Импринт - Вероника Десмонд

Кастилу срочно понадобилось улететь в Лондон, чтобы переговорить с каким-то прокурором, но сообщение на моем телефоне гласило, что он будет с минуты на минуту.

Да, я перечитала его несколько раз, потому что… жутко скучала. Длительные разговоры по FaceTime и близко не сгладили его отсутствие.

И я знаю, что у меня развилась эмоциональная зависимость – сверхсильная, даже калечащая связь с другим человеком. Проще говоря, ситуация, когда я растворяюсь в Кастиле. Он спасает меня от пустоты, страха и одиночества, но я впервые чувствую себя в безопасности.

На самом деле, он всегда внимательно меня слушает, будто все, что я говорю, – важно. И он никогда не осуждает, поддерживает и даже вовлекается во все мои скучные вещи, начиная с художественных романов и заканчивая психологией. Я ценю каждую его попытку быть мягким, хоть в реальной жизни и с другими людьми Кастил ведет себя совсем по-другому.

Эти трещины в его холодном сердце – они дают надежду, что, возможно, у нас получится построить что-то… нормальное. Даже когда я покажу ему свое истинное лицо.

Парадный зал Кингстона вдруг резко оживает, и мое сердце пропускает удар.

Черт меня побери, он в смокинге.

Все смотрят на вошедшего Кастила, как на знаменитость. От него веет непререкаемой властью и неприкасаемостью. Все хотят быть частью его мира, но это удается лишь сильнейшим единицам.

Харизма Кастила притягивает людей, как магнит. Именно поэтому ему преграждают путь студенты, учителя из Кингстона и даже представители Кембриджа, несмотря на то, что он уже давно подал заявку в Оксфорд.

Оксфорд.

Одно дело пара дней разлуки, но совсем другое – жить в разных городах. Я понятия не имею, что мы будем делать после выпуска, и если честно… я старалась об этом не думать.

– Он смотрит на тебя, – говорит Эмма с ужасом. – Почему он смотрит только на тебя?

Я прикусываю губу, разрывая с Кастилом зрительный контакт.

– Боже мой, Рид… Только не говори, что твои резкие исчезновения посреди ночи как-то связаны со Сноу? Я думала, что… – она напрягается, когда Кас начинает к нам приближаться. – Я думала, что ты просто завела парня, но ты… ты продала душу Дьяволу?

Я хотела сказать ей раньше… Правда хотела. Но никак не могла найти подходящий момент. Мои хаотичные мысли обрываются, когда в воздухе раздается очень знакомый и очень дразнящий голос:

– Я соскучился, котенок.

Не обращая внимания на толпу вокруг, Кастил кладет руку мне на талию и тянет на себя, чтобы поцеловать. Его яблочный запах с дымными, табачными нотами врывается в мои легкие, и я судорожно вздыхаю.

Черт, я тоже скучала. Невозможно скучала.

Я отрываюсь от Кастила и замечаю, как в его темных глазах плещется недовольство.

– Ты ведь знаком с Эммой? – бормочу я, стараясь мягко отстраниться. Бесполезно. Его рука лежит на моей талии подобно стальным тискам, а нос зарывается в мои волосы. Боже мой, почему он всегда такой тактильный. – Эмма, Кастил мой… парень.

Клянусь, я никогда не видела Эмму Кларк такой испуганной.

– Какого черта ты здесь делаешь, Сноу? – Эмма хмурится, приготавливаясь к атаке всем телом.

– Я думал, что это открытый вечер выпускников, – равнодушно отвечает он, целуя меня за ухом. Я вздрагиваю и делаю еще одну попытку отодвинуться.

– Ты не видишь, что Кэт неловко? Может быть, ты отцепишься от нее?

Его темный взгляд встречается со злым взглядом Эммы.

– Я не для того подкупал всю полицию Шотландии, чтобы ты и твоя проблемная семья раздавали мне указания. Твой кузен у меня в долгу. Ты должна помнить об этом, Кларк.

– Кастил, – я отталкиваюсь от него, но он берет меня за руку и переплетает наши пальцы. – Прекрати. Сейчас же.

– Я раздавлю твои яйца, если ты хоть пальцем ее тронешь.

– Правда? Но пальцы – это слишком скучно. О, и я трогал ее не только ими.

Мрачная пауза, и возмущенное:

– Что ты только что сказал? – Благо у Эммы хватает терпения говорить тихо и медленно.

– Катерина!

Как… вовремя. Почему сегодняшний вечер медленно превращается в кошмар?

Я поворачиваю голову и вижу маму, идущую рядом с высоким мужчиной, подозрительно похожим на Кастила. Такие же черные, как смоль, волосы, бледная кожа и карие глаза. У него тяжелая энергетика, подавляющая все вокруг. Но она не такая, как у Каса.

О боже мой, это же Уильям Сноу. Почему, черт возьми, моя мама пришла на вечер с этим человеком? И что она здесь делает? Мама отказывала каждый раз, когда я умоляла ее приехать.

– Я найду тебя, – шепчет Эмма, прежде чем уйти. – И ты обязана мне все рассказать, Кэт. В подробностях.

Я киваю, наблюдая за мамой и ее спутником.

А затем я сталкиваюсь с пустыми глазами мистера Сноу. Чертовски мертвыми глазами. Ладонь Кастила сжимает мою, и он незаметно задвигает меня за свою спину, отпуская наши руки.

Что происходит?..

– Здравствуй, милая, – миссис Рид целует меня в обе щеки и быстро шепчет на русском: – Улыбнись, Катя. Сейчас же.

Она рассматривает Каса так, будто тот превратился в призрака. В ее глазах читается вопрос, но я стараюсь не замечать озадаченного лица Анны и, вздохнув, умоляю себя собраться.

– Уилл, дорогой. Это моя дочь, Катерина.

Уилл.

Тот самый Уилл.

Огромный бриллиант, сверкающий на пальце моей матери, погружает меня в транс. Уильям Сноу… будущий муж моей мамы?

Осознание, словно гигантская масса, врезается в меня со всей силы, и я едва могу устоять на ногах. Пожалуйста, только не говорите, что моя мама собирается замуж за отца Кастила.

Нет, нет, нет. Это просто невозможно.

Мой пульс грохочет в ушах, но я стараюсь говорить как можно нейтральнее:

– Добрый вечер, мистер Сноу.

Я не узнаю испуганный тон в своем голосе или предчувствие чего-то ужасного, что вот-вот поглотит все в округе.

Один из самых влиятельных людей Великобритании пожимает мою руку, пока позади нас крутятся десятки охранников в дорогих смокингах.

– Добрый вечер, Катерина. Ты также прекрасна, как и твоя мама. Полагаю, скоро мы будем видеться чаще?

Мой позвоночник резко выпрямляется от тона его голоса. Как в ту ночь.

Прямо как у человека, с кем мама разговаривала по телефону, когда она сходила с ума от панической атаки.

– Полагаю, что да, – я улыбаюсь, несмотря на внутреннюю тревогу.

Что-то не так.

Все это бред, не так ли? Я так ошеломлена, что не могу вымолвить и слова. У меня такое чувство, что все звуки будто доносятся до меня из-под толщи воды.

Этого просто не может быть. Кастил