Пола Сторидж - Желтая долина, или Поющие в терновнике 4

– Видите ли, если бы вы согласились на то, чтобы я использовал мотивы ваши известных всему миру произведений в своих моделях одежды, то я уверен, что мы смогли бы создать великолепную коллекцию, которая была бы близка всем поколениям. Она бы была одновременно и в стиле ретро и ультрамодная по своей форме. Если бы мы с вами объединили наши усилия, то смогли бы создать такое!.. – Пэтрик захлебнулся, не находя слов, что было для него довольно странно.

Ольвия снова рассмеялась. Теперь она уже не знала, как поступить: либо послать мистера Пэримана к черту, либо досмотреть этот балаган до конца, хотя конца ему не предвиделось.

Спас ее Лион Хартгейм, который как раз в это время подъехал к гольф-клубу и, заметив Ольвию, подошел к ней. Появление другого мужчины смутило Пэтрика, и он стушевался. Ольвии даже стало его немного жаль.

– Хорошо, мистер Пэриман, я подумаю над вашим предложением, – решила успокоить его Ольвия. – А сейчас – прошу прощения!

– Я все понимаю, все понимаю, – Пэтрик театральным жестом приложил руки к своей груди, встал из-за столика и протянул Ольвии свою визитную карточку.

– Я с огромным нетерпением буду ждать вашего звонка, – произнес он, раскланиваясь.

Пока Ольвия со смехом рассказывала Лиону о Пэтрике Пэримане, к столу подошли Джастина, Молли и Питер, закончившие игру. Они уселись в легкие плетеные кресла и принялись жадно пить сок. Питер поставил пустой стакан на столик и сообщил радостным голосом Ольвии и Лиону:

– А знаете, Джастина убедила меня принять участие в ее студенческом театре.

– И ты согласился? – удивленно посмотрела на него Ольвия.

– А почему бы и нет? – улыбнулся Питер. – Ведь это так прекрасно – современная молодежь с ее беззастенчивостью и раскрепощенностью!

– Но ведь ты всегда скептически относился к любительству в любом деле, ты же всегда ратовал за высокий профессионализм!

– Профессионализм не рождается на голом месте, – назидательно сказал Питер, – а поэтому если мы хотим, чтобы наш театр в конце концов не умер окончательно, должны помочь молодым людям найти правильные ориентиры во всем этом хаосе, который обрушивается на их головы.

– Совершенно с вами согласен, – поддержал его Лион.

– Какое прекрасное вино! – воскликнул Лион и отпил глоток из высокого бокала.

В этот вечер они с Джастиной были приглашены на ужин к Бэкстерам.

– Вы хотите что-нибудь еще? – поинтересовалась Ольвия.

– Нет, нет, что вы! – поблагодарили Лион и Джастина, – большое спасибо. Мы так наелись. Все было очень вкусно!

– Ну, тогда скоро будет кофе, – улыбнулась Ольвия.

Она собрала тарелки и отправилась на кухню.

– Извините, миссис Бэкстер, – окликнул ее Лион, – я кофе по вечерам не пью. Лучше чай.

– Вас что-нибудь беспокоит? – участливо поинтересовалась Ольвия.

– Да, – Лион смутился, – сердце видите ли…

Лион вызвался помочь хозяйке. Он взял оставшиеся тарелки и пошел на кухню.

Ольвия мыла посуду, а он взялся варить кофе.

– Но ведь вы его не пьете! – улыбнулась Ольвия.

– О, зато в молодости я был большим гурманом. Все это знали, поэтому в любых компаниях варить кофе всегда доверяли только мне.

Питер и Джастина остались в комнате вдвоем. Они сидели за столом и молчали. Пауза стала затягиваться.

– Так и не произнесешь ни слова? – Джастина посмотрела на Питера.

Вместо ответа он поднялся из-за стола, схватил ее за руку и подвел к книжному шкафу, там Лион и Ольвия не могли их увидеть.

– Завтра в шесть я тебя жду в мотеле, – Питер коснулся губам ее уха.

От его горячего дыхания по телу Джастины пробежала дрожь.

– Нет… Нет. Она волновалась.

Питер хотел поцеловать ее, но она испуганно отмахнулась и громко произнесла:

– Какие прекрасные у вас книги.

В это время с кухни вернулись Лион и Ольвия.

– Вы не плохо обставили комнату, – заметил Лион.

Действительно, из серой, необжитой получилась очень уютная гостиная. Здесь не осталось и следа от той аскетичной строгости, которая доминировала при прежнем хозяине.

Кожаная обивка дивана и кресел прекрасно гармонировала с шелковыми обоями и роскошной люстрой. Интерьер дополняли тяжелые длинные драпировки на окнах.

– Да, неплохо получилось, – сказал Питер. – Камин такой большой… Вот только рояль немного не вписывается.

В самом деле рояль был громоздким и старомодным. Он плохо сочетался с современной обстановкой комнаты.

Ольвия пригласила всех к столу. Они снова уселись на свои места, а хозяйка все еще сновала между гостиной и кухней.

– Ой, а это что такое? – неожиданно раздался ее голос из коридора.

Она появилась в холле, держа в руках небольшой сверток, перевязанный ленточкой. Питер страшно смутился.

– Это подарок, – пробормотал он.

– Мне? – его жена удивилась.

– Тебе, – ответил он.

Джастина метнула на Питера недовольный взгляд.

– У вас сегодня праздник? – холодно полюбопытствовала она.

– Нет, – пожала плечами Ольвия.

От неожиданности она сама немного растерялась. Обычно Питер не любил делать подарки, а вернее сказать, не умел. Поэтому все вещи она покупала себе сама.

– Это – подарок перед разлукой, – пробормотал Питер.

Не сообразив сразу, Джастина бросила на него недоуменный взгляд. Лион тоже посмотрел на него.

– А! Вот оно что! – рассмеялась Ольвия. – Я уезжаю на три дня, – пояснила она. – Питер не хочет ехать со мной. Говорит, что намерен кое-что переставить в доме. Я не удивлюсь, если к моему приезду рояль будет на чердаке.

Все рассмеялись, а Джастина и Питер загадочно переглянулись.

– И куда же вы едете? – поинтересовался Лион.

– В Лондон, – ответила Ольвия. – Мне вчера позвонил один из моих бывших агентов. Не знаю точно, но вроде бы к моим картинам снова проявляется повышенный интерес. В общем, надо съездить, на месте со всем разобраться.

Она склонилась над свертком.

– Сейчас посмотрим. А, кажется я догадываюсь. Спасибо, дорогой, – она улыбнулась мужу.

– И что же там такое? – поинтересовалась Джастина.

– В прошлое воскресенье мы гуляли по городу и зашли в магазин готового платья, – пояснила Ольвия. – Одно из них мне очень понравилось. Я его даже примеряла.

Она улыбалась, она была счастлива.

– А потом? – допытывалась Джастина. Питер посмотрел на жену.

– Потом я заметила, что его нельзя надевать, потому что оно слишком экстравагантное.

В это время Ольвия достала платье из ярко-красной ткани с большим вырезом на спине. Ее глаза радостно светились. Лион посмотрел на нее и про себя отметил, что Ольвия сейчас очень хороша собой.