Симона Элькелес - Лучше, чем идеально (ЛП)

— Добро пожаловать в «Элит», Эштин, — говорит он. — Я — тренер Беннет из специализированной тренерской команды. Эту неделю я буду работать с тобой.

Я пожимаю ему руку.

— Я очень рада оказаться здесь, тренер. Спасибо за предоставленную возможность.

— Если ты не в курсе, ты — единственная девушка, участвующая в программе. Поскольку отдельных женских душевых здесь нет, душевые будут закрыты для остальных игроков с пяти до пяти сорока пяти утра и с семи до семи сорока пяти вечера, чтобы у тебя была возможность уединиться.

— Ясно.

— Еще один момент, — говорит он. — Мы не потерпим сексуальных домогательств любого вида. Если ты почувствуешь, что к тебе кто-то пристает, в любое время поставь в известность меня или кого-нибудь еще из персонала. Надеюсь, ты не обидчивая. Мальчишки есть мальчишки. Не спеши с выводами, понимаешь, что я имею в виду.

После разговора о домогательствах, я направляюсь в общежитие и отыскиваю свою комнату в конце коридора. У всех парней есть соседи по комнате, но я буду одна. Я опускаю багаж на пол и сажусь на край кровати. Здесь есть небольшой шкаф, окно, односпальная кровать и стол. Просто, но чисто, и пауки в комплекте не прилагаются. И нет Дерека. Я привыкла быть с ним рядом и слышать его голос. Уже сейчас я скучаю по нему.

Разобрать вещи у меня много времени не занимает. Если бы я была другой девушкой, я бы сидела в комнате и не показывалась до завтра, когда официально стартует программа. Вместо этого я направляюсь в гостиную знакомиться с ребятами, с которыми буду играть всю следующую неделю. Я замечаю Лендона, сидящего с несколькими парнями на одном из диванов. У меня нет никаких эмоций, помимо желания показать ему и всем остальным здесь, что конкурентоспособна, и я здесь, чтобы доказать это.

Ну нет, я не позволю Лендону думать, что напугана. Я капитан своей родной команды и представляю их интересы тоже. Это касается не только меня. Я встаю прямо перед ним.

— Привет, Лендон.

— Привет, — невнятно бормочет он, бросая на меня быстрый взгляд, и затем возвращается к разговору с парнями, не представляя меня.

Очевидно, он не хочет, чтобы я сидела с ним, так что я отыскиваю свободный стул на другой стороне гостиной. Я пытаюсь завязать беседу с некоторыми парнями, сидящими около меня. Они пару раз отвечают, а затем уходят, словно я заразна или что-то вроде того.

Я возвращаюсь назад в комнату, когда замечаю, что несколько парней разговаривают с открытой дверью. Если бы они были моими партнерами по команде, я бы сидела вместе с ними. Я — аутсайдер на незнакомой территории. Зачем тогда робеть сейчас, когда я понимаю, что будучи одиночкой, завтра на поле не смогу сделать ничего хорошего.

Выпрямляю спину и уже собираюсь зайти в комнату и представиться, когда слышу, что один парень говорит:

— Вы видели утром в очереди цыпочку?

Другой парень усмехнулся:

— Тот чувак, МакКнайт, сказал мне, что она в программе, чтобы они могли создать видимость присутствия женщин. Девушка тешит себя иллюзиями и думает, что она здесь вполне к месту.

— Ей лучше не быть в моей команде, — говорит еще один парень.

Другие парни выражают похожее мнение, и тут у меня пропадает настроение заводить друзей.

Я устремляюсь в свою комнату и бросаюсь на кровать. Обычно я готова бросить парням вызов, чтобы показать, что меня не пугает отсутствие у них энтузиазма от игры с девушкой. Но сейчас я не ощущаю, что способна что-то доказать, и чувствую себя побежденной.

Впервые с тех пор, как меня выбрали капитаном, я не чувствую себя номером один. 

Глава 41

Дерек 

Объявив о своем прибытии через домофон, я смотрю на медленно открывающиеся автоматические ворота. На некоторых людей бабушкино огромное поместье произвело бы неизгладимое впечатление, но мне не нравится, когда выставляют напоказ богатство или статус. Этот дом делает и то, и другое.

Я паркуюсь на круговой подъездной дорожке и смотрю вверх на высокие колонны, обрамляющие парадную дверь приличного размера. Я вспотел, но вовсе не от утреннего солнца, палящего на меня. Встреча с бабушкой на ее территории подобна игре в плей-офф с незнакомой командой. Ты не можешь эффективно подготовиться к игре и нервничаешь.

Парень, одетый в черный костюм, с серьезным выражением лица ожидает меня у входа.

— Ты из спецслужб? — спрашиваю я, пытаясь разрядить обстановку.

Ему, кажется, не смешно.

— Следуй за мной.

Я захожу в дом. Это место наполнено высокими потолками и большими коридорами, и напоминает мне о тех причудливых домишках, которые показывают по телевизору. Полированная лестница и старинная мягкая мебель, стоимость которой наверняка завышена. Парень в костюме останавливается, войдя в комнату с видом на бассейн во дворе. Она наполнена белой мебелью и фиолетовыми диванными подушками. Это очень женственно и даже чересчур. Интересно, Эштин это понравилось бы или она предпочла бы старую мебель из своего дома.

Утром я хотел остаться с ней, пока она не заселится в общежитие. Но потом я заметил нескольких парней, которые могли меня узнать. Мне хотелось рассказывать ей о своем прошлом. Правда, что бы это изменило? Поэтому промолчать и побыстрее уехать, раньше, чем меня узнают, было легким путем, и я его выбрал.

Я смотрю через окно на большой бассейн на заднем дворе, желая, чтобы Эштин была здесь со мной, когда слышу, что кто-то входит в комнату. Я тотчас оборачиваюсь и понимаю, что это моя бабушка. Она одета в белоснежный костюм, волосы уложены в высокую прическу и ее макияж слишком броский. Я ошеломлен тем, что она загоревшая и выглядит так, словно только вернулась из отпуска, а не из больницы.

Она держит голову высоко поднятой, как королева, приветствующая своих подданных, когда подходит ко мне с распростертыми объятиями.

— Ты не хочешь сказать «привет» своей бабушке?

— Привет, бабушка, — говорю я с невозмутимым выражением лица. Я не скрываю тот факт, что не являюсь ее большим поклонником, но хотя бы не уворачиваюсь, когда она подходит ко мне ближе и целует в щеку фальшивым поцелуем в воздухе.

Она держит меня на расстоянии вытянутой руки. Я чувствую себя быком, которого оценивают, и почти удивлен, что она не открыла мне рот, чтобы проверить зубы.

— Тебе нужно подстричься. И новую одежду. Ты выглядишь как нищий в этих рваных джинсах и футболке, которые я бы скорее использовала в качестве тряпки, а не одевала бы на свое тело.

— К счастью для тебя, это моя одежда, а не твоя.

Она фыркает. Дама в униформе горничной входит в комнату с серебряным подносом, заполненным небольшими бутербродами и чаем. После ее ухода бабушка указывает на один из плетеных диванов.