

Теперь надо было смотреть. Хочешь – не хочешь, но почему-то надо было. Брачные игры зверьков. Зверек по имени Лена старательно сглотнул, а зверек по имени Марио бухнулся на кровать со спущенными штанами. Лена сняла с него туфли, стянула штаны и улеглась между его ног.

– Я тебя люблю, – сказала Лена по-английски.

Марио молчал. Отдыхал.

– Тебе хорошо? – спросила Лена.

– Да, – ответил Марио.

– Я хочу тебя, – попросила Лена, ловко копошась между ног мужчины. Раздевалась и попутно ласкала объект своего вожделения.

– Подожди. Все будет, – расслабленно велел Марио.

Но Лена не собиралась ждать. Она свое дело знала – будь здоров. Вздыхала, постанывала, чмокала… Марио снова тяжело задышал, засопел. Вдруг рывком вытащил из-под себя женщину, поставил на четвереньки, вошел сзади, очень грубо, резко. Та даже не вскрикнула. Работала на славу. Любой каприз, как говорится. Все стремительно завершилось. И дальше… дальше Ленка, как зверь, подползла к мужчине и принялась облизывать его член, только что побывавший в ее заднице.

– Все для тебя, любовь моя, все для тебя, – повторяла она временами по-итальянски.

Выучила, стало быть, несколько самых насущных слов.

Марио задремывал.

Ленка тем временем, снова перейдя на английский, жаловалась на то, как она страдает в разлуке.

– Почему мы не можем быть вместе? – хныкала Ленка.

– Я женат, ты же знаешь, – лениво бормотал Марио.