С.К. Хартли - Жили-были...

– Господи, – С моих губ сорвался стон, когда моя спина оторвалась от твёрдой стены и коснулась мягкого пухового покрывала.

– Он тебе не ответит, принцесса, – рассмеялся Габриэль, вернувшись к моей шее и продолжая подталкивать к пику чувственного удовольствия. – Я – единственный, кто может слышать твои стоны, крики и мольбы, когда ты кончаешь с моим именем на устах.

Между ног стало влажно, и от нехватки контакта кожи к коже я чувствовала себя всё раздражённее. Положив ладони Габриэлю на грудь, я оттолкнула его. Он оторвался от моей шеи, как только понял, чего я хочу. Схватив его за лацканы, я стянула пиджак с плеч, а он вытащил руки из рукавов.

С ухмылкой я сжала рубашку в кулаках и рванула ткань в разные стороны. Вокруг нас пуговицы посыпались дождём, а с губ Габриэля сорвался смешок. Опять показалось, будто я вновь вернулась в «Омегу».

– У тебя, кажется, проблемы с моими рубашками, принцесса, – улыбнулся он, но стоило нашим взглядам встретиться, как выражение его лица мгновенно изменилось.

От юмора и веселья не осталось и следа. Появился тот самый Габриэль Блэк – мужчина, подавлявший одним своим присутствием, с глазами, которые от возбуждения становились темнее ночи. И хочу я того или нет, но именно в его руках находилось моё сердце. Прикусив губу, я слегка коснулась кончиками пальцев твёрдых мышц пресса, упиваясь восхитительным ощущением безупречных твёрдых мускулов. Пальцы медленно двигались к дорожке волос, которая спускалась от пупка вниз и исчезала в брюках. И я вдруг заревновала к этой проклятой вещице.

– Сними их, – потребовала я, мой голос прозвучал громче, чем я ожидала, хотя в нём ясно слышалось желание.

С ухмылкой встав с кровати, Габриэль расстегнул пряжку и быстрым движением вытащил пояс из петель брюк. Глядя на меня из-под прикрытых век, он уронил его на пол. От звука удара железной пряжки о деревянный пол у меня перехватило дыхание.

– На тебе слишком много одежды, – сказал Габриэль, сбросив порванную рубашку и протянув ко мне руку.

Вложив свою ладонь в его, я встала с кровати, и Габриэль притянул меня к своей груди. Разница в росте была очевидной. Он выше, по меньшей мере, сантиметров на тридцать, но это меня никогда не пугало. Скорее, наоборот. Меня заводили его высокий рост, телосложение и абсолютное превосходство, когда он стоял вот так, прижавшись ко мне.

Габриэль медленно потянулся к моей блузке и стащил её через голову, оставив стоять в лифчике и юбке-карандаш. Неожиданно из комнаты словно выкачали кислород. Я едва могла вздохнуть. С трудом втянув в лёгкие воздух, я наблюдала, как Габриэль медленно обошёл вокруг меня, прожигая взглядом каждый сантиметр моей обнажённой плоти.

Я заметила, что рядом с ним никогда не стеснялась своей наготы, моя обычная скромность куда-то испарялась. Этот мужчина заставлял меня чувствовать себя уверенно в собственном теле, а этого раньше никогда не случалось.

Внезапно ладони Габриэля оказались на моей груди, стянутой симпатичным кружевным синим лифчиком. И, как только я поняла, что на мне ещё один любимый бюстик, по комнате разнёсся звук рвущейся ткани, которая потом с шорохом упала на пол.

Я рассмеялась.

– У вас, кажется, проблемы с моими лифчиками, мистер Блэк.

– Только когда они мешают получить то, что я хочу, – ответил он прежде, чем атаковать меня, словно охотник свою добычу.

Моя спина снова оказалась на пуховом одеяле. Губы Габриэля вновь прижались к моим, а его ладони тем временем шарили по моей попке в поисках застёжки на юбке. Обнаружив коварную молнию, он резким движением расстегнул её, и в считанные секунды юбка оказалась на полу, рядом с остальной одеждой.

Наши языки сплелись, рука Габриэля скользила по моему телу, а добравшись до развилки бёдер, замерла.

Я застонала.

– Трусики? – ухмыльнулся он, когда опустил взгляд вниз и обнаружил кружевной голубой лоскуток.

Одного слова «трусики», слетевшего с губ Габриэля, было достаточно, чтобы мои соски затвердели. А от его дьявольской улыбки они сделались твёрдыми, словно камешки, и между ног стало до неприличия мокро.

Габриэль оценивающе разглядывал моё белье, а я слегка пожала плечами. Обычно я обхожусь без трусиков. Сама мысль о наличии неудобного клочка материи под одеждой была мне ненавистна. Учитывая мою неожиданную поездку в салон Веры Вонг, сегодня один из тех редких случаев, когда я была рада их наличию.

– Ты просто собираешься пялиться на них или, может, уже трахнешь меня? – храбро спросила я, не заботясь о том, как это прозвучало. Я была на взводе и нуждалась в разрядке. А нависший надо мной Габриэль не спешил закончить начатое.

– Ох, принцесса, ты, чёрт возьми, даже не представляешь, что я собираюсь с тобой сделать. – Он улыбнулся, сбрасывая оставшуюся одежду.

От моего внимания не ускользнуло отсутствие у Габриэля нижнего белья, точно так же, как и в «Омеге». Интересно, это «мужские штучки», или ему просто не нравилось носить боксёры? Все рациональные мысли вылетели в окно, когда Габриэль, опустившись на колени около кровати, притянул меня за ноги к себе и быстро лизнул прямо через трусики.

– Ты мучаешь меня, – застонала я, когда он сделал это снова.

– Я подготавливаю тебя, Пэйтон, – хохотнул Габриэль, и от вибрации его голоса тело пронзило желание.

– Подготавливаешь для чего? – спросила я, когда он провёл пальцем по ластовице трусиков.

– Для моего стола.

Я взвизгнула, когда Габриэль поднял меня на руки и понёс в другую комнату. Интересно, о чём, чёрт возьми, он говорил? Должно быть, заметив отразившееся на моём лице замешательство, он рассмеялся.

– Я обещал, что заставлю тебя кончить на моём столе. А своих обещаний, принцесса, я не нарушаю.

Твою ж мать!

С лёгкостью неся меня на руках, Габриэль подошёл к двери в другой стороне комнаты, открыл её, вошёл и захлопнул за собой.

– Никаких дверей с голосовым управлением? Как-то слишком дёшево для тебя. – Я рассмеялась.

– Дома в кабинете мне такие двери ни к чему, Пэйтон. – Он замолчал, усадив меня на прохладную, твёрдую поверхность стеклянного стола. – Единственное, чем я хочу управлять своим голосом – это когда и как сильно ты будешь кончать.

– О! – Это всё, что я могла на это сказать.

– Да… О! – ухмыльнулся Габриэль.

Он на мгновение замолчал, весёлость как ветром сдуло, и передо мной снова стоял мистер Блэк: жёсткий, доминирующий и чертовски сексуальный. Нежно обхватив ладонями моё лицо, он наклонился и провёл языком вдоль соединения моих губ. Без единого слова я приоткрыла рот. Его язык исследовал мой, но на этот раз поцелуй отличался от прежних. Нежный, но в то же время жёсткий, полный обещания и страсти. Неторопливый, но основательный, нуждающийся, но властный. Самый лучший поцелуй в жизни. Именно такой описан во всех глупых сказках.